Глава 41 - Новый день
Ощутив на себе тяжелый взгляд Чэнь Аня, Ван Цзыянь виновато опустила голову и забормотала:
— Я вовсе не собиралась соперничать с Цзян Лай… Это она сама постоянно цепляется ко мне…
— Мм, я знаю.
Чэнь Ань лишь равнодушно кивнул.
И…
на этом всё.
Цзян Лай — его женщина.
А потому, даже зная, что зачинщицей была именно Цзян Лай, он все равно встанет на ее сторону.
Своих не бросают, справедливость — потом. Это аксиома.
К тому же, всё это делалось намеренно, чтобы подстегнуть саму Ван Цзыянь.
Он хотел, чтобы она и Ли Луси четко уяснили: стоит лишь оказаться в его постели, как твой статус в этой комнате мгновенно взлетит над обычными жильцами, даруя особые привилегии.
Иначе, если вокругцарит абсолютное равенство, как вообще заставить их соревноваться в здравой конкуренции?
Под здоровой конкуренцией Чэнь Ань понимал вполне конкретную вещь.
Он хотел, чтобы всю свою змеиную энергию эти женщины тратили на истребление тварей, поиски припасов, добычу золота и… попытки угодить ему самому.
Так они не ущемляют его интересы, а он наслаждается их красотой.
Сплошная выгода!
Что же до того, есть ли у Ван Цзыянь парень и готова ли она растоптать свою гордость…
Чэнь Аня это волновало меньше всего.
Если не согласна — пусть молча глотает слезы, когда Цзян Лай в очередной раз прижмет ее к ногтю.
И даже не думает рыпаться.
Пусть это несправедливо.
Но в Мире Вечной Ночи нет места справедливости.
Хочешь выжить? Хочешь жить с комфортом?
Тогда плати цену.
— Я… я поняла… — дрожащими губами прошептала Ван Цзыянь.
Она прекрасно поняла намек Чэнь Аня.
Это было предупреждение.
Прямое и нагглое потакание любимице.
Сердце Ван Цзыянь сжалось от обиды.
Ведь она была совершенно не виновата!
За что с ней так?
Цзян Лай же, напротив, облегченно выдохнула и от радости крепко обвила шею Чэнь Аня, звонко чмокнув его в щеку.
— Любимый, ты у меня самый лучший!
Она-то грешным делом подумала, что Чэнь Ань на нее сердится.
Оказывается, он просто заступался за нее.
Какое счастье!
— Полазей-ка в торговом интерфейсе, поищи, нет ли чего полезного для нас, — нежно ладя бедро Цзян Лай, с легкой улыбкой произнес Чэнь Ань.
— Секунду.
Цзян Лай чуть сместилась, устраиваясь так, чтобы Чэнь Аню было удобнее, и с торжествующей усмешкой зыркнула на Ван Цзыянь. Лишь после этого она открыла торговую вкладку.
Ван Цзыянь закусила губу до крови, и без того острая обида в ее груди смешалась с едкой злобой.
Проклятая Цзян Лай!
Я ведь пальцем о палец не ударила против твоего ненаглядного!
Зачем же давить на меня изо дня в день?
Зачем загонять в угол?!
Хм!
Если в конце концов между нами что-то произойдет, знай — в этом виновата только ты!
Яростно подумала про себя Ван Цзыянь.
Ли Луси сидела тихонько, опустив голову и уставившись на носки собственных туфель, не смея вымолвить ни слова.
А Чэнь Ань лишь довольно прищурился.
Ну разве не прелесть?
Цзян Лай стала еще послушнее и понятливее.
А Ван Цзыянь перестала язвить.
Атмосфера в комнате вмиг очистилась!
В этот самый момент.
В дверь снаружи донесся резкий стук.
Чэнь Ань приподнял бровь и машинально глянул на время на планшете.
До нашествия монстров оставалось ровно девять минут.
Кого это еще принесло?
Он лениво ткнул в экран, выводя на монитор живую картинку с камеры.
Заметив на пороге высокую девушку с копной вьющихся волос и томным лицом оперной дивы, Чэнь Ань невольно изумился.
— Сама госпожа преподаватель?
Бай Мэнцзе, тридцатиоднолетняя красавица-доцент.
Блестящее образование, солидный стаж.
К тому же, она вела у самого Чэнь Аня.
Кто бы мог подумать, что она окажется на том же этаже.
— Открой.
Получив безмолвный знак, Ли Луси тут же метнулась к дверям.
— Ли Луси?
Увидев отворившую дверь студентку, Бай Мэнцзе непонимающе изогнула брови.
Затем ее взгляд скользнул вглубь комнаты.
И тут же выхватил еще несколько знакомых лиц.
— Ван Цзыянь, Цзян Лай… и Чэнь Ань.
Бай Мэнцзе узнала каждого.
Все они числились в ее академической группе.
— Здравствуйте, преподаватель Бай… — голос Ли Луси звучал робко, смешивая детскую радость с застенчивостью.
Остальные тоже вежливо поприветствовали гостью.
Мэнцзе всегда отличалась мягким нравом, так что студенты относились к ней с искренней симпатией.
Пока не задеты шкурные интересы, люди вполне способны уживаться мирно.
— Послушай, Чэнь Ань, время до нашествия почти на исходе, я бы хотела купить у тебя арбалет, — Бай Мэнцзе замялась, виновато опуская глаза. — Я долго пыталась выменять хоть что-то на рынке, но так и не наскребла пять золотых монет. Можно… можно взять арбалет в долг? Обещаю, как только раздобуду золото, сразу же верну.
Положение ее было отчаянным.
Дверь никак не удавалось поднять до третьего уровня.
Да и ее собственный дар не давал никаких боевых бонусов.
Если она не раздобудет арбалет, то просто не переживет сегодняшний вечер.
— Будь это кто другой, я бы отказал. Но вы в свое время здорово выручили меня, преподаватель Бай, так что я верю вашему слову.
С этими словами Чэнь Ань достал из рюкзака тяжелый стальной арбалет.
Пусть он и считал себя законченным эгоистом.
Но тем, кто протягивал ему руку помощи, он платил той же монетой.
В свое время Бай Мэнцзе выручила его деньгами на жизнь.
Пусть сумма составляла всего триста юаней.
Но добро помнится.
— Спасибо… Огромное тебе спасибо, Чэнь Ань!
С дрожью в голосе проговорила женщина. Она торопливо полезла в карманы, извлекая на свет две золотые монеты, семь серебряных и три медных.
Вид у этой разномастной мелочи был такой, будто ее буквально соскребали по сусекам.
— Если убью сегодня призрака и выпадет золото, я сразу доплачу остальное!
— Не нужно золота. Оставьте себе, преподаватель Бай, считайте это подарком, — качнул головой Чэнь Ань.
Он с самого начала хотел лишь вернуть долг, так что брать с нее плату не собирался.
В конце концов, арбалет для него — сущие копейки, а расплата по старым счетам грела душу.
— Так нельзя, Чэнь Ань. То, что я помогла тебе тогда — мой прямой долг как педагога, я не имею права наживаться на этом…
Не дослушав, Бай Мэнцзе силой втиснула в ладонь опешившего парня звякающую мелочь, схватила арбалет и выпалила: — Мне пора возвращаться, нашествие вот-вот начнется!
И, не давая ему и шанса на возражение, бросилась прочь.
Глядя на горстку монет в ладони, Чэнь Ань невольно хмыкнул.
Он-то думал просто закрыть гештальт.
Чтобы потом, если что, без всяких мук совести нагружать преподавателя тяжелой работой.
А она вон как — решила заплатить по полной.
……
В то же самое время.
Вернувшись в свое укрытие, Бай Мэнцзе лихорадочно изучала устройство арбалета, пытаясь нащупать спусковой механизм.
Почему же она все-таки настояла на оплате?
Конечно, не хотелось оставаться вечной должницей.
Но была и вторая причина.
Женское чутье подсказывало: возьми она арбалет даром, нити, связывающие ее с этим парнем, истончатся еще сильнее…
А та тонкая паутинка студенческих связей и вовсе порвется навсегда.
Сегодня она долго наблюдала со стороны: по уровню чужой двери, по запасам внутри, по количеству проданных им арбалетов можно было сделать лишь один вывод… Дар этого юноши невероятно силен.
Так стоит ли из-за какого-то арбалета сжигать мосты?
[Начался запуск монстров текущего дня!]
Гендерно-нейтральный, зловещий скрежет вновь пронесся над ухом.
В коридоре раздался первый жуткий, вымученный смешок.
Мэнцзе вцепилась в ложе арбалета, вперив взгляд в свою хилую двухъярусную дверь.
Не смея издать ни единого звука.
БАМ-М-М!
Внезапная тяжелая туша обрушилась на створку так, что доски жалобно затрещали и прогнулись внутрь.
Жуткий, визгливый смех ворвался в щели.
На сетке всплыло уведомление:
[Прочность -1]
— Что?!
Бай Мэнцзе округлила глаза.
Всего один удар — и минус один пункт прочности?!
Да у ее деревянной двери второго уровня всего-то было десять единиц запаса!
Значит, она выдержит максимум десять таких ударов?!
Откуда у сегодняшних призраков такая безумная мощь?!
И главное…
Она же сидела тише воды, ниже травы!
С чего эта тварь увязалась именно за ее дверью?!