Глава 20: «Я хочу, чтобы он бил так, как должен»
Через полчаса Лю Тяньчи вернулась.
Чэнь Фэн только начал подниматься со своего места, как Цюй Дань с преувеличенным восторгом бросилась ей навстречу. Писклявым, приторным голоском она пропела:
— Учитель Тяньчи!
Лю Тяньчи замерла с таким видом, будто её напугали до смерти.
Чэнь Фэн: — …
Лю Тяньчи быстро подошла к ним, проигнорировав излишнее радушие Цюй Дань, и сразу спросила:
— Ну как? Сценарий прочитали? Есть вопросы?
— Учитель Тяньчи, — тут же вставила Цюй Дань. — Я хотела бы попросить у вас совета. Эту роль жертвы насилия… я не совсем понимаю, как её правильно подать.
— Хорошо, — Лю Тяньчи не стала ломаться и махнула рукой Чэнь Фэну. — Подойдите оба, я расскажу вам предысторию этой сцены.
— Не знаю, смотрели ли вы этот сериал. Даже если нет – не беда. Я опишу отношения героев и всю ту запутанность, что между ними возникла. Чтобы хорошо сыграть этот момент, вы должны тонко чувствовать их конфликт.
Она села на стул, а Чэнь Фэн и Цюй Дань расположились напротив. Начался краткий инструктаж.
Спустя десять минут Лю Тяньчи закончила описание. Она резюмировала:
— Эта сцена полна экспрессии, чувства в ней зашкаливают. Так что она очень выигрышная. Если вы вживётесь в образы и прочувствуете эмоции героев, результат будет отличным.
— Начнём с тебя, Чэнь Фэн. Твоя роль сложнее, ты – центр этого взрыва. Тебе нужно прочувствовать внутренний мир героя, буквально представить себя этим домашним тираном. Откуда брать эмоции? От партнёра. Ты должен добиться такого состояния, чтобы при одном взгляде на неё у тебя возникало подозрение, что она флиртует с другими. Твой образ мыслей должен быть извращённым. Понимаешь, о чём я?
Сидящий напротив Чэнь Фэн выглядел сейчас в высшей степени учтивым и элегантным. На его лице играла мягкая улыбка, выдающая человека с прекрасным воспитанием. Выслушав наставницу, он с улыбкой кивнул:
— Да, я понимаю.
Но как только Лю Тяньчи увидела эту улыбку, по её шее пробежал холодок. Почему этот человек улыбается точь-в-точь как тот Ань Цзяхэ из сериала? Улыбается так… фальшиво. С каким-то мрачным подтекстом.
Лю Тяньчи прищурилась и медленно произнесла:
— Чэнь Фэн, посмотри на Цюй Дань.
Чэнь Фэн повернул голову. Улыбка на его лице исчезла как по волшебству. Её сменило бесстрастное, холодное выражение. А взгляд… Взгляд был по-настоящему извращённым.
Лю Тяньчи остолбенела. Глядя на эти глаза, она не могла подобрать иного слова, кроме как «психопат». От него и впрямь «кровь стыла в жилах».
Как это возможно? Репетиция ещё не началась, они даже не пробовали играть, неужели он уже вжился в роль? Быть того не может. Лю Тяньчи была в полном замешательстве.
Подумав, она резко встала и позвала Цюй Дань:
— Пойдём со мной, я дам тебе наставления отдельно.
— О, это было бы чудесно, учитель Тяньчи! — Снова зазвучал писклявый голосок.
Цюй Дань была вне себя от радости. Она не ожидала, что Лю Тяньчи действительно выделит её. Значит, режиссёр был прав: вежливость и капля женского кокетства заставили наставницу склониться на её сторону. Прекрасно! Уверенность Цюй Дань резко возросла.
Они отошли в дальний угол комнаты.
— Цюй Дань, — вполголоса спросила Лю Тяньчи. — Скажи мне честно: ты знакома с Чэнь Фэном?
Цюй Дань опешила. Неужели она всё знает? Знает о том, что Чэнь Фэн был лишь жалким актёром массовки? Она не стала ничего скрывать и кивнула:
— Да, знакома. Учитель Тяньчи, на самом деле я сейчас снимаюсь в главной роли в сериале у режиссёра Ма Цзюня. И этот Чэнь Фэн пробыл на нашей площадке три дня.
— Так я и думала, — Лю Тяньчи на мгновение задумалась. — Расскажи мне правду: у вас был конфликт? Говори как есть, мне это нужно, чтобы найти точки соприкосновения в вашей игре.
Цюй Дань помешкала. Она была сбита с толку: откуда наставница узнала? Впрочем, неважно. Пускай знает – за ней-то никакой вины нет.
И она выложила всё: как они чуть не стали соперниками на кастинге, как позже Чэнь Фэн пришёл в их группу как актёр массовки на роль повара. Закончив рассказ, она добавила шёпотом:
— Я высказала некоторые сомнения по поводу его роли наркомана на кастинге… Ну, вы понимаете. Видимо, он решил, что я его задела, и на съёмочной площадке позволил себе ругательство в мой адрес. Но я не приняла это близко к сердцу.
Лю Тяньчи: — …
Всё сходилось: между ними действительно была вражда. Значит, тот взгляд Чэнь Фэна не был просто игрой. В нём было три доли актёрского мастерства и семь долей правды. Что ж, неплохо! Этот парень умён – он умеет использовать реальный конфликт, чтобы подогреть свои эмоции. Отличная техника.
Лю Тяньчи с облегчением вздохнула. Она дала Цюй Дань несколько советов, рассказала о техниках работы с эмоциями и объяснила, какой должна быть реакция жертвы домашнего насилия. После этого они вернулись к Чэнь Фэну.
Лю Тяньчи с улыбкой посмотрела на обоих:
— Ладно, сколько ни говори, а хорошая игра рождается только в действии. Что скажете? Нужно время на реплики или сразу попробуем пару дублей?
— Как вам будет угодно, — с вежливой улыбкой отозвался Чэнь Фэн. Но эта маска на его лице по-прежнему заставляла «кровь стынуть в жилах».
Цюй Дань тоже великодушно улыбнулась:
— Учитель Тяньчи, можем начинать. Свои реплики я знаю назубок.
Лю Тяньчи: — …
Она не стала её осаживать, хотя у Цюй Дань было от силы десять фраз. Весь смысл её роли заключался в языке тела и передаче атмосферы через эмоции. Вопрос о тексте на самом деле предназначался Чэнь Фэну.
Что ж, раз оба согласны – приступим. У Лю Тяньчи было мало времени, она не могла оставаться здесь весь день, поэтому хотела увидеть первый результат, дать пару наставлений и уйти. У них останется ещё куча времени на притирку, проблем быть не должно.
— Начинаем, — Лю Тяньчи хлопнула в ладоши. — Настраивайтесь. И, Чэнь Фэн, следи за тем, чтобы не выйти за рамки сценария в движениях.
Но едва она договорила, как Цюй Дань громко заявила:
— Не нужно!
— Что? — Лю Тяньчи удивлённо обернулась. — Что ты сказала?
— Я сказала: не нужно сдерживаться, — Цюй Дань изобразила на лице «отвагу» и «готовность к самопожертвованию». — Учитель Тяньчи, пусть Чэнь Фэн не сдерживается. Я хочу, чтобы он бил по-настоящему. Пусть делает всё, как должен. Только пусть силу чуть-чуть рассчитает, чтобы не оставить меня «с синяками и опухшим лицом».
Лю Тяньчи: — …
— Всё в порядке, — продолжала Цюй Дань. — Я готова на это ради искусства. Главное – правдивость, признание зрителей, это всё, чего я хочу. Для меня даже проход в следующий тур не так важен.
Лю Тяньчи очень хотелось спросить, кто научил её этой «чуши». До чего же это было сволочно. Она перевела взгляд на Чэнь Фэна.
О боже! У него на губах заиграла улыбка. И улыбка эта была… пугающе жестокой.