Глава 85: «Приглашённый гость становится центром внимания»
Первое представление подошло к концу.
В сводном рейтинге популярности Сун Юньсяо и сестра Чжоу временно заняли первую строчку.
Впрочем, дело было в том, что больше в списке пока никто не значился.
Хотя Чжоу-цзе и считалась королевой киберспорта, богиней в глазах тысяч заядлых хикикомори, для «широких масс» она оставалась фигурой слишком специфической.
Многие её просто не знали.
Поэтому ажиотаж в онлайн-голосовании был не таким уж высоким.
Почти все голоса и комментарии исходили от фанатов видеоигр.
Титулы «богиня» и «наша королева» так и сыпались в чате.
Случайные зрители читали это в полном замешательстве.
— Какая ещё, к чёрту, богиня?
— С такой-то красотой – и в богини? Вы серьёзно?
— Кто её вообще короновал?
Услышав, что она из киберспортивного сообщества, прохожие лишь качали головами: «нет слов».
Ну ладно!
Пусть себе фанатеют.
…
Вскоре должно было начаться второе выступление.
Участник – Чжао Имин, приглашённый гость – Юй Баоюй.
Отношение в Сети к этому Юй Баоюю было неоднозначным.
Больше всего преобладали отзывы в духе «он давно спекся».
А ведь когда-то Юй Баоюй буквально ворвался в индустрию, выложив на стол все козыри.
Благодаря роли Цзя Баоюя в ремейке «Сна в красном тереме» он мгновенно стал очень популярным и попал в сферу общественного внимания.
На пике славы предложения о съёмках сыпались одно за другим.
В его руках были сосредоточены огромные ресурсы.
И что же?
В какой-то момент он незаметно исчез с радаров и теперь благополучно скатился в ряды актёров третьего эшелона.
Почему?
По Сети гуляли слухи, что подкачали человеческие качества.
Зазвездился, характер испортился.
Говорили, что, живя с девушкой, он даже позволял себе рукоприкладство.
Участвуя в развлекательных шоу, самовольно менял правила, подставлял напарников, да ещё и постоянно ныл по пустякам.
На съёмках жаловался, что у него мало реплик.
Прямо на съёмочной площадке без спроса дописывал себе сцены.
В общем, компромата накопилось воз и маленькая тележка.
В любой профессии, если ты как человек – ничтожество, рано или поздно все от тебя отвернутся. Таковы правила.
Так что теперь Юй Баоюй, которому было всего тридцать, докатился до того, что его никуда не звали сниматься.
Неизвестно, через какие каналы Чжао Имин сумел его вытащить.
Глядя на то, с каким предвкушением и восторгом светился Юй Баоюй, несложно было догадаться, как сильно он надеялся снова «выстрелить» благодаря этому шансу.
Сцена, которую выбрали Чжао Имин и Юй Баоюй, повествовала о поисках потерянного сына.
Чжао Имин играл отца, лишившегося ребёнка.
Юй Баоюй – самого сына.
Долгие годы поисков.
И вот, когда отец наконец находит его, сын отказывается признавать родителя.
Такая вот фабула.
Задумка явно была рассчитана на то, чтобы выжать слезу.
Только вот, несмотря на все натужные старания и «глубокое» исполнение на сцене, реакция публики оказалась вялой.
Чжао Имину не хватало актёрского мастерства.
Под слоем грима он ещё смотрелся более-менее сносно.
Играл изнурённого невзгодами отца средних лет, который исколесил всю страну в поисках чада.
Этот образ в своё время блестяще воплотил Хуацзай.
То исполнение стало классикой.
И раз уж перед глазами был столь совершенный пример, многие невольно начали сравнивать с ним Чжао Имина.
Сравнение оказалось не в пользу последнего – полный провал.
Вдобавок Юй Баоюй в роли сына выглядел нелепо. Актёрская игра была насквозь фальшивой и показной. Вместо образа несчастного ребёнка, который вырос в глуши и огрубел, он выдал тип наглого и непокорного сына, которому самое место в программе по перевоспитанию трудных подростков.
Сплошной диссонанс!
В итоге, когда представление закончилось, аплодисменты были очень скудными.
Мало кого это тронуло.
Слезливый сюжет не шёл ни в какое сравнение с тем, как рыдала на сцене сестра Чжоу – вот там действительно наворачивались слёзы.
Когда игра завершилась и пришло время комментариев жюри, Юй Баоюй даже умудрился «подискутировать» с судейскими о своём видении персонажа.
Словно пытался оправдаться: мол, я-то всё правильно понял, это вы просто не догоняете.
«И что, это моя вина?» – читалось на его лице.
В конечном счёте дуэт покинул сцену.
Началось интернет-голосование.
Как и ожидалось, популярность росла крайне медленно. Куда там до цифр Сун Юньсяо и Чжоу-цзе.
В итоге они временно закрепились на второй строчке списка.
…
На этом этапе выступления «случайных лиц» закончились.
Впереди оставались сцены, которых «широкие массы» ждали с замиранием сердца.
В Сети поднялся гул:
[Начинается самое интересное! Хочу увидеть госпожу Чжан Цзыи. Моя бывшая богиня, «чёрт возьми»! Всем разойтись, я готов любоваться экраном.]
[Ха-ха, а я жду выступления дяди Хэйту.]
[Мы, южане, не понимаем юмора дяди Хэйту, вообще не догоняем, что там смешного.]
[А Чжан Цзыи-то, небось, уже старушка?]
[Комментатор выше, пиши адрес своего жилого комплекса. Смеешь гадости про мою богиню говорить? Смотри у меня, я тебя из-под земли достану.]
[«Эх», а нам, рождённым в восьмидесятых, всё-таки ближе Хуацзай. Ждём его блестящего выхода.]
[Мы, девяностые, не согласны! С чего это Хуацзай только для восьмидесятых? Мы его тоже любим, ясно? Он и наш кумир тоже.]
[А если я скажу, что мой кумир – Чэнь Фэн, кто-нибудь против?]
[…]
[…]
[Ты сюда специально зашёл, чтобы напроситься на грубость?]
[У меня предвидение: Чэнь Фэн рано или поздно станет божеством.]
[А как же Ли Хань?]
[Ну да, он тоже своего рода «фу-мир».]
[Твой IP выдал тебя с головой. Думаешь, можно так безнаказанно обливать грязью «золотого мальчика» Пекинского круга? Жди, за тобой уже выехали.]
[А мне нравится Сяосуньян.]
[Твою мать, откуда тут это чудо вылезло?]
…
Градус азарта среди зрителей постепенно рос.
У каждого были свои любимчики.
Но в основном всё внимание было приковано к приглашённым гостям, тогда как трое основных участников соревнования почти не обсуждались.
Разве что вокруг Чэнь Фэна дискуссий было чуть больше.
Выходит, чем выше статус приглашённого «магната», тем меньше заметен сам участник.
Это палка о двух концах.
По крайней мере, ты сам должен обладать определённым весом, чтобы соответствовать гостю такого уровня.
Как Чэнь Фэн, например.
В предыдущем отборочном туре он продемонстрировал настолько специфические актёрские эффекты, что его обсуждаемость в Сети резко подскочила.
Он давно обошёл Ли Ханя и Сюя Яо.
Если бы в битве за тройку сильнейших нельзя было звать помощников, Чэнь Фэн, вероятно, просто раздавил бы конкурентов одной своей популярностью.
Сейчас же больше всего разговоров в интернете шло о дяде Хэйту.
Его образ слишком глубоко въелся в память людей.
Даже если зрители с юга не очень понимали его юмор, на интерес к его персоне это никак не влияло.
Следом шёл Хуацзай.
Этот старый гонконгский артист считался образцом таланта и добродетели.
Он – один из немногих артистов Гонконга, которых искренне любят жители материка.
В молодости он был настоящим божеством.
Хотя в те годы его игра и отдавала «показным» – он всегда любил покрасоваться в кадре, за что Ду Цифэн как-то в сердцах назвал его главным любителем картинно поправлять волосы.
Но позже, под влиянием режиссёра Ду, Хуацзай постепенно сошёл с «пути айдола».
Чем старше он становился, тем глубже и выразительнее делались его образы.
К настоящему моменту многие классические роли, интерпретированные Хуацзаем, стали эталонными, почти учебными пособиями.
К тому же Хуацзай практически не участвовал в развлекательных шоу.
Возможно, это был его первый приезд на материк ради подобной программы, поэтому ожидания зрителей были запредельными.
И, наконец, международная Чжан.
Её популярность была уже не той, что в прошлые годы.
Возможно, виной тому было то, что красота увядает, а вкусы современной молодёжи на женские образы становятся всё более разнообразными, из-за чего Чжан Цзыи начала терять ореол исключительной красавицы.
К тому же за последние несколько лет у неё не выходило по-настоящему сильных работ.
Время от времени ей приходилось мелькать в разных шоу, просто чтобы напомнить о себе, поэтому по обсуждаемости она заметно уступала дяде Хэйту и Хуацзаю.
Наконец.
Должно было начаться третье представление.
Третьим по счёту в списке участников значился не кто иной, как «золотой мальчик» Пекинского круга – Ли Хань.
Такой порядок заставил многих почувствовать, что съёмочная группа, взвесив все за и против, сочла дуэт Ли Ханя и Чжан Цзыи менее рейтинговым, чем остальные две пары.
Ведь обычно самое «вкусное» оставляют на финал.
Только так можно удержать зрителя у экрана до самого конца.
Получается, Ли Ханем и международной Чжан решили пренебречь?