Глава 695: «Фея Яочи, Цинъяо»
На берегу Небесной Реки.
Выслушав Чанъэ, Ткачиха со странным выражением лица несколько раз окинула Чэнь Фэна взглядом.
«Нижний бог гор?»
Возникал явный диссонанс.
Откуда у какого-то мелкого божка, едва достигшего уровня земного бессмертного, столько смелости и дерзости, чтобы подняться на небеса и искать зацепки о древнем артефакте – Корне Воды?
Ткачиха только с виду казалась хрупкой и занимала невысокое положение, но на деле она была весьма проницательной.
Хотя Отдел Ткачества был структурой Небесного Двора и состоял сплошь из фей, почти все они когда-то были простыми смертными, вознесшимися к бессмертию.
Если стереть ореол святости, в основе их мышления по-прежнему лежала натура смертного.
К тому же путь бессмертных не требовал, чтобы «четыре элемента были пусты».
Тем, чьи уровни бессмертного были невысоки, не были чужды ни желания, ни тревоги.
А потому и внутри Отдела Ткачества хватало тех, кто любил «интриговать».
Кто не хотел бы подняться выше? Кто не мечтал бы, чтобы сотканные им небесные одежды пришлись по вкусу Великому Небесному Владыке или высшим бессмертным с Тридцати трех Неб?
Все за что-то боролись.
И то, что Ткачиха сумела заполучить титул «Феи Ткачихи», главной в своём деле, говорило о том, что её ум и жизненный опыт были незаурядными.
Она отнюдь не была «наивной милашкой».
Напротив, на эту роль больше подходила Чанъэ.
Почему? Да потому что во Дворце Гуанхань было совсем мало народу.
Обычно, помимо самой Феи Гуанхань, там обитали лишь Нефритовый Заяц, тот идиот, приговоренный вечно рубить коричное дерево, да пара-тройка помощниц-фей.
Все они были лишь членами танцевальной группы с еще более низким статусом.
Потому Чанъэ и была такой «наивной милашка».
Она с легкостью поверила в легенду Чэнь Фэна и даже вызвалась помочь с поисками.
Ткачиха же про себя строила догадки.
Откуда взялась эта земная бессмертная? Какая неслыханная наглость.
Абсурднее всего было то, что она пробралась сюда вместе с Нефритовым Зайцем тайным путём бессмертных дворца Гуанхань.
Зачем такие сложности? Ясно зачем – чтобы миновать Южные Небесные Врата.
Хотя Ткачиха и почуяла неладное, она не стала разоблачать гостью в лицо. Вместо этого она добродушно улыбнулась Чэнь Фэну:
— По правде говоря, мне ничего не известно о Земле Пустоты. Однако я знаю другую фею, которой тайны Корня Воды открыты наверняка.
Чанъэ удивилась:
— Что это за фея? Откуда такая уверенность?
Ткачиха мягко улыбнулась:
— Сестра Чанъэ, неужели ты забыла о трех самых таинственных источниках воды в нашем Небесном Царстве? Первый – это Небесная Река, берущая начало в Земле Пустоты. Второй – «слабая вода», текущая на стыке инь и ян. И третий – Яочи, чьи истоки – самая большая загадка. Даже Владычица-Матушка Запада не ведает до конца, откуда берется вода в Яочи.
Чанъэ моргнула:
— Ты хочешь сказать…
— Да, — кивнула Ткачиха. — Я говорю о Фее Яочи по имени Цинъяо. Она – единственная во всем Небесном Царстве, кто способен повелевать водами Яочи. На небесах поговаривают, что именно Фея Цинъяо – ключ к поискам Корня Воды.
У Чанъэ загорелись глаза.
Чэнь Фэн тоже приободрился.
— Фея Цинъяо?
«Чудесно! Всё складывается как нельзя лучше».
…
Отряд искателей правды рос на глазах.
Чэнь Фэн вместе с Чанъэ снова отправились в путь – на этот раз в Царство Яочи, что на Тридцати трех Небах.
Ткачиха тоже увязалась за ними.
На первый взгляд она казалась хрупкой и беззащитной, но хитрый блеск в её глазах было не скрыть.
Она была куда более пронырливой, чем Чанъэ.
Чэнь Фэн это подметил, но значения не придал.
Подумаешь, какая-то ткачиха.
Её развитие не дотягивало даже до божественного уровня – так, чуть выше рядовой земной бессмертной.
Таким малым феям не полагалось место ни на Пирах бессмертных персиков, ни на Пилюлевых собраниях, а значит, у них не было шанса отведать эликсир бессмертия или персик бессмертия.
Без подпитки такими небесными сокровищами и земными богатствами их судьба была не такой уж завидной.
После долгого полета компания наконец достигла пределов Тридцати трех Небес.
Чтобы не привлекать лишнего внимания, Чэнь Фэн шел, низко опустив голову.
Стражи небес на каждом посту невольно поглядывали на него.
Но видя понурую фигуру и слабый уровень развития, тут же теряли интерес.
«Что взять с какой-то малой бессмертной».
Так они благополучно миновали все заслоны.
Вскоре показалось Царство Яочи.
Небесные военачальники Сиванму встретили гостей и проводили их вглубь небесных садов к самому Небесному Пруду.
Среди пришедших статус Феи Чанъэ был самым высоким.
Всё-таки глава небесной танцевальной труппы – как ни крути, а какой-никакой чин.
Потому и служанки, и юные бессмертные Царства Яочи выказывали ей должное почтение.
Самой Владычицы-Матушки сегодня не было: она отправилась во Дворец Линсяо обсуждать с Нефритовым (Актуальные главы без задержек — только на сайте LiNovel.ru) Императором и прочими небожителями те потрясения, что сотрясали мир смертных.
Атмосфера на всех Тридцати трех Небах была странной.
Потому-то Чанъэ и поверила словам Чэнь Фэна.
Похоже, тот Шестиухий Макак в нижнем мире уже устроил настоящую кровавую баню: не только стёр с лица земли Чжэньюань Дасяня, но и ранил Бодхисаттву Гуаньшиинь.
Пусть макак еще не поднялся на небеса, у здешних обитателей уже было недоброе предвидение.
«Сегодня не пришёл? Придёт завтра».
Вся эта нечисть почитала за честь «устраивать беспорядки» в Небесном Дворце.
Каждый, у кого появлялась хоть капля силы, рвался сюда побуянить.
Так сказать, заработать имя.
А потом вернуться вниз уже признанным Королем Демонов.
Совсем недавно заточили одного странного Сунь Укуна, а внизу уже объявился новый.
Словно кто-то разворошил обезьянье гнездо.
Откуда их столько взялось?
…
Поскольку Владычицы не было, Чэнь Фэн и остальные были избавлены от долгих церемоний.
Они сразу направились на поиски Феи Цинъяо.
Чэнь Фэн не мог сдержать предвкушения.
Фея Цинъяо, одна из четырёх красавиц Небесного Царства.
Её имя стояло в одном ряду с Чанъэ, Феей Ста Цветов и Девятинебесной Сюаньнюй.
О красоте можно было и не спрашивать.
К тому же, она умудрилась свести с ума самого господина Сина в образе Высшего Сокровища, Великого Мудреца, Равного Небу.
В ней явно была искра.
Наконец они вышли к Небесному Пруду.
Чэнь Фэн еще не успел увидеть саму Цинъяо, как с подозрением стал оглядываться по сторонам.
«Чёрт!»
Один в один как в том мираже, что он видел раньше.
Всё верно, это то самое место.
Значит, когда он впервые примерил на себя роль Малого Золотого Тыквенного Богатыря, его сознание перенеслось именно в Царство Яочи.
А тот изящный силуэт, который он видел купающимся в воде, скорее всего, и принадлежал Фее Цинъяо.
Этот образ неземной красоты, её профиль и изгиб тела, мелькнувшие в тот момент, когда его обнаружили, навсегда врезались ему в память.
— Идёт! Цинъяо идёт! — Воскликнула Ткачиха.
Вдалеке показалась иллюзорная фигура, медленно плывущая навстречу.
Чэнь Фэн вскинул взгляд.
«Ну надо же! Неужели… это правда она?»
Та самая Фея Цинъяо, вобравшая в себя всю одухотворённость мира. Неземной красоты лицо, изящный стан, очи, подобные чистейшей воде.
От её вида перехватывало дыхание.
Если среди четырех небесных красавиц Фея Ста Цветов была само очарование, Чанъэ – ледяная неприступность, а Сюаньнюй – воительница, то Цинъяо была само воплощение чистоты.
Прозрачная, незапятнанная.
Вершина совершенства.
Казалось, в ней невозможно найти ни единого изъяна.
Цинъяо, облаченная в белоснежное платье, шла по воде босыми ногами, словно видение.
Чэнь Фэн вынужден был признать: неудивительно, что господин Син был готов «сходить с ума» по ней.
Он и сам видывал немало красавиц, но, встретившись с ней, на мгновение потерял дар речи.
Тем временем Чанъэ и Ткачиха уже вовсю начали обмениваться любезностями с Феей Цинъяо.
— Сестра Чанъэ!
— Сестра Цинъяо.
— Цинъяо, ты рада нас видеть?
— Сестра Ткачиха, не думала, что ты когда-нибудь покинешь свой Отдел Ткачества.
— Выкроила минутку среди дел.
— Кстати, вы пришли ко мне по какому-то делу?
— Верно. Мы хотели спросить, не слышала ли ты чего о древнем артефакте – Корне Воды.
Фея Цинъяо замерла в легком недоумении:
— Корень Воды? Зачем он вам? Почему вы вдруг о нем вспомнили?
— Не мне, — улыбнулась Чанъэ, — а ей.
Она указала рукой в сторону.
Ткачиха и Ло Сяоцяо расступились, давая дорогу.
Наконец взор Феи Цинъяо упал на Чэнь Фэна.
Скрываться больше не было смысла.
Чэнь Фэн медленно поднял голову.
Их взгляды встретились.
Лицо Феи Цинъяо в то же мгновение застыло.
Чэнь Фэн промолчал.
«„И“… Что это у неё с глазами? Что-то тут не так…»