Глава 128 - Новый мир? Преисподняя!
Толпы жителей города Шаа хлынули наружу, ступая на незнакомую землю. Они целовали грунт, обнимали деревья, плакали над каждым травоядным зверьком.
Празднества не утихали десять дней и ночей!
Но ровно в тот момент, когда народ шаа поверил, что все беды позади, а их Повелитель может наконец сойти с Трона и обрести вечный покой, кошмар возобновился.
Сначала у тех, кто вышел за стены, принялись без видимых причин распадаться тела.
А следом на горизонте возникла невиданная прежде раса. Без лишних слов и попыток заговорить они пошли в атаку.
Война вспыхнула без малейшего предупреждения.
Оглушенная двойным ударом, цивилизация Шаа поначалу понесла тяжелые потери. Но следом в их жилах проснулся запечатанный генотип кровавых предков.
Превозмогая боль от распадающейся плоти, они пошли напролом, ворвались в логово вражеской цивилизации и вырезали их под корень!
Именно от тех бедолаг они и узнали правду о месте, куда попали. Это был искалеченный мир, слепленный из тысяч осколков погибших планет!
В этом жутком лоскутном пространстве никогда не утихали чума и войны. Смерть и уничтожение стали единственным законом существования.
Чтобы уберечь свой кусок суши от распада, обитателям приходилось захватывать и поглощать осколки чужих миров, продлевая собственное жалкое существование.
Но осколок остаётся лишь осколком. Ему никогда не стать цельным миром.
А потому все цивилизации в этом аду были обречены на гибель. Все их потуги являлись лишь затянувшейся отсрочкой.
И все же ради выживания своего вида они были обязаны сражаться.
Они окрестили эту бесконечную бойню Войной за Выживание.
И народ шаа бился в ней вот уже пять тысячелетий.
Бай же являлся 6666-м правителем их народа. Новым владыкой, которому надлежало взойти на престол!
…
— О великий Повелитель! Наша цивилизация сейчас терзаема как внутренними недугами, так и внешними врагами. Прежний владыка держатся из последних сил, а иные народы смотрят на нас, словно стая голодных волков…
Бай жестом оставил причитания Великого жреца и холодно спросил:
— То есть начиная с тысячелетней давности в этот мир не попало ни одного нового осколка? А после тысячи лет непрерывной резни из всех цивилизаций выжили только восемь, так?
Жрец закивал, словно заведенный.
— И ученые шаа пришли к выводу, что этот сшитый мир окончательно умирает и День Гибели не за горами?
Жрец снова склонил голову.
— И сильнейшей среди всех сейчас является так называемая «Федерация Гуманоидов»? А мы занимали второе место, но несколько дней назад полностью истребили цивилизацию Сисс, стоявшую на четвертом месте, из-за чего понесли ужасающие потери?
Великий жрец с мукой на лице утвердительно наклонил голову:
— Увы! Цивилизация Сисс славилась своими врачевателями… До нас дошли вести, будто их осколок может облегчить муки Прежнего владыки, и потому…
— И потому вы пошли войной, — перебил его Бай. — А в итоге выяснили, что вести были ложью. Вы не только бессмысленно истощили силы, но и нажили смертельного врага в лице Федерации Гуманоидов, которая выступала за союз всех выживших?
Жрец с глухим стуком ударился лбом о пол:
— Владыка! Вы утратили память и забыли о нашем прошлом… Но умоляю вас именем нашего народа — завершите обряд восшествия! Взойдите… взойдите на…
Он всхлипнул, его губы затряслись. Он пытался выговорить два этих страшных слова, но так и не смог.
Бум… Бум…
В тишине залы глухо разносились удары его лба о мрамор.
Бай посмотрел на старика с искренней жалостью:
— Отчего же вы так унижаетесь? Неужто жизнь стоит такой цены?
Этот вопрос он адресовал не только жрецу, но и самому себе. Наднедра его разума шептали: ты обязан спасти народ шаа, это цель всей твоей жизни.
Но до чего же это было трагично!
Гибель мира — не то, что может остановить один человек. Все их отчаянные потуги лишь оттягивали неминуемый конец.
Бай засомневался: а что он вообще может сделать? Быть может, милосерднее было бы даровать им быструю смерть и стереть с лица земли?
Это было бы куда лучше, чем продолжать гнить в этом рукотворном аду.
Но слова Бая отозвались в душе жреца подобно грому среди ясного неба!
Он задрожал всем телом. На его старой ящероподобной морде свежая кровь перемешалась с гноем, слезами и соплями, превратив лицо в жуткое месиво.
Жрец рванулся вперед и из последних сил вцепился в голень Бая, будто утопающий в соломинку.
В его отвратительном плаче прозвучала стальная, непреклонная вера:
— Всё так, как вы говорите, Владыка!
Пятна гноя и крови мгновенно испачкали белоснежный шелк нарядов Бая.
— Но цивилизация… Наша цивилизация должна жить! Пусть без чести, пусть растоптанная чужими сапогами, пусть уступающая даже червям… Но пока цивилизация Шаа дышит, мы вынесем всё! Я знаю, я знаю, что конец близок! Но если протянуть еще немного… еще совсем чуть-чуть… вдруг появится шанс?! Вдруг наш осколок прибьет к новому, здоровому миру?! Вдруг наши потомки увидят настоящий рассвет?! А потому мы обязаны терпеть! Прежний владыка терпит, Церковь терпит, воины терпят, народ терпит…
Под конец жрец зашешепелявил, задыхаясь от слез. В глубине души он догадывался о страшном.
Новый владыка вовсе не потерял память. Он просто испугался. Он не хотел взваливать на себя эту страшную ношу.
Но как же так?! Как такое возможно?!
Он — единственный оставшийся кандидат! Все прочие погибли на войне с цивилизацией Сисс! Если Новый владыка отступит, цивилизации Шаа конец!
Жрец не смел даже думать об этом, судорожно внушая себе обратное.
Нет, Владыка не трус! Он действительно потерял память! Во время Обряда Очей произошел сбой! Стоит ему всё объяснить — и он станет прежним, обязательно станет!
Из перехваченного горла жреца вырвался сиплый клекот:
— Я молю вас о милосердии! Подарите нам мужество… Подарите…
Среди этих бессвязных мольб жрец вдруг почувствовал, как чья-то рука ласково коснулась его плеча.
Он поднял глаза и встретился взглядом с золотыми зрачками. Жрец по привычке хотел снова уткнуться носом в пол, но ладонь Бая мягко удерживала его голову.
Он смотрел на красивое, хоть и чешуйчатое лицо Нового владыки. На коже Бая не было ни единой язвы или опухоли — привилегия кандидатов, чьи болезни до времени забирал Прежний владыка.
Длинные пальцы, покрытые чешуей, прикоснулись к его морде. Без тени брезгливости Бай заботливо смахнул грязь и кровь с лица старого жреца.
И это абсолютно спокойное лицо показалось жрецу прекраснее всего на свете.
— Я же сказал, что спасу вас, — тихо произнёс Бай. — Я спасу цивилизацию Шаа. А теперь — продолжайте ритуал.
Жрец задрожал от нахлынувших чувств. В древних хрониках писали, что Черный владыка любил свой народ как родных детей. Жрец никогда не понимал этих слов.
Но сейчас пред ним словно встал образ самого Черного владыки.
— Ваш слуга… — прошептал жрец, — готов умереть за вас тысячу раз!