Глава 867 - Мы обязательно встретимся снова!
Мир погрузился в тишину. Сила Следа мечты исчерпала себя, и на Е Цияня навалилась свинцовая усталость. С того самого дня, как он оказался в Пустоши, это было его самое тяжелое испытание. Он выложил на стол почти все карты.
В запасе остались лишь Врата Обители Смерти, портал Бездны, возможность призвать Шаю и Чжао Си, да пара артефактов для воскрешения. Это была самая опасная битва в его жизни.
Воля Бесцветного. Истинный бог. Вершина. И ведь это была лишь малая часть его сознания, управляющая чужим телом. Трудно было даже вообразить, насколько могущественным был настоящий Бесцветный в своем истинном обличии.
Но как бы там ни было — он победил.
Е Циянь без тени страха опустился на землю рядом с гаснущим огоньком чужой воли. Достав золотое яблоко, он с хрустом откусил сочный бок.
— Фух... Похоже, тебе пора возвращаться.
Крохотное пламя Воли Бесцветного едва заметно колыхнулось.
— Увы, это так. В следующий раз я подберу сосуд получше. И тогда ты непременно станешь моим апостолом.
Е Циянь лишь пожал плечами.
— Как скажешь. Но победителем всё равно буду я.
— Если так — тем лучше. Я и есть Бесцветный, а Бесцветный есть я. Я не люблю размениваться на двойников, поэтому сюда пришла моя истинная воля. Е Циянь, ты одолел саму суть Бесцветного. Эта слава принадлежит тебе по праву.
Огонек становился всё прозрачнее. Глядя на него, Е Циянь вдруг вспомнил о важном.
— Эй, не исчезай пока. Ответь мне на пару вопросов.
В медленно вращающемся Кольце зла активировалось Обольщение, зависнув над его головой.
— Что ж, — отозвался Бесцветный. — Если говорить терминами вашей системы, ты прошел Испытание Бесцветного. Три вопроса. Это всё, что я могу позволить себе в этом мире, прежде чем окончательно растаять.
— Трех достаточно. — Е Циянь огляделся. Древнее поле битвы, созданное Мечом гравировки слез, начало медленно растворяться в тумане. — Ты знаешь об этой войне?
— Нет. Но в тех тенях, что ты призвал, я чувствую сущностей куда более древних, чем я сам. Как и в твоих кольцах власти. Король славы из племени Героев жил в мою эпоху, но второй... о нем я ничего не знаю.
Е Циянь молча перевел взгляд на Алые слезы, которая медленно шла к нему. Градус безумия этой битвы зашкаливал. Он гадал, не связана ли гибель Золотого племени с этим полем боя, но ответ Бесцветного перечеркнул эти догадки. Эта война была гораздо старше той финальной битвы, что стерла Золотое племя с лица земли.
Он глубоко вздохнул, загоняя вопросы поглубже в подсознание. На них нельзя было найти ответ простыми размышлениями. Единственный путь — идти вперед по Пустоши, и однажды истина сама откроется ему.
— Второй вопрос. Золотое племя, племя Героев... а еще, кажется, были Серебряные и Бронзовые? Расскажи о них. Почему им пришел Финал?
— Потому что они преградили нам путь. — В голосе Бесцветного прозвучала странная смесь гордости и печали. — Золотое племя было рождено великим. Они не были Вершинами, как мы, но обладали невероятной созидательной силой. Они были воплощением благородства, искренности и справедливости. Почти каждый народ в этом мире был их должником. Они вели эпохи за собой, и все миры следовали их искусству и культуре. Но именно в этом крылась погибель. Их совершенство убивало многообразие. Путь, который должен был быть бесконечным, стал узким и тесным. Разве можно двигаться вперед, если все вокруг лишь подражают Золотому племени? И тогда мы отвергли их совершенство. Мы решили принести им Финал. Это была великая война во множестве миров. И мы победили.
Бесцветный говорил с неподдельной гордостью, точно герой, рассказывающий о спасении мира. Золотое племя не совершало зла — они просто были собой. Но и Вершины не считали себя злодеями — они боролись за свое будущее. В этой схватке не было правых и виноватых.
— Серебряное племя — это полукровки, дети Золотого племени и других рас, — продолжил он. — Бронзовые — плод еще большего смешения. В каком-то смысле они были похожи, а в чем-то даже превосходили своих предков. Их Финал не был моим делом, этим занимались другие Истинные боги. Что же касается племени Героев...
Бесцветный на мгновение замолк.
— Они, как и я, были рожденными Вершинами Пустоши. Они не были единым народом в привычном понимании. Но, оправдывая свое имя, эти безумцы всем сердцем любили жизнь. С самого рождения они защищали цивилизации, страны, планеты и целые миры. Всего их было тринадцать. Первой среди них была Вершина Золотого племени. В одиночку она сражалась с семью такими, как я, и даже более сильными Вершинами Пустоши, и не уступала им. Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как мы её одолели. Даже спустя эпохи я ей не ровня. Она... она сама выбрала поражение.
Трудно было поверить, что столь высокомерное существо признает свою слабость. Первая среди Героев, видимо, действительно была за гранью понимания.
— С остальными двенадцатью расправились общими силами. Выжил ли кто-то — не знаю. Е Циянь, мои силы на исходе. Задавай последний вопрос.
Огонек Бесцветного замерцал, готовый погаснуть в любую секунду.
— Последний вопрос? — Е Циянь усмехнулся. — Я приберегу его. Спрошу при следующей встрече. Ты ведь не забудешь?
— Ха-ха-ха-ха! — Раскатистый смех эхом разнесся над пустошью. — Конечно, нет! Е Циянь! Как я и сказал — ты прошел Испытание Бесцветного! А за это полагается награда! Лови!
Из пламени вылетел луч света и опустился перед Е Циянем. Огонек окончательно рассеялся по ветру, оставив лишь прощальный шепот:
— Становись сильнее, человек! Мы обязательно встретимся снова!