Глава 295. Новое поколение винтовок
В самом сердце завода модуляции высились четыре исполинских резервуара, каждый более пяти метров в высоту. В первом из них, погруженное в мутноватый раствор, покоилось тело рослого и могучего клона.
— Это первый образец клон-рыцаря второго поколения, — представил своё творение Чжан Хунъань.
Мо Бай был прекрасно осведомлен о проекте «Клон-рыцарь». Более того, он помнил, что первая экспериментальная партия — целый батальон — уже была развернута на северном фронте. Там, в сражениях с мутировавшими насекомыми, они собирали бесценные данные для дальнейших разработок.
Чжан Хунъань, не скрывая гордости за свой шедевр, продолжал:
— Способность к автономному ведению боя у второго поколения значительно возросла. Но главное наше достижение — это высочайшая степень восприимчивости клонов к командам интеллектуальной боевой системы. Раньше зависимость от тактического командования живым человеком была их слабым местом, теперь же она превратилась в достоинство — безукоризненное послушание.
Мо Бай понимал, о чем речь. По оснащению и внешнему виду клон-рыцари во многом походили на штурмовую пехоту. Разница была лишь в том, что в штурмовой пехоте человек управлял вспомогательным тяжелым экзоскелетом, а здесь интеллектуальный тяжелый экзоскелет направлял действия солдата-клона. Главная роль перешла от человеческого разума к ИИ.
Теперь достаточно было поставить подразделению клон-рыцарей общую задачу. Объединенная интеллектуальная сеть сама рассчитает необходимый состав группы, типы снаряжения, количество боеприпасов, маршрут и время выполнения. Клоны выступят в поход и будут следовать плану до победного конца.
— Кроме того, — добавил Чжан Хунъань, — наш исследовательский институт успешно освоил технологию копирования боевого опыта. Теперь через гипнокапсулы все клон-рыцари могут периодически обмениваться навыками. Это позволяет их мастерству расти с невероятной скоростью.
«Неплохо», — подумал Мо Бай. Похоже, через полгода технология будет отточена до совершенства, и тогда можно будет ставить массовое производство на поток.
Он перевел взгляд на второй резервуар. Там плавало вовсе не человекоподобное существо, а зверь, формой напоминающий немецкую овчарку.
— Военные жаловались, что в определенных условиях боевые роботы и механические собаки бесполезны, — пояснил Чжан Хунъань. — Поэтому мы создали живого помощника. Мы взяли гены немецкой овчарки и мутировавшего пса, провели глубокую модуляцию и получили это — улучшенную версию боевой собаки.
Ученый с воодушевлением описывал характеристики нового зверя:
— Эта овчарка размером с взрослого тигра. Она невероятно сильна, а сила сжатия её челюстей превосходит укус амурского тигра. По боевой мощи она не уступает мутировавшему псу пятого ранга. При этом она способна нести более ста килограммов припасов, выполняя функции разведчика и часового. Мы также внедрили им базовые установки сознания, гарантирующие абсолютную верность. Мы вывели два типа: «летнюю» для южных широт и «полярную» с густой шерстью для севера. Первые партии уже проходят обкатку в войсках, и отзывы приходят исключительно восторженные.
Третий резервуар заставил Мо Бая вздрогнуть. Существо внутри напоминало мутанта, но с одной странной деталью: на плечах этого гиганта вздувались два ровных цилиндрических костяных нароста.
— Ты решил воссоздать особых особей из числа мутантов? — Мо Бай вопросительно взглянул на Чжан Хунъаня.
Тот кивнул:
— В отчетах из Северной Америки часто упоминаются средства радиоэлектронной борьбы и частицы Миновского. В зонах сильных помех большая часть высокотехнологичного оружия бесполезна. Тогда я подумал: кто может сохранять полную боеспособность в таких экстремальных условиях? Ответ — особые мутанты.
Мо Бай уже встречал таких тварей. Те наросты на плечах служили пусковыми установками для биологических капсул с жидкой взрывчаткой. Позже эти «бомбы» даже обрели способность к самонаведению на коротких дистанциях, превратив мутантов в живую самоходную артиллерию. Однако недостатки были очевидны: низкая скорострельность, ограниченный запас взрывчатки и малая дальность — не более трехсот метров, что позволяло солдатам расстреливать их издалека.
— Мы пересадили способность к синтезу биологической взрывчатки клонам и направили их эволюцию в нужное русло, — с гордостью заявил Чжан Хунъань. — И теперь наша «био-артиллерия» претерпела колоссальные изменения.
В растворе рядом с клоном плавало несколько шаров размером с кокос. Их сморщенная поверхность выглядела твердой, как камень.
— Это стандартная био-бомба. По мощности она сопоставима со 120-миллиметровой миной. Внутри клона постоянно синтезируется запас — более двадцати таких снарядов. А после залпа он способен восстанавливать по одной бомбе в минуту.
«Миномет со встроенным заводом боеприпасов? Впечатляет», — отметил про себя Мо Бай.
В четвертом резервуаре находился аналог предыдущего бойца, но «стволы» на его плечах были заметно длиннее.
— Это зенитная версия био-орудия, — пояснил ученый. — Снаряды летят быстрее, выше и дальше. У них даже есть небольшие кожистые крылья, позволяющие маневрировать в воздухе и преследовать цель на дистанции до двух километров. Правда, боезапас ограничен шестью ракетами, а на создание новой уходит три минуты.
Мо Бай лишь покачал головой. Чжан Хунъань продумал всё до мелочей. В качестве вспомогательных войск для экстремальных условий такие био-солдаты могли стать грозной силой.
Убедившись, что Мо Бай доволен увиденным, Чжан Хунъань достал из герметичного контейнера ампулу с бледно-розовым реагентом.
— А вот это — мой истинный венец. Совершенно новый индуктор способностей.
Индукторы способностей создавались на основе генов мутировавших существ или высокоранговых воинов. В случае успеха инъекция наделяла человека соответствующим даром. Самым удачным примером в Альянсе был индуктор невидимости, работающий в паре с особым доспехом. Существовали и более простые варианты, вроде индукторов силы, но сложные составы оставались редкостью.
— И на что способен этот образец? — с живым интересом спросил Мо Бай.
Чжан Хунъань хитро прищурился:
— Мы выделили фрагменты генома у гениев из нашего научного отдела во время планового медосмотра. Сравнив данные, мы определили цепочки, отвечающие за интеллект. Этот препарат предназначен для его стимуляции.
— Сыворотка для повышения интеллекта? Это что-то новенькое.
— Нам катастрофически не хватает исследователей, — вздохнул Чжан Хунъань. — Я хочу поднять уровень IQ персонала. Так у нас быстро появится множество талантов. Пусть не все станут великими учеными, но это решит проблему кадрового голода.
Мо Бай только диву давался полету мысли этого человека. Обычные лидеры строят школы и растят новое поколение, а Чжан Хунъань просто вкалывает шприц и штампует гениев.
— Смотри только, чтобы побочных эффектов не было, — напутствовал его Мо Бай.
Чжан Хунъань заверил, что испытания на добровольцах уже идут полным ходом и результаты пока обнадеживают.
Едва Мо Бай вернулся от ученых, как его перехватила У Фэй. На этот раз его ждала не черная работа, а визит на подземный полигон Белой зоны. Там проходили испытания два самых важных образца стрелкового оружия нового поколения.
Первая винтовка выглядела как гостья из фантастического фильма: между двумя магнитными рельсами был зажат металлический ствол, в котором покоился вольфрамовый подкалиберный снаряд. Раздался тихий гул нарастающего тока, по рельсам заплясали голубые искры, и снаряд сорвался с места, преодолев скорость звука в десять раз. В трехстах метрах от них стальная плита толщиной в десять сантиметров была пробита насквозь — в ней зияло ровное отверстие, края которого оплавились от чудовищной температуры.
Глаза Мо Бая азартно блеснули.
— Электромагнитная винтовка?
У Фэй кивнула, но тут же разочарованно качнула головой:
— Да, это рельсотрон. Но есть проблема. Мы использовали Громовое золото для рельсов и Хладное железо для ствола, однако даже так пауза между выстрелами составляет не менее двух секунд. Видимо, поэтому такие винтовки не стали массовыми в Северной Америке. У них теплоотвод еще хуже, им требуется четыре секунды. Именно поэтому ты встречал только снайперские электромагнитные ружья, а не автоматические винтовки.
— Ну, мы можем ограничиться снайперским вариантом, — пожал плечами Мо Бай. — Наше производство дешевле, да и скорострельность всё равно выше.
— Я думаю иначе, — возразила У Фэй. — Есть идея установить удлиненную версию этого рельсотрона на «Толстоспинных пауков» или даже на механических собак вместо старых двадцатимиллиметровых снайперских пушек. Мы подсчитали: боезапас увеличится вдвое, а начальная скорость снаряда позволит сбивать дроны и низколетящие вертолеты. При этом стоимость выстрела будет ниже, чем у снаряда калибра 20 мм.
Мо Бай одобрительно кивнул. Больше патронов, больше мощи, работа по земле и воздуху — идеальное решение.
Вторая винтовка выглядела куда более традиционно, хотя её ствольная коробка была непривычно массивной, напоминая оружие морпехов из «StarCraft». Под стволом крепился 20-миллиметровый гранатомет.
Оружейный эксперт с гордостью пояснил, что это оружие стало плодом трудов института био-модуляции. Ученые создали искусственные органы, секретирующие взрывчатую жидкость, которая после добавления химических присадок превращалась в жидкое метательное вещество.
Готовый состав напоминал белый гель, разлитый в небольшие стальные баллоны. Теоретически, всего одной десятой миллилитра этого геля хватало, чтобы разогнать восьмимиллиметровую стальную «иглу» до скорости в четыре маха. Чтобы сэкономить место, в новой винтовке пуля и порох были разделены. Баллон с гелем вставлялся в приклад, а в магазине находились только стальные стержни. При выстреле механизм впрыскивал строго дозированную порцию геля в камеру сгорания. Такая схема исключала гильзу и капсюль, делая конструкцию проще даже самых совершенных безгильзовых патронов. Герметичность была идеальной, пробивная способность — запредельной. Несмотря на калибр 8 мм, за счет длины и массы «иглы» её энергия и убойная сила превосходили 11-миллиметровые безгильзовые патроны винтовки «Гром».
Но главным козырем стал боезапас. Если короткий магазин «Грома» вмещал 30 патронов, а увеличенный — 50, то новая винтовка в обычном магазине несла три ряда стальных игл общим количеством в сто штук! Увеличенный же магазин вмещал две сотни. Такая плотность огня ставила винтовку в один ряд с пулеметами. А стомиллилитрового баллона с гелем хватало более чем на тысячу выстрелов.
Дешевле, мощнее, больше патронов... Был ли у неё изъян? Да — производство жидкого пороха ограничивалось темпами роста био-органов в инкубаторах.
— Сейчас мы расширяем производство, — пояснил эксперт. — Но это не промышленный синтез, органам нужно время, чтобы созреть. По нашим оценкам, через месяц мы сможем обеспечивать жидким порохом около десяти тысяч таких винтовок.
Мо Бай не считал это критической проблемой. В Северной Америке тоже были заводы модуляции, там можно наладить производство на месте. Пока что новых винтовок хватит для перевооружения человеческих частей, а роботы N-1 могут и дальше использовать серию «Гром».
Вскоре Мо Бай утвердил проект. Новое оружие, использующее жидкое метательное вещество и 8-миллиметровые стальные иглы, получило название винтовка «Игла» . Помимо войск «Кан-Тао» в Северной Америке, первыми её получили бойцы второго корпуса У Фэй, охраняющие Киото. Несколько партий отправили на испытания Ма Тяньсюню на север. Для борьбы с полчищами насекомых такая огневая мощь была незаменима.
Однако едва первые «Иглы» поступили на вооружение первого корпуса, на северном фронте возникли новые тревожные обстоятельства.