Глава 287 - Сбой
Когда авангард колонны миновал черту городского центра, сумерки уже навалились на землю.
Это была не та мягкая темнота, что приходит с закатом солнца. Кроны вековых деревьев смыкались над головами столь плотно, что солнечный свет, пробиваясь сквозь многоярусный полог, претерпевал странную метаморфозу: сперва золото редело до блеклой зелени, таяло в серо-зеленом мареве и наконец обрамлялось грязной, мутной полутьмой, словно мир вокруг разглядывали сквозь заляпанное сажей стекло.
Су Му сидел на пассажирском сиденье, наблюдая через окно за изменениями пейзажа, и брови его сходились всё ближе. Чэнь Цзюнь вцепился в руль мертвой хваткой; скорость упала до предельного минимума, шины то и дело срывались в пробуксовку на устланном листвой грунте, грозя каждую секунду ухнуть в скрытую под ней рытвину.
Колонна впереди встала. До Су Му долетели обрывки криков, катившихся волной по рядам, подобно ряби на воде. Распахнув дверцу, он ступил на пружинящий под ногами ковер из прелых листьев и замер.
Никаких распаханных полей. Никакой федеральной трассы. Ни единого намека на тот привычный пейзаж «пригорода», который он ожидал здесь увидеть.
Это был лес.
И не тот лес, что веками рос и развивался сам по себе, а чудовищный бор, словно выперший из недр земли за одну-единственную ночь.
Деревья поражали воображение своей исполинской толщей — даже самое тонкое из них не обхватили бы и трое мужчин. Кроны смыкались сплошным навесом, образуя непроницаемый купол, надежно отрезавший их от неба.
Стволы отливали мертвенной чернотой и серостью, сплошь покрытые сетью тончайших трещин. Но сочилась из этих трещин вовсе не смола, а густая, багровая, похожая на кровь жижа, которая медленно стекала по коре и застаивалась у корней зловещими кровавыми лужами.
Воздух тяжело пах сырым перегноем вперемешку с отчетливым металлическом привкусом свежей крови — от этого запаха саднило в горле.
Су Му присел на корточки и отбросил носком ботинка слой палой листвы. Подстилка оказалась толстой, не меньше десяти сантиметров, но под ней лежала не обычная земля, а черная, вязкая, зловонная жижа, больше похожая на болотную трясину.
Стоило погрузить туда пальцы, как ощутилось странное сопротивление — будто там, в глубине этой субстанции, что-то медленно шевелилось. Вытащив руку, он увидел, что ногти и кожа испачканы черной грязью, а в нос ударил смрад разложения, настолько древнего, что даже кости давно обратились в прах.
С хвоста колонны с жужжанием поднялись несколько дронов-разведчиков, устремляясь в проемы между кронами.
Су Му проводил их взглядом: крошечные сигнальные огни мигали в сумраке, словно заблудившиеся светляки, ищущие дорогу в преисподнюю.
Спустя несколько минут аппараты вернулись. На корпусах некоторых зияли глубокие рваные борозды, а у одного из них винт оказался срезан напроверку — беспилотник с треском рухнул на крышу головной машины, издав противный металлический скрежет.
Командир Ли прибежал спереди, сжимая в руках планшет, на который транслировалась запись с уцелевших дронов.
Лесная полоса казалась не бесконечной, но внутри неё простиралась глухая, первозданная бесконечность... Экран показывал лишь деревья, еще деревья и бескрайний океан стволов и тьмы. Потолок листвы лежал слишком низко, и дроны не могли подняться выше, вынужденные лавировать под самыми кронами, где не было ничего, кроме кромешного мрака.
— Каковы результаты сканирования? — раздался спереди голос Чжоу Вэй Женя.
— Все приборы вышли из строя, — Сяо Цзю поправил очки на переносице, в голосе его звучала редкая для него тревога. — Электромагнитные волны, ультразвук, тепловизоры, инфракрасный диапазон... Всё поглощено неизвестной аномалией. Мое оборудование видит не дальше чем на пару десятков метров, дальше — сплошная «слепая» зона.
Эволюционеры-сенсирики подтвердили те же данные. Один из них сидел с закрытыми глазами, на висках пульсировали вздувшиеся вены — казалось, он напрягал волю до предела, пытаясь заглянуть сквозь завесу, но в конце концов распахнул веки, помотал головой, бледный как полотно.
— Подавление колоссальное. Меньше трети от нормы. И чем глубже мы идем, тем сильнее давит.
Чжоу Вэй Жень умолк. Его палец несколько раз скользнул по экрану планшета, увеличивая и уменьшая масштаб карты. Стоявший неподалеку Су Му наблюдал за его спиной, чувствуя, как тяжело дается человеку это решение — решение, от которого зависели жизни более чем двух тысяч людей.
— В обход, — наконец произронил Чжоу Вэй Жень.
Толстяк Цянь развернул карту, приложил линейку и, подняв голову, скривился так, будто проглотил лимон.
— В обход — это минимум четыре часа пути. К тому же маршрут пролегает через заболоченную низину, рельеф там сложный, высок риск засады. До наступления темноты к точке эвакуации мы точно не успеем.
Чжоу Вэй Жень ничего не ответил.
— А если выжечь лес? — предложил кто-то из офицеров.
Ответа не последовало. Попробуй выжги такую массу — когда этот костер угомонится?
К тому же, стоило огню выйти из-под контроля, и двум тысячам человек просто некуда было бы бежать. В конце концов Чжоу Вэй Жень отдал приказ:
— Никаких обходов. Никакого огня. Идем напролом по старой трассе сквозь чащу.
Никто не возражал, но и радости на лицах не было. Люди просто молча приняли неизбежное. Все понимали: иного выхода не существовало.
Колонна тронулась с места, медленно погружаясь в зеленовато-черный мрак.
Стоило им пересечь границу леса, как свет погас разом — словно кто-то набросил на мир гигантский траурный полог.
Су Му устроился на пассажирском сиденье, наблюдая, как кроны над головой смыкаются всё плотнее, а воздух густеет. Чэнь Цзюнь вел машину на черепашьей скорости: колеса проскальзывали в жиже из прелых листьев, то и дело норовя ухнуть в скрытую яму.
Тяжелым бронетранспортерам и танкам пришлось еще хуже. Их гусеницы были слишком широкими, а машины — непомерно тяжелыми, чтобы удержаться на зыбком ковре из гниющих листьев. Гусеницы вязли в жиже, моторы ревели на пределе возможностей, выплевывая клубы черного дыма, но броневики оставались неподвижны. Солдаты выпрыгивали наружу, лопатами вычерпывали грязь из-под траков, подкладывали ветки, доски и снова пытались сдвинуть махины с места.
Шаг вперед, провал, раскопка, настил, снова рывок. Танки двигались медленнее пешеходов, и разрыв только увеличивался.
— Бросить технику! — приказ Чжоу Вэй Женя донесся из рации. Экипажи заглушили моторы, наскоро замаскировали бронемашины ветками и палой листвой прямо у обочины. Танкисты поснимали крупнокалиберные пулеметы, закинули за плечи цинки с патронами и влились в пешие порядки.
Солдаты из броневиков распихали по рюкзакам всё, что могли унести, а остальное бросили в кузовах.
Чэнь Цзюнь заглушил мотор фургона на самой кромке леса, выскочил наружу и принялся набивать рюкзак пожитками. Действовал он быстро и методично: таблетки для очистки воды, сухой пай, боеприпасы, аптечка, запасные элементы питания. Рюкзак мгновенно раздулся, став тяжелым и неподъемным.
Су Му подошел ближе, бросив взгляд на поклажу.
— Слишком тяжело. Бери только самое необходимое.
Чэнь Цзюнь помедлил, выкинул часть сухпайков и половину патронов, оставив аптечку и воду. Утрамбовав всё заново, он закинул ношу за плечи — на сей раз лямки давили уже не так безжалостно.
Су Му кивнул. Рюкзак Линь Сяохе был совсем маленьким — в нем лежали лишь короткий клинок, запасные рожки с патронами да фляга с водой. Снаряжение Линь Юй Вэй тоже не отличалось громоздкостью: помимо самого необходимого, в её поклаже нашлось место для маленького серебристого леопарда — тот устроился прямо в переднем кармане-кенгуру, выставив наружу крошечную мордашку и настороженно озираясь янтарными глазами.