Глава 1230 - Карта пари с самим собой
Едва Карта пари оказалась в руках Е Цияня, Барьер утратил прочность и развеялся.
Выйдя наружу, Е Циянь оглядел находку. Его лицо исказила весьма неоднозначная мина.
— Ну и дрянь… Эта карта — сплошное надувательство.
Он попробовал активировать её свойства, но едва прикоснулся к сущности карты, как в голове вспыхнуло дикое желание выкинуть эту дрянь подальше.
Этот автомат требовал в качестве ставки память, предел выносливости или духовную силу держателя! Каждая ставка превращалась в фишку. При выпадении трех одинаковых символов ставка возвращалась, а игрок получал случайный щедрый бонус.
Более того, автомат можно было подсунуть другому человеку.
Если бы в качестве фишек принимались Монеты поезда, Е Циянь с его навыком Колоссальное сокращение расходов крутил бы этот барабан день и ночь! Но память? Выносливость? Дух?
Для Капитана поезда эти три параметра означали [Путь], [Жизнь] и [Истинное Я].
Рисковать своей сутью ради иллюзорного куша? Е Циянь считал себя везунчиком, но не насколько сумасшедшим, чтобы ставить на кон всё ради сомнительной выгоды.
Он не боялся рисковать, когда обстоятельства прижимали к стене. Иногда лишь безумный отчаянный шаг способен вырвать победу из лап смерти. Но награда этой карты совершенно не окупала риски.
Подумать только: чтобы выбить карту, ему потребовалось три часа непрерывных вращений! А способность карты давала лишь одну попытку, решавшую всё.
— Чтобы гарантированно выбивать три семерки, придется каждый раз тратить Чудо Шепота Глубин…
Тратить абсолютное Чудо ради непонятной карты? Слишком расточительно.
— Похоже, я просто чересчур жаден, — Е Циянь хмыкнул и спрятал карту в инвентарь. — Моей силе не нужны подобные не надежные козыри. Эта карта — пари не с врагом, а с собственным «Я».
Он размял шею.
— Впрочем, при встрече с Чжао Линь можно будет обменять её на пару порций удачи… К слову, когда она умерла на той станции, её Отказ от смерти ведь сработал? Значит, осталось две жизни… Ладно, при встрече разберемся. Хм, а бой нахуй вверху уже должен закончиться?
Е Циянь взглянул на летающую рядом мини-Миатиллу.
— Кстати, а почему прошлый Лорд станции не нашел эту карту?
— Динь-дон! Миатилла изучила системные логи этого мира! — радостно рапортовала помощница. — В записях полного доступа Лорда станции не было ни единого упоминания о Барьере этой карты!
Е Циянь застыл, недоверчиво уставившись на чиби-версию ИИ.
— Это еще откуда у тебя такие полномочия?
Миатилла гордо задрала носики-курносики:
— Полномочия Лорда станции выдаются напрямую Главной системой поезда! За исключением Капитанов поезда, ими чаще всего наделяют сторонние сущности. А раз права дарованы системой, значит, сам мир имеет с ней тесную связь. После смерти Лорда полномочия освобождаются, и Миатилла может легко прочитать лог событий!
Е Циянь кивнул. В этом был смысл. Права Лорда станции — это чисто системный инструмент управления миром, в отличие от свободной силы Капитанов. Неудивительно, что система позволяла блокировать эти права.
— Выходит, тот идиотина и впрямь ничего не замечал.
— Именно! К тому же сам Карточный ряд зародился относительно недавно. А прошлый Лорд станции лишь беспросветно пьянствовал и развлекался, так что упустил момент.
— Недавно зародился, значит… — Е Циянь крутанул в пальцах карту. — Любопытно.
Вместе с Валли он поднялся на поверхность.
В небесах громыхал раскатистый гром. Огромный Инквизитор Пустоты был насквозь пробит Копьём Разъедающей Пустоты. Гигантский Сюньле стальными кольцами обвился вокруг туши апостола, не давая тому совершить пространственный прыжок.
Ранее Е Циянь поделился со своими спутниками способностью засекать любые пространственные колебания, поэтому редкие попытки контратак монстра пресекались в зародыше.
Избиение три на одного подходило к концу.
— Куда-то собрался? Не уходи, милок! Раз уж пришел в гости, оставь тушку на запчасти! — Е Циянь, уплетая чипсы со вкусом Плода Белолесья, сотворенные Лиссетт, появился прямо на голове Сюньле.
[Установлен Знак правосудия]
[Судья]
[Арест!]
Попытка Инквизитора вырваться за пределы измерения была грубо отвергнута. Даже если бы он прошмыгнул сквозь ткани пространства, Арест мгновенно вернул бы его обратно.
[Сверхпустота: Нисхождение Пустотного царства]
Сила Пустотного царства намертво запечатала этот мир. До конца боя ему не сбежать.
[Хозяин, запрашиваю разрешение на главный калибр!] — выплыло сообщение от Сюньле.
Е Циянь с улыбкой нажал «Подтвердить».
В тот же миг системы дракона захватили цель.
— Пли~
Сюньле разинул пасть, выдвигая из зева гладкий орудийный ствол. Снаряд устремился точно в рваную рану, пробитую Ив и обожженную молниями Ястреба.
Апостол Пустоты взвыл от ужаса. Он метался, но кольца Сюньле сжимались лишь сильнее.
*Бум-м-м!*
Мир погрузился в абсолютную тишину. Свет и тьма, звуки и краски — всё свернулось в точку, затягиваемое в мгновенно образовавшуюся черную дыру!
Пять секунд.
За пять секунд земля под ними дыбом встала, сформировав циклопическую спиральную гору, уходящую в небеса.
Оглушительный грохот наконец разнесся по округе, ударная волна смела остатки руин. Лиссетт заботливо убрала ладони с ушей Е Цияня.
От огромного глаза остался лишь один жалкий, обугленный обрубок.
— Ого? Какой живучий. В нем еще теплится разум! — Е Циянь усмехнулся, глядя на крошечную зеницу, пытающуюся сформироваться в обломке.
— Чело-век… Кто… ты…?
Е Циянь расплылся в широчайшей улыбке:
— Я? Меня зовут Чжу Синту~
— Чжу… Синту…? Разве она… не женщина…?
— Ух ты, так она женщина? — хохотнул Е Циянь. — А я как-то не задумывался о её поле! Ну так что, догадался, кто я такой?
Он наколол обрубок плоти на острие меча.
— Впрочем, уже неважно. Для апостола Пустоты ты оказался редким слабаком.
— Человек… Ты… осквернил величие… Пустоты! Твое будущее… будет…
*Хруст.*
Е Циянь крутанул клинок, сжигая остатки жизненных сил твари.
*Кара-а!*
Демонический ворон камнем упал с неба и, опередив Демона Чревоугодия, ловко сглотал самый лакомый кусок плоти. Остатки достались Чревоугодию.
— Бросаться угрозами умеют все, а предсмертные проклятия — ужасно скучная вещь.