Глава 769: «Сколько же благодеяний было оказано»
Весть об Арене Богов повергла весь мир в шок.
Бесчисленное множество стран затаило дыхание, ожидая этой битвы века.
В эту эпоху гегемония западного блока во главе со Страной Янки окончательно канула в лету.
На востоке восстала Хуася.
И единственной силой, способной противостоять Хуася, стал Концерн Валленберг, таинственно всплывший из бездны и запустивший глобальное возрождение богов.
Кто сильнее: Хуася или Концерн Валленберг?
Пожалуй, большинство людей всё же склонялось на сторону Концерна Валленберг.
Потому что они занимались созданием богов.
Почти во всём мире, за исключением Хуася, божества возродились именно их усилиями.
Более того, те Мстители, супергерои, инопланетные и ктулхические существа, что раньше обитали лишь на больших экранах, теперь почти все объявились на Синей Звезде.
Независимо от их реальной мощи, все эти сверхъестественные существа находились под контролем Концерна Валленберг.
Поэтому в вопросе силы «сразу понятно, кто сильнее».
Люди Запада надеялись на поражение Хуася.
Да и на Востоке мало какая страна верила в её победу.
Так что общественное мнение почти единогласно пророчило триумф Валленбергам.
… …
На следующий день.
В пределах Хуася.
По всей стране стоял невообразимый шум.
Список Запечатывания Богов не был просто украшением – это был подлинный древний артефакт, и он уже начал действовать.
Первым явившимся божеством Хуася стал судья-демон Чжун Куй из Подземного мира.
В древних мифологических преданиях Хуася этот бессмертный персонаж был весьма знаменит.
Его считали «и праведным, и демоническим одновременно».
Всемогущий, он был врагом десяти тысяч демонов.
Но никто и представить не мог, что божественный ранг судьи-демона Чжун Куя получит Тао Илунь – тот самый карьерист, что совсем недавно «захватил гору и стал королём».
Одни презирали его.
Другие смотрели свысока.
Кто-то проклинал, кто-то вздыхал.
Но были и те, чьи сердца наполнились надеждой.
Почему?
Потому что если даже такой человек, как Тао Илунь, смог стать призрачным бессмертным, то и у них есть шанс.
Разве это не означало, что у каждого появилась надежда стать бессмертным или даже Буддой?
В Хуася поднялась волна ажиотажа.
Люди начали поклоняться Списку Запечатывания Богов.
Трижды в день они били поклоны, надеясь тронуть небеса.
Чтобы и им даровали божественный ранг или путь к бессмертию.
В то же время спутниковое телевидение всех стран мира поймало группу таинственных сигналов.
Координаты источника указывали на далёкий север Сибири.
Место у самого полярного круга.
Край льда, холода и запустения, где на тысячи миль не встретить ни души.
Когда сигнал расшифровали, на экранах предстала ледяная равнина.
Всем стало ясно: именно здесь развернется битва на Арене Богов.
Эта Война Богов решала судьбу Хуася и Концерна Валленберг.
Победитель станет королём.
Проигравший – изгнанником.
Если Хуася проиграет, весь мир окажется под властью армии божеств Концерна Валленберг.
Тогда Концерн Валленберг превратится в структуру, стоящую выше любого государства.
Какое невероятное величие.
Но что, если Хуася победит?
Тогда исход станет непредсказуемым.
Никто не мог поручиться, что Концерн Валленберг действительно смирится и признает поражение.
Ведь их модифицированные люди рассеяны по всему земному шару.
И каждый из них претендует на роль божества.
Если они атакуют все разом, мир вновь погрузится в пучину глобальной войны.
Куда же идти? Какое решение принять?
… …
Тем временем.
Тибетские снежные вершины.
Чёрная фигура внезапно возникла перед входом в пещеру душ.
На нём были алые чиновничьи одежды.
На голове красовалась шапка чиновника.
С жесткой бородой и гневным взором.
Весь окутанный «убийственной аурой».
Это был Тао Илунь, вернувший свой истинный облик.
Хотя он уже официально получил божественный ранг и вернул себе всю магическую силу, память судьи Чжун Куя к нему ещё не вернулась.
Для полного восстановления божественной памяти требовалась помощь Мэн По.
А Мэн По, чтобы приготовить Суп Возвращения Богов, нуждалась в Печи Чистилища Фэнду, принадлежащей Чэнь Фэну.
К сожалению, Чэнь Фэна сейчас не было рядом.
Получив указание от Мэн По, Тао Илунь стремительно примчался сюда.
В пещере душ.
Явила себя Мэн По.
Всё в том же чёрном длинном платье, с платком на голове – типичная старуха.
Едва они встретились, Тао Илунь сразу склонился в глубоком поклоне.
Мэн По не стала уклоняться, приняв его почтение как должное, и лишь затем негромко произнесла:
— Теперь ты окончательно поверил моим словам?
— Поверил, — вздохнул Тао Илунь, поднимаясь. — Это божественное искусство, осознание законов мироздания в моей голове… всё это кажется слишком знакомым. Жаль только… эх. Память Чжун Куя я так и не могу вернуть.
— Судья Чжун, не спеши, — пояснила Мэн По. — Список Запечатывания Богов изначально был инструментом, оставленным Императором-Владыкой. Он предвидел, что, когда божества и Будды начнут возвращаться, им неизбежно потребуется вернуть свою память. Именно ради этого я и живу в нынешнем мире.
Тао Илунь радостно воскликнул:
— Значит, у сестры Мэн есть способ вернуть нам память?
Мэн По лишь усмехнулась, услышав такое обращение.
— Будет лучше, если и после возвращения памяти ты продолжишь называть меня сестрой Мэн, — с улыбкой ответила она. — Я по горло сыта тем, как ты называл меня в прошлом.
Тао Илунь оторопел:
— И как же этот чиновник называл сестру Мэн раньше?
Мэн По загадочно улыбнулась:
— Старой каргой.
— Старой каргой?
— Да, именно так.
Тао Илунь не знал, смеяться ему или плакать:
— Неужели в прошлом этот чиновник ни разу не видел истинного лица сестры Мэн?
— Нет, — покачала она головой. — Истинный облик или образ дхармы – неважно. Всё это лишь пустые оболочки. Судья Чжун, теперь, когда твоя магическая сила восстановилась, ты уверен в своих силах перед выходом на Арену Богов?
Тао Илунь лишь холодно хмыкнул:
— Западные «чудовища и демоны»… с чего бы этому чиновнику их бояться? Если я не истреблю этих жалких клоунов, то буду недостоин звания судьи Подземного мира.
— Хорошо, — Мэн По глубоко вздохнула и кивнула.
Затем она повела рукой.
В её ладони внезапно возникло сокровище.
Перо судьи.
Перо Судьи Фэнду, один из Десяти Великих Древних Артефактов Инь.
Сердце Тао Илуня дрогнуло.
Хотя память Чжун Куя ещё не вернулась, его сущность призрачного бессмертного подсказала ему: эта вещь – величайшее сокровище загробного мира.
Мэн По не стала ничего скрывать и спокойно сказала:
— Это оставил Император-Владыка. У него было предвидение, что ты можешь стать первым реинкарнированным божеством. Раз твоё запечатывание прошло успешно, эта вещь временно переходит к тебе.
С этими словами она протянула артефакт.
Тао Илунь с трепетом принял Перо Судьи Фэнду. Ощутив исходящую от него невыразимую мощь Подземного Мира, он невольно «захлебнулся слезами».
Император-Владыка… то есть Чэнь Фэн?
И как Чжун Куй, и как Тао Илунь – он принял слишком много благодеяний.
— Император-Владыка – это ведь Чэнь Фэн, верно? — Прохрипел Тао Илунь. — Сказал ли он что-нибудь… о моих прежних поступках?
— О прежних? — Мэн По тонко улыбнулась. — Узнав, что ты «захватил гору и стал королём», он лишь небрежно бросил: «Надо же, Обезьяна Тао Илунь тоже заделалась горным вожаком».
Тао Илунь невольно рассмеялся.
Что ж!
Такой тон определённо не подошёл бы Императору Фэнду, но он на все сто процентов принадлежал Чэнь Фэну.
Пожалуй, как Тао Илуню, ему было проще завязать с Чэнь Фэном дружбу.
Тот определённо проявил к нему милосердие.
Иначе в тот день, забирая Список Запечатывания Богов, он мог бы прихлопнуть его одной левой.
Тао Илунь глубоко вдохнул и убрал Перо Судьи Фэнду.
Раньше этим сокровищем владел судья Цуй Цзюэ, ведь именно он был главным судьей, ведающим Книгой Жизни и Смерти.
Но сейчас неизвестно, в какой дыре Цуй Цзюэ «месит грязь», и когда он получит божественный ранг и вернётся в Подземный Мир – тайна за семью печатями.
Так что пока перо останется у него.
Эта штука служила не только для записей в Книге Жизни и Смерти – Перо Судьи Фэнду само по себе было древним божественным оружием невероятной мощи.
С таким артефактом уверенность Тао Илуня возросла стократно.
В этот момент Мэн По сделала ему знак:
— Судья Чжун, чтобы поддержать тебя, я тоже приготовила тебе подарок. Твои родители и Сюй Инцю умерли не своей смертью, их судьба не должна была быть такой. Поэтому я сохранила их души.
Тао Илунь «вздрогнул всем телом».
Он медленно перевёл взгляд на вход в пещеру душ.
Оттуда медленно вышли три призрачные фигуры.
Глаза Тао Илуня наполнились слезами.