Глава 742. Шутки кончились
Галактика, Темный сектор, планета Туси-IV.
Масштабная кампания по очистке поверхности планеты от легионов механических монстров-слияний близилась к своему завершению. Некогда бесчисленные орды, исчислявшиеся сотнями миллионов, были расколоты на части превосходящей огневой мощью и стальной волей наземных корпусов Земной Федерации. Окруженные и зажатые в тиски, они методично уничтожались концентрированным огнем.
Против отточенной тактики федеральных войск монстры, ведомые лишь примитивными инстинктами, оказались менее эффективными, чем даже регулярные легионы демонов. Единственной серьезной преградой в этой зачистке оставались логова гигантских существ, зарывшихся глубоко под землю. Каждая такая особь была грозным противником: их индивидуальная мощь достигала одиннадцатого ранга. Обладая колоссальными размерами, эти твари могли манипулировать сразу несколькими видами энергии.
Впрочем, даже они полагались лишь на грубую силу. Отсутствие зачатков тактического мышления делало их лишь вопросом времени для групп из трех запредельных воинов Федерации.
Биологические образцы поверженных гигантов незамедлительно отправлялись в биоинженерный институт. Один из столпов земной биологии, академик Академии наук Ван Хунвэнь, основал здесь, на Туси-IV, специализированную лабораторию, полностью посвятив себя изучению феномена существ-слияний.
Высокоскоростной челнок плавно опустился на израненную поверхность планеты. Огромная платформа лифта приняла судно, увлекая его в недра подземного комплекса. С шипением открылся люк, и на трап ступил верховный правитель Земной Федерации — Мо Бай.
Позади него, помимо верной Хунъи, следовали четверо молодых воинов в ослепительно белых доспехах. Стоило Ван Хунвэню увидеть их, как его глаза радостно блеснули.
— И они здесь? — поспешно спросил он. — Значит, лунный проект наконец-то принес плоды?
Мо Бай степенно кивнул:
— Да. Технология клонирования высших генов, доставшаяся нам от Анклава, наконец-то полностью освоена. Эти четверо — новое поколение генных воинов, созданных на её основе.
— Чья генетическая последовательность легла в основу? — с нескрываемым возбуждением поинтересовался ученый.
— Близнецов, что служили Грею, — ответил Мо Бай.
— Тех самых братьев-близнецов с пространственными способностями?
Мо Бай подтвердил его догадку:
— Именно. Асуико говорила, что их способности схожи с моими, вот я и решил проверить, на что они способны.
Ван Хунвэнь довольно усмехнулся:
— Раз они до сих пор следуют за вами, значит, результат вас не разочаровал.
— Ты прав, — Мо Бай улыбнулся. — Сейчас каждый из них — воин пространственного типа на пике девятого ранга. Мы даже внедрили им знания о пространственных техниках Альянса Сяньчжоу. Сейчас они занимаются интеграцией этих навыков. Я возлагаю на них большие надежды.
— Пик девятого ранга? Если они выступят вчетвером, смогут ли они противостоять мастеру десятого, запредельного ранга?
Мо Бай на мгновение задумался:
— В плане атаки им может не хватить мощи, но они весьма недурно имитируют мою «Стену Плача». Думаю, их защиты вполне хватит, чтобы выстоять.
Ван Хунвэнь не смог сдержать завистливого вздоха:
— Значит ли это, что мы можем официально запускать программу массового производства воинов девятого ранга?
Однако Мо Бай лишь покачал головой:
— Не всё так просто. Если бы ты не предоставил те образцы генов высокоуровневых существ-слияний, проект бы не продвинулся. Для создания индуцированных генов требуется высокоранговый генетический субстрат. Нам повезло: эти гиганты оказались идеальным фундаментом для генных воинов. У них поразительная совместимость и их легко контролировать. — Он сделал паузу и внимательно посмотрел на академика. — Кстати, ты звал меня, обещая показать нечто особенное. Что это?
Ван Хунвэнь с улыбкой жестом пригласил его следовать за собой. Они вошли в просторный зал института, в центре которого возвышался колоссальный цилиндрический резервуар. В прозрачной капсуле, заполненной питательным раствором, безмолвно дрейфовало гуманоидное существо невероятных размеров.
— Наши исследования последних лет показали, — начал презентацию Ван Хунвэнь, указывая на существо, — что природа этих слияний заключается в особой материи, способной адаптироваться к любой среде. Это вещество нельзя назвать чисто углеродной формой жизни. В нем есть зачатки электронной кремниевой структуры.
Мо Бай вспомнил предыдущие отчеты. Исследователи долго не могли установить происхождение этих монстров — ни один организм в Млечном Пути не имел с ними ничего общего.
— Мы пришли к выводу, что существа-слияния, скорее всего, не являются коренными обитателями нашей вселенной.
Мо Бай нахмурился, пытаясь осознать масштаб заявления:
— Не из нашей вселенной? Ты хочешь сказать, они прибыли из Мультивселенной?
На лбу Ван Хунвэня выступила испарина:
— Господин правитель, вы пересмотрели аниме или... — Он запнулся и поправился:
— Я имею в виду, что их генетическая структура и энергетическая активность не могли возникнуть в известном нам пространстве.
— Ближе к делу! — оборвал его Мо Бай, теряя терпение.
Ученый глубоко вздохнул и продолжил:
— Всё началось с тех технологических данных, которые вы привезли из Башни Рассвета Протоссов.
Мо Бай вспомнил, как передал эти архивы Адаму для сортировки и последующей отправки в министерство науки. Неужели там было столько биологических данных?
— Вы помните, — продолжал Ван Хунвэнь, — что там было два зашифрованных проекта особой важности, взлом которых требовал уйму времени?
Мо Бай кивнул, память услужливо подсказала названия:
— «Врата Тьмы»? И «Кольцо Судьбы»?
— Именно. «Кольцо Судьбы», судя по всему, связано с технологиями гиперпространственных прыжков. Но поразительно то, что проект «Врата Тьмы» тоже частично относится к гиперпространству.
Мо Бай открыл свой терминал данных, изучая развернутые Ван Хунвэнем схемы. Его брови взметнулись вверх от изумления. «Врата Тьмы» оказались важнейшим исследованием Протоссов, посвященным самой сути гиперпространства.
В галактике использование гиперпространства для создания порталов и прыжков на огромные расстояния считалось обыденным делом. Технология была отработана до мелочей, но никто не мог дать точного определения: что же такое гиперпространство? Теорий было множество, но ни одна не стала истиной.
Протоссы же в своем проекте пришли к зрелому и пугающему выводу: гиперпространство — это изнанка материального плана. Если наша вселенная — это положительная материя и пространство, то гиперпространство — это антиматерия, антипространство. Его можно назвать темной материей или темным пространством.
Привычные всем прыжки были, по сути, разрывом в ткани обычного космоса, позволяющим «срезать путь» через антипространство. Из-за специфической связи между этими двумя мирами корабли могли за считанные мгновения преодолевать расстояния, на которые свету потребовались бы сотни и тысячи лет. Однако ни один прибор за всю историю не смог зафиксировать, как выглядит гиперпространство изнутри.
Протоссы считали, что антипространство само по себе отвергает любую материю из обычного мира. Корабли не выходят из него сами — их буквально вышвыривает обратно. Это похоже на то, как плоский камень рикошетит от поверхности воды. Именно на этом принципе работали древние «Звёздные врата».
Глаза Мо Бая азартно блеснули:
— Значит, это антипространство действительно существует, просто у нас нет инструментов, чтобы его увидеть?
Ван Хунвэнь энергично закивал:
— Основываясь на данных «Врат Тьмы», мы провели ряд экспериментов и подтвердили существование темного пространства и темной материи. Проблема лишь в том, что её крайне сложно найти и еще сложнее очистить. Нашей проектной группе потребовались годы, чтобы добыть хотя бы ничтожное количество.
Мо Бай нахмурился:
— И как всё это связано с твоими монстрами-слияниями? Только не говори мне, что эти гиганты вылезли из темного пространства.
Ван Хунвэнь удивленно моргнул:
— Мой глубокоуважаемый правитель, вы попали в самую точку. По крайней мере, в значительной степени.
— Что?! — Мо Бай недоверчиво уставился на него. — Ты серьезно утверждаешь, что раса слияний пришла оттуда? Это звучит как бред.
— Строго говоря, — уточнил ученый, — существа-слияния являются результатом воздействия радиации темной материи. Это продукт слияния утекшей темной материи с организмами и механизмами нашего пространства. Своего рода... полукровки?
— Полукровки?
— Используя данные проекта, мы расширили пространственные трещины и смогли уловить частицы из темного пространства, — начал объяснять Ван Хунвэнь. — Затем мы внедрили их в гены обычных существ. Неважно, были ли это крысы, куры, кошки или собаки — у всех начинались специфические мутации. Они стремились объединиться с другими организмами и механизмами. Это и есть базовая способность монстров-слияний.
Он сделал паузу, давая Мо Баю осмыслить сказанное.
— Мы подозреваем, что истоки этой угрозы неразрывно связаны с темным пространством. Получив поддержку флота, мы установили долгосрочное наблюдение за скрытыми пространственными разломами, о которых нам сообщил Альянс Сяньчжоу. С одной стороны, мы караулим демонов, а с другой — изучаем эти природные аномалии. И знаете что? За последние годы эти разломы стали стабильнее и начали потихоньку расширяться.
— Расширяться? — Мо Бай напрягся.
— Именно. Наблюдения последних двух лет показывают, что их размер медленно, но верно растет. Средняя длина трещины увеличилась с сорока двух до сорока пяти метров. Мы не считаем это случайностью.
— И что это значит, по-твоему?
— Я полагаю, что чем чаще мы используем эти разломы, тем больше они становятся. Через них в наш мир просачивается темная материя. Именно она вызвала мутации, породила механических монстров и в итоге привела к гибели Туси-IV.
Мо Бай широко раскрыл глаза от ужаса:
— Это своего рода биологическое вторжение? Эта темная материя?
Ван Хунвэнь заколебался:
— Это лишь наши текущие выводы. Мы не можем утверждать наверняка.
Мо Бай указал на массивного гуманоида в баке:
— А этот экземпляр? Какое отношение он имеет к темному пространству?
Ученый нервно потер руки:
— Смотрите внимательно. Этот подопытный — типичный образец гуманоидной расы Млечного Пути. Он чуть крупнее обычного человека, но в остальном различия минимальны. Его генетическая последовательность очень близка к генам Протоссов. Сейчас мы введем ему темную материю.
Мо Бай затаил дыхание. В бак через длинную металлическую иглу начала медленно поступать черная, мерцающая субстанция. Как только она коснулась гуманоида, тот начал стремительно меняться. Его тело, и без того мощное, стало чернеть. Кожа огрубела, превращаясь в роговые пластины угольного цвета. На лице, ставшем темно-красным, проступила костяная броня, а глаза налились яростью и злобой. Из черепа медленно выросла пара загнутых рогов.
Мо Бай застыл в немом шоке.
— Проклятье... Да это же вылитый офицер легиона демонов!
Ван Хунвэнь, видя реакцию правителя, возбужденно воскликнул:
— Наш вывод таков: раса демонов, скорее всего, возникла в результате колоссального выброса темной материи из темного пространства! Этот выброс облучил часть исконных видов Млечного Пути, изменив их гены до неузнаваемости. Рождение демонов — это катастрофа гиперпространственного масштаба!
Он перевел дух и продолжил:
— Темная материя обладает невероятной агрессивностью. Она уничтожает самосознание вида, заменяя его яростью, жестокостью и жаждой разрушения. Я считаю, что это фундаментальное влияние темной материи: всё, что она затрагивает, становится полной противоположностью нашему миру. Как свет и тьма — они несовместимы.
Мо Бай смахнул пот со лба. Какое ироничное описание для Протоссов и демонов. Эти две расы веками грызли друг другу глотки. С одной стороны — самопровозглашенные защитники света и справедливости, с другой — их зеркальное отражение, порождения тьмы.
Вдруг Мо Бай кое-что вспомнил и резко схватил Ван Хунвэня за плечо:
— Погоди! Ты сказал, что этот клон был создан на основе генетической последовательности Протоссов?
Ученый растерянно кивнул, не понимая, к чему клонит правитель. Мо Бай замер, глядя в пустоту.
«Твою же мать... Если гены Протоссов при контакте с темной материей превращаются в воинов легиона демонов... что это значит?»
Они переглянулись. В воздухе повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Кажется, на этот раз шутка зашла слишком далеко.