Глава 499 - Безысходность Лунься
Первым, что бросилось в глаза Хун Чжи, был мужчина в белоснежном лабораторном халате. Он восседал перед сложным, неизвестным ей механизмом. При звуке шагов он медленно поднял голову.
И девушка встретилась взглядом с его глазами.
Пара свирепых, налитых золотым пламенем зениц едва не выжгла её разум дотла!
— Гх-х!.. — Хун Чжи отшатнулась на несколько шагов и с глухим стуком врезалась спиной в дверную раму, издав сдавленный стон.
Бай Юэрань оказалась куда смышлёнее: она с самого начала стояла, опустив взор в пол, и не рискнула посмотреть хозяину в лицо.
Заметив реакцию гостьи, Бай И закрыл глаза и с силой потёр переносицу. Когда он снова распахнул веки, ярость в его взгляде немного угасла.
Эксперименты по очистке энергии Красного прилива зашли в тупик. Каким бы изощрённым методам он ни прибегал, получить чистую субстанцию не удавалось. Серия неудач привела Бай И в крайне скверное расположение духа. В последние дни даже Белыш и Бай Юэрань ходили тише воды, ниже травы, боясь попасться ему под горячую руку.
Разумеется, Бай И не стал бы их убивать, но под предлогом «тренировки» выбить из них всю спесь — это он мог устроить с превеликим удовольствием!
Поэтому, когда Бай Юэрань постучала и назвала его «мистером Уайтом», Бай И сразу понял: произошло что-то из ряда вон выходящее.
Скользнув ритмом по пришедшей, он мгновенно узнал её.
— Что стряслось с Лунься?
Его сухой вопрос вернул Хун Чжи чувство реальности.
— Мессия спланировала масштабное нападение! Все их высшие оперативники выдвинулись на штурм. Город на грани падения! Госпожа Сюань Шуанхуа отправила меня к вам за помощью!
— О как? — Бай И слегка приподнял бровь.
Он взглянул на незавершённый прибор в своих руках, затем вспомнил о способности Мессии манипулировать Красным приливом. После чего поднялся и сладко потянулся, разминая затекшие плечи.
— Пошли.
— Спасибо! Лунься никогда не забудет вашей доброты! — Хун Чжи глубоко поклонилась.
Четвёрка — Бай И, Белыш, Бай Юэрань и Хун Чжи — покинули убежище и на пределе возможностей устремились к столице.
По пути Бай И привычным жестом смахнул с меха-доспеха Хун Чжи налипшее загрязнение Красного прилива, позволив ей развить абсолютный максимум скорости и тащить остальных за собой. Благодаря этому время в пути сократилось в разы.
……
Тем временем в Лунься…
Тра-та-та-та-та!
Пехота Лунься шаг за шагом отбивала квартал за кварталом, зачищая улицы от мелких и средних монстров. Из-за углов то и дело вылетали твари, за секунды разрывающие ближайших солдат в кровавые брызги, но в следующее мгновение шквал свинца превращал самих чудовищ в решето.
Бум-м-м!
Прямо над головами бойцов один из меха-доспехов снарядом влетел в несущую колонну высотки. Израненное здание не выдержало и с оглушительным скрежетом сложилось, словно карточный домик!
Земля содрогнулась. Огромная туча пыли накрыла десятки тварей и солдат, погребая их под тоннами бетона. Счёт рухнувшим домам уже шёл на сотни, и за ревом взрывов этого разрушения почти не было слышно.
Кровь и изуродованные трупы застелили проспекты Лунься.
Выбравшись из каменного месива, пилот меха-доспеха даже не взглянул на землю. Включив форсаж ранцевых двигателей, он снова взмыл в небеса, где разворачивалась жестокая воздушная дуэль с исполнителями Мессии.
Битва в небесах была в сотню раз хаотичнее наземной. На бешеной скорости отличить своего от чужого казалось невыполнимой задачей. Лишь идеальная сработанность отрядов Лунься, вбитая в подкорку годами тренировок, позволяла им держаться вместе. Звенья из четырёх машин прикрывали друг другу спины даже в этом аду.
Каждого оперативника Мессии атаковало сразу несколько таких звеньев. Лишь самые элитные группы могли позволить себе дуэль один на один.
И всё же исполнители врага, даже находясь под концентрированным огнём, умудрялись находить бреши, выводя из строя или полностью уничтожая машины Лунься. Впрочем, и сами оперативники покрывались всё новыми ранами.
Казалось, чаша весов вот-вот склонится на сторону защитников.
Но это была лишь иллюзия.
Ведя непрерывный огонь, каждый боец краем глаза посматривал на самый высокий эшелон небесного фронта. Там решалась судьба всей войны.
Высоко над тучами Ли Сяо изо всех сил орудовал мечом, заставляя Ландыша (Второго) отступать.
Но сам пилот находился в критическом состоянии. Его некогда гладкий доспех был испещрён глубокими росчерками, из которых под воздействием энергии Красного прилива уже прорастали металлические шипы и опухоли. Самая страшная рана зияла на груди — сквозная дыра размером с кулак. Пройди удар на пару сантиметров правее, и его [Стержень души] был бы разрушен.
Ли Сяо был неверотяно силен. В честной дуэли он стёр бы в порошок любого из оперативников. Но у него были слабые места.
Хотя Сян Ян и обещался сдерживать Ли Сяо, Ландыш и Фиалка отлично помнили урок прошлых лет и заранее подготовили засаду на случай его возвращения. Едва Ли Сяо вырвался и прилетел на помощь столице, засада сработала. Тяжёлое ранение резко снизило его боеспособность, а долгий бой на пределе сил окончательно истощил пилота.
Отбросив Ландыша очередным выпадом, Ли Сяо на долю секунды потерял концентрацию.
И этой микроскопической паузой мгновенно воспользовался Жимолость (Девятый).
Хрясь!
Страшный удар насквозь пробил шлем Ли Сяо. Центральный процессор меха-доспеха превратился в труху, и лидер Лунься мгновенно потерял сознание, камнем повалившись вниз.
Жимолость не стал мешкать: его вторая рука уже мчалась к [Стержню души] беспомощного врага. Гибель Ли Сяо означала бы абсолютную победу Мессии.
— Пошёл вон, тварь! — полная безумной ярости глотка разорвала воздух.
Куньу Цзиньри одним махом рассек Жимолость пополам, мощным пинком отбросил его обрубки и подхватил падающее тело командира.
Ландыш попытался ударить в спину, но на его пути выразительной стеной встал Цзинвэй.
— Кунь, забирай капитана и дуй к запасному ангару! Быстро!
— А как же ты…
— Пошел!
Куньу Цзиньри не стал спорить и молнией устремился к земле.
Оправившийся от рассечения Жимолость вместе с Ландышем попытались кинуться в погоню, но Цзинвэй перекрыл им дорогу.
— Извиняйте, мужики, проезда нет, — пробормотал Цзинвэй своим обычным полумёртвым голосом, таращась на них сонными глазами.
— Ты не удержишь нас двоих, — холодно бросил Жимолость.
— Не попробуешь — не узнаешь, — отозвался Цзинвэй фразой, в которую не верил сам.
РО-О-О-О-ОР!
Вдруг планету сотряс такой дикий рев, что у всех присутствующих заложило уши. В следующую секунду с небес обрушилась исполинская, размером с город, ступня.
Один-единственный шаг — и весь Северный сектор столицы превратился в плоский блин. Тысячи людей, прятавшихся в подземных бункерах, были раздавлены в одну секунду.
От этого зрелища у всех пилотов перехватило дыхание.
Прямо перед гигантским, уходящим за облака чудовищем плавно парила одинокая фигура.
Это был бывший лидер Мессии — Сян Ян!