Глава 82. Цикл наказания
Глава 82 - Цикл наказания?
— В следующий раз, когда соберусь в горы, пойду пешком... — проворчал Е Циянь.
Езда на тяжелом мотоцикле по рыхлому снегу превратилась в изощренную пытку. В конце концов ему это надоело, и он заставил Демона-ворона толкать «Дорожного тирана» сзади. Только так, спустя час мучений, он добрался до третьего пункта снабжения.
Метель не утихала. Трупы снежных монстров, устилавшие землю вокруг хижины, бесследно исчезли, словно их и не было. Дверь была плотно закрыта, а из трубы всё так же вился тонкий дымок.
Е Циянь ударом ноги распахнул дверь.
Трехглавое существо, забившись в угол, при виде него буквально засияло от восторга.
— Господин! Господин Экзорцист! Вы вернулись! Вы сняли наше проклятие?!
Е Циянь проигнорировал их вопли. Его взгляд медленно сканировал комнату, пока не остановился на темном, холодном зеве камина. Он прищурился. Из трубы шел дым, но в камине не горело ни полена.
Логично? Ни капли.
— Вот мы и нашли тебя, — процедил он.
Он сменил магазин в Эбеновом дереве. Грохнул выстрел — белая разрывная пуля в щепки разнесла кладку камина. Ледяной ветер тут же ворвался в хижину через образовавшуюся дыру.
И там, среди обломков кирпича, обнаружился череп, окутанный едва заметным черным маревом. И этот череп заговорил человеческим голосом:
— Почему... почему тебе обязательно нужно было докопаться до истины?
— А-а-а! Демон! Это демон!
— Постойте... этот голос... это же голос Проводника? Нет, он похож на голос моего брата!
— Твой брат и есть демон!
Е Циянь не обращал внимания на перепалку голов. Камень чистого очищения на его груди начал ощутимо нагреваться. Скверна. Настоящая, концентрированная скверна.
— Так кто ты? Проводник? Или его брат?
Череп медленно, почти по-человечески кивнул.
— Я — это все они. Я — Проводник. Я — его брат. Я — тот самый профессор, которого они сожрали первым. Я — это каждый из тех пятнадцати человек. Кроме них троих.
Ого, вот это поворот. Е Циянь приподнял бровь. Ему стало по-настоящему интересно. Он поправил артефакт на груди и жестом велел черепу продолжать.
— И что это значит?
Черные глазницы черепа вспыхнули потусторонним огнем, полным бесконечной ненависти к существу в углу.
— С самого начала людоедами были только они трое.
И череп поведал иную версию событий.
— В экспедиции было шестнадцать человек, включая Проводника. Мы поднялись на гору в поисках легендарного прохода в иной мир. Но началась буря, путь назад отрезало снегом, и нам пришлось запереться на втором пункте. Мы думали, что припасов хватит, чтобы переждать непогоду. Но однажды ночью кто-то втайне сожрал почти всю еду. Двухнедельный запас исчез за несколько часов. Я, Проводник, решил рискнуть и отправиться вниз за помощью. Но когда я вернулся... я обнаружил, что эти трое дьяволов уже доедали последнего из наших товарищей!
Дьяволы? Е Циянь перевел взгляд с парящего черепа на уродливое трехглавое тело. Честно говоря, обе стороны выглядели одинаково жутко.
— Не верьте ему! Он лжет! — закричали головы. — Мы не помним ничего подобного!
— Господин, это монстр! Убейте его! Он хочет нас запутать!
— Мы не ели их специально! Клянемся!
Их нестройный хор, перекрываемый воем ветра, вызывал лишь раздражение. Череп издал сухой, дребезжащий смешок.
— Конечно, вы не помните. Потому что вы проживаете это в сорок седьмой раз! После того как вы нас сожрали, наши души слились в единую ярость. Я поймал вас. Я подчинил того ничтожного художника из иного мира, чтобы он создал для вас это тело и этот кошмар! Вы будете жить в нем вечно! Это ваша кара!
Вот оно что. Значит, тот «герой», возомнивший себя хозяином мира, был всего лишь марионеткой в руках мстительного духа. Какая ирония.
— Сволочь! Ты обманул нас! — взвыло трехглавое существо.
Казалось, в их мозгах щелкнул какой-то тумблер — заблокированные воспоминания хлынули потоком.
— Проклятье! Почему ты не оставишь нас в покое?! Мы просто хотели выжить! Мы были вынуждены!
Их тело начало конвульсивно дергаться и раздуваться. Череп взмыл к потолку, глядя на Е Цияня сверху вниз.
— Такие, как ты, «чужаки», появлялись здесь и раньше. Но ты — первый, кто решил во что бы то ни стало разорвать круг. Что ж, цикл начинается снова. И на этот раз ты станешь его частью! Ты станешь новой пищей для этого вечного мира!
Череп дернулся, собираясь исчезнуть, но в этот момент его перехватили когти Демона-ворона. Фамильяр, возникший из теней, придавил духа к полу.
— Что?! Отпусти! — взвизгнул череп.
Черный дым попытался окутать ворона, но тот сам был порождением тьмы. Такие фокусы на него не действовали.
— Ты кое-что путаешь, — Е Циянь холодно улыбнулся. — Я никогда не говорил, что хочу разорвать твой драгоценный цикл.
В дуле Эбенового дерева начал концентрироваться ослепительный свет, смешанный с черными искрами. Е Циянь одновременно потратил 10 единиц выносливости и 10 единиц ментальной энергии, формируя бронебойно-разрывной снаряд.
Он навел пистолет на бьющееся в агонии трехглавое чудовище.
— Но если для завершения миссии нужно что-то уничтожить... то это будете вы.
*БА-БАХ!!!*
Выстрел расколол тишину гор. Метель на мгновение замерла. Тело мутанта разлетелось на тысячи кровавых ошметков. Фрагменты костей и плоти дождем посыпались с потолка, но Демон-ворон вовремя раскрыл крылья, закрывая Е Цияня от этой мерзости.
Череп в когтях ворона зашелся в яростном крике:
— Как ты посмел?! Как ты посмел убить их?! Их наказание еще не окончено! Лицемер! Кто дал тебе право прощать их?!
— Прощать? — Е Циянь сдул дымок со ствола и достал Камень чистого очищения. На его губах играла едва заметная, жесткая усмешка. — Ты слишком много о себе возомнил. Я просто пришел убить их. И тебя тоже. Только так я завершу свою задачу. А ваши разборки... мне на них плевать.
Артефакт вспыхнул ослепительным белым светом. Как только лучи коснулись черного марева, череп издал последний, полный муки вопль.
Один, второй, третий... Десятки призрачных, изломанных теней начали отделяться от черного дыма и растворяться в чистом свете. Их общая ненависть была тюрьмой не только для убийц, но и для них самих. Палач и жертва — в этом цикле не было свободных.
— Готово. Вот теперь миссия действительно выполнена.