Глава 601 - Мои вещи принадлежат только мне
[Сделка заключена...]
В бледном, мертвенном сиянии перед взором Тенгэ предстал величественный скелет-демон. Тело лорда, повинуясь чужой воле, само вытянуло руку, коснувшись костяных пальцев чудовища. Сила «Искупления», рожденная самой бездной, хлынула в него, вымывая боль и прах. Всё вернулось на круги своя.
Тенгэ открыл глаза и уставился на Е Цияня. В его взгляде полыхнула ярость.
— Ты думаешь, что сможешь контролировать меня этой жалкой поделкой?
Он знал: помощь врага, кажущаяся бескорыстной, в итоге обернется непомерной ценой. Тенгэ не знал, какой именно, но его гордость вопила от негодования. Великий лорд Миланда-Сити не станет марионеткой в руках мальчишки!
Он схватил костяной клинок и бросился на Е Цияня. Однако стоило ему сделать шаг, как в глубине его зрачков блеснул черный перевернутый крест. Дикая, невыносимая боль сбила его с ног. Все раны, только что исцеленные, на миг вернулись с удесятеренной силой.
Е Циянь не стал доводить дело до конца — он лишь дал ему почувствовать вкус того, что будет, если семикратная мощь ранений взорвется по-настоящему.
— Я лишь дал тебе шанс, не более. Думаю, лорду Тенгэ обидно уходить вот так. Что лучше: сдохнуть в этой яме, всеми забытым, или... уйти красиво? Например, еще раз сцепиться с Господином Порядком?
Тенгэ медленно поднялся с земли, храня молчание.
— Парень, я понял твой замысел. Хочешь стравить нас, как псов? Что ж, неплохо! Твой выбор верен, ха-ха-ха! Но будь уверен: у тебя должно хватить сил прикончить меня, когда придет время.
Волчий тотем на груди Тенгэ вспыхнул яростным светом. Он вновь подобрал клинок, и воздух содрогнулся от его рева. Дух белого волка, ледяная стужа метели — Тенгэ сорвал с себя остатки разбитых доспехов и, ведомый силой «Искупления», рванул в небо, к Господину Порядку.
Этот рев заставил всех участников битвы обернуться.
— Опять этот мусор? Никак не сдохнет! — Господин Порядок был в бешенстве.
Он был силен. По-настоящему силен. Даже А-Чуань, усиленный до предела и находясь в призрачной форме, едва удерживал паритет. Даже под гнетом пророчества Чжу Синту и ритуала Монрогины, Господин Порядок не верил в своё поражение. Но эта бесконечная битва начала его утомлять. Хаос вокруг вызывал у него тошноту.
«Дождь алых слёз» незаметно подтачивал его волю, заставляя ненавидеть саму суть этой войны. А ненависть ведет к ошибкам.
— Всё ради Порядка! Это необходимая жертва! Сдохните все!
Грандиозное золотое сияние вырвалось из него! Сила, способная стереть этот город с лица земли, начала концентрироваться в одной точке. Он не хотел больше ждать. Он собирался уничтожить город, этот мир и всех, кто в нем находился.
— Не выйдет, — раздался голос Чжу Синту. — Я же сказала: ты не победишь.
Сияние «Астролога» буквально раздавило его золотой свет. Мощь Господина Порядка рассеялась без следа, словно её и не было. Такова была воля Чжу Синту, начертавшей «Факт Победы». В этой истории Господин Порядок был злодеем, и Карта осквернения методично вычеркивала любой его шанс на успех. Он должен был проиграть — и это было уже не предсказание, а закон.
Даже Тенгэ почувствовал, как его силы странным образом возросли, но стоило ему подумать о чем-то, кроме атаки на Порядок, как это усиление мгновенно исчезало.
Господин Порядок сжал кулаки. Неужели он проиграет? Если бы они встретились в чистом поле, он был уверен, что раздавил бы их всех. Но Чжу Синту и Монрогина готовили эту ловушку в Миланда-Сити слишком долго. Он играл на чужом поле. Его Царство Порядка было заблокировано, его поезд был недоступен, его подчиненные были далеко.
Он злился на себя за то, что не подготовился, позволив этим выскочкам из «Ди Сюй» перехватить инициативу. Но сейчас сожаления были бесполезны. Впрочем, оставался последний шанс. Он перевел взгляд на трон Асмодея.
Но, к его удивлению, трон сам начал медленно дрейфовать в сторону Тенгэ. Медленно, словно улитка, он приближался к месту, где лорд издал свой последний рык. Безликий на троне смотрел вниз.
Там, на возвышении среди руин, сидел черноволосый юноша. Рядом с ним девушка-демон с алыми слезами на глазах держала зонт, укрывая его от непогоды. Прекрасная механическая горничная стояла подле, держа поднос с дымящимся чаем. Огромный ворон-демон с любопытством вертел головой, а на его плече устроилась золотая птица, источающая молнии. Серебристый слайм лениво поглощал грязь вокруг, поддерживая идеальную чистоту.
Механизмы и демоны. Они окружили человека плотным кольцом. А сам юноша лениво перелистывал «Книгу Истины и Иллюзий», пока маленькая медуза с мечом «Лунная вуаль» парила за его спиной. Крошечная цветочная фея сидела на его плече, болтая ножками, а механический дракончик, лишенный всякого величия, обвился вокруг его шеи, поглядывая по сторонам.
Это было настолько яркое и вызывающее зрелище, что казалось невозможным его не заметить. Но почему-то никто не обращал на них внимания. Кроме него.
Асмодей. Он смотрел на Е Цияня своим безликим ликом. На человека, окруженного демонами и машинами.
— Ты ли тот, кто обеспечил мой вечный сон? — голос Асмодея услышали все. — Нет, вопрос излишен. Ты предал мои останки земле. Ты имеешь право стать Королем. Займи бесконечный трон, надень корону, стань новым...
Асмодей замолчал, ожидая. Эффект «Гордыни» инвертировался, и Е Циянь мгновенно стал центром мироздания. Лица Тенгэ и Господина Порядка исказились. Первый планировал захватить корону, чтобы силой Асмодея сбросить оковы «Искупления». Второй хотел прорвать блокаду Чжу Синту и уйти из этого мира с трофеем.
Но слова Асмодея установили новый факт: он нашел того, кто достоин короны. Того, кто сядет на трон Короля Жестокости. Стоило Е Цияню надеть корону, и у остальных не останется ни шанса. Корона сама подплыла к рукам Е Цияня. Трон опустился перед ним, и Безликий склонился, ожидая коронации нового монарха.
Однако...
Е Циянь взвесил корону в руке, а затем с сомнением посмотрел на трон. Его губы тронула странная усмешка, и он поднялся.
— Нет! Проклятый наглец! Положи её на место! — взревел Господин Порядок. Его карты окрасились в зловещий багровый цвет. Он метнул свой клинок в сторону юноши.
Вспыхнула «Звездная печать странника». Непоколебимое мужество создало зону в семьдесят семь метров, куда не могла проникнуть даже атака Господина Порядка.
Е Циянь небрежно подбросил корону, словно детскую игрушку. Его голос, спокойный и ровный, разнесся над руинами:
— Один человек как-то сказал мне: не стоит слепо доверять бесконечности. И вот ты предлагаешь мне сесть на бесконечный трон и, вдобавок, сменить имя? На такую скучную и глупую затею подпишется только идиот. К тому же... я человек крайне эгоистичный.
Он усмехнулся. Корона, обладавшая собственной волей, попыталась вырваться, но Е Циянь сжал пальцы. «Кольцо власти Асмодея», найденное Валли, блеснуло на его руке, и в тот же миг корона лишилась всякой возможности к бегству.
Е Циянь начал сжимать кулак. Под его пальцами на короне Короля Жестокости Асмодея начали проступать трещины.
— Мои вещи принадлежат только мне.