Глава 231. Визит Ма Тяньсюна
После того как основные векторы развития были определены, работа Мо Бая стала заметно спокойнее. Коммерческий отдел теперь временно взял на себя функции дипломатического ведомства. Лу Юй, этот старый лис, в делах с другими фракциями оказался куда хитрее своего лидера. Обычно Мо Бай рисовал перед потенциальными партнерами «большой и сочный пирог», а Лу Юй затем по кусочку, незаметно для всех, возвращал обещанное обратно в закрома Альянса. К счастью, Мо Бай четко проинструктировал его, чтобы Альянс не прослыл сборищем бесчестных торгашей.
Переговоры с Жизяо и Юйханом о торговле и возможном вступлении в Альянс пока находились на стадии зондирования почвы, но мощь Альянса уже вовсю демонстрировалась этим двум гигантам.
Особенно заметно это стало после того, как Саньян официально начал процесс интеграции. Людские ресурсы министерства обороны внезапно перестали быть дефицитом. И хотя два южных корпуса Саньяна еще не подчинялись Альянсу напрямую, а «Молния» находилась на переформировании, поток вольных воинов, желающих вступить в ряды штурмовой пехоты, вырос в разы. Более того, фрилансеры и беженцы из Жизяо и Юйхана всё чаще тянулись на север в поисках лучшей доли.
Согласно данным МВД, после объявления о слиянии с Саньяном прирост населения Альянса составил более пяти тысяч человек за месяц. Из них около тысячи сразу же отправились в учебные лагеря Белой зоны. Фактически, это было пополнение на целую бригаду.
Поскольку учебки снова забились под завязку, Альянс начал планомерное движение по двум стратегическим направлениям: на север и на юг. На севере главной силой должна была стать строящаяся мобильная добывающая платформа «Север». На юге же ударным кулаком выступали два корпуса Саньяна. И раз уж процесс объединения пошел, Альянс не скупился на поддержку: аэродром в Саньяне расширили вдвое, добавив вторую взлетную полосу, а в отбитом Хэфэе заложили передовую авиабазу.
Туда же прибыли два полка истребителей «Молния» и полк штурмовиков «Скайрейдер» — в общей сложности сто шестьдесят пять машин. Это была почти половина всей авиации Альянса. По предложению Мо Бая, в Хэфэй также перебросили батальон из десантно-штурмовой бригады. Мо Бай понимал: корпуса Саньяна сильны, но их главная беда — в низкой мобильности. В основном это была пехота с минимумом техники. Если где-то вспыхнет пожар, они просто не успеют его потушить, и тут десантники должны были стать «скорой помощью».
При таком раскладе пробитие торгового пути до Юйхана казалось делом решенным.
Однако министерство обороны столкнулось с загадкой: численность мутантов в центральных регионах катастрофически не совпадала с прогнозами. До войны в районах, не затронутых прямыми ядерными ударами, проживало около семисот миллионов человек. Даже по самым скромным подсчетам, пять процентов из них должны были превратиться в мутантов — это от тридцати до сорока миллионов особей. Конечно, часть погибла в бесконечных войнах с радиационными зомби и мутировавшим зверьем, но в живых должно было остаться не менее двадцати миллионов.
Но реальность была иной. Саньян за время своего похода на юг преодолел тысячи километров, и за всё это время они столкнулись в общей сложности лишь с тремя сотнями тысяч мутантов. Исходя из площади территорий, их должны были встречать миллионные орды. Мо Бай даже приказал нарастить парк штурмовиков до трехсот единиц и накопить горы кассетных и зажигательных боеприпасов, готовясь к худшему.
Но где же враг? В огромном треугольнике от центральных равнин до побережья Шаньдуна едва набралось бы пятьсот-шестьсот тысяч тварей, и большую часть из них бойцы Саньяна уже пустили на фарш.
Если данные из Юйхана не врут, то и в прибрежных провинциях плотность мутантов невелика — около двух миллионов. Это означало, что как минимум пятнадцать миллионов мутантов просто… исчезли.
Мо Бай невольно бросил взгляд на северо-запад. Но там — лишь бескрайние, малонаселенные пустоши. Мутанты не могли уйти туда без веской причины. Если только их там что-то не притягивало.
Спрятав тревогу поглубже, Мо Бай вывесил в Гильдии наемников долгосрочное задание: разведка северо-западных регионов. Он надеялся, что ответ найдется раньше, чем случится беда.
В тот день Мо Бай был погружен в审批 заявок на снабжение ключевых баз, когда из коммуникатора раздался голос адъютанта: прибыл Ма Тяньсюн. Это стало неожиданностью. После исторического совета по слиянию Ма должен был безвылазно сидеть в Аньяне, осваивая тактику применения новой техники корпуса «Молния».
— Проси, — коротко бросил Мо Бай.
В кабинет, гулко печатая шаг тяжелыми сапогами, вошел Ма Тяньсюн. Его могучая фигура, казалось, заняла всё пространство комнаты. Окладистая борода была аккуратно подстрижена, а сам он выглядел на редкость бодрым и подтянутым.
Не дожидаясь приглашения, он рухнул на широкий диван Мо Бая, с наслаждением потянулся и, закинув свои огромные ноги на кофейный столик, довольно хмыкнул.
Мо Бай молча наблюдал за гостем. Он не был с ним в близких отношениях, но знал о нем достаточно. До войны Ма Тяньсюн был коллектором, вышибалой. После апокалипсиса он сумел сплотить вокруг себя людей благодаря личной силе и харизме, став лидером регулярных войск Саньяна. В этом жестоком мире авторитет среди солдат не дается даром — ты либо великий воин, либо гениальный полководец. Ма Тяньсюн, как ни странно, сочетал в себе и то, и другое.
Этот человек был из породы тех, кого называют «свирепый тигр, вдыхающий аромат розы» — за внешней грубостью скрывался острый и расчетливый ум. Именно он первым заговорил о слиянии с Альянсом. Но его визит в Белую зону явно имел под собой конкретную цель.
Видя, что Мо Бай лишь улыбается и молчит, Ма Тяньсюн поерзал, проверяя диван на прочность, и одобрительно кивнул:
— А ты умеешь устраиваться, парень. Диван — что надо: и крепкий, и мягкий одновременно. Мои сто двадцать килограммов даже не почувствовал. Редкость.
Мо Бай усмехнулся:
— Не думаю, что ты проделал путь в сотни километров только для того, чтобы оценить мою мебель.
Ма Тяньсюн хохотнул:
— Верно подмечено. У меня к тебе три дела.
Мо Бай задумался на мгновение и покачал головой:
— Давай сразу к сути. Гадать — не мой конек.
— Дело первое, — Ма Тяньсюн загнул палец. — Я говорил с Чжэн Уцзинем. Хочу попросить твою мастерскую «Бифан» изготовить снаряжение для меня и моих командиров. Я слышал, что доспехи ваших высших офицеров — дело рук этой девчонки, Ли Шифан. Сделаете?
Мо Бай кивнул. Это не было проблемой. Ма Тяньсюн теперь не просто один из трех правителей Саньяна, он — ключевая фигура в Альянсе. В будущем его статус в министерстве обороны будет уступать разве что У Фэй. Даже влияние Юань Шэня может померкнуть на его фоне, ведь Юань Шэнь по натуре своей — офицер, а не стратег; он предпочитает исполнять приказы, а не отдавать их. Мо Бай уже планировал перевести его на должность командира своей гвардии — там навыки спецопераций Юань Шэня раскроются в полной мере.
Что касается индивидуального заказа, то У Фэй уже обсуждала это с Ли Шифан. Мастер была в восторге от идей Чжэн Уцзиня по модульному оружию и очень интересовалась его методами ковки закаленной стали.
Старое снаряжение Ма Тяньсюна было выковано самим Чжэн Уцзинем и отличалось высочайшим качеством. Но если Чжэн был мастером формы и структуры, то Ли Шифан была истинным художником в вопросах свойств материалов и индивидуальной подгонки. Ее шедевр — «Попирающий небеса» Гуань И — говорил сам за себя.
Вместе с Ма Тяньсюном Мо Бай отправился в самое сердце Белой зоны, где располагалась мастерская «Бифан». Сейчас это было уже не просто кузнечное помещение, а современный завод холодного оружия. Здесь стояли рафинировочные машины, универсальные станки, закупленные в системе, огромные прессы и химические верстаки. Даже свою гордость — усилительную машину — Мо Бай отдал сюда. Ли Шифан тогда заявила, что в его руках эта чудо-техника лишь покрывается пылью, и, надо признать, она была права. В её руках машина творила чудеса.
К удивлению Мо Бая, в мастерской они застали не только Ли Шифан, но и редких гостей — Гуань И и Сушан. Увидев за спиной лидера Альянса гиганта ростом под два метра, Гуань И едва заметно вскинул бровь:
— Ма Тяньсюн?
— Гуань И? — Ма Тяньсюн тоже мгновенно почуял, что перед ним человек недюжинной силы.
Гуань И лишь холодно хмыкнул и пробормотал: «Просто еще один верзила», после чего потерял к гостю всякий интерес.
Мо Бай только глазами сверкнул. Он знал характер Гуань И: этот гордец обычно вообще не замечал людей, и если он удостоил кого-то хотя бы пренебрежительного комментария, значит, признал в нем равного.
Сушан, как всегда, поспешила сгладить углы:
— Господин Ма, добро пожаловать. Мы с братом как раз обсуждали с сестрицей Ли модернизацию нашего оружия. Это стало возможным только благодаря деталям, присланным мастером Чжэном из Саньяна.
Ма Тяньсюн, глядя на приветливую Сушан, расплылся в улыбке:
— Какая милая и воспитанная девушка. Тебе бы поучить манерам своего братца.
Гуань И на это лишь закатил глаза.
Мо Бай, улучив момент, отвел Гуань И в сторону и тихо спросил:
— С чего это ты так на него взъелся?
— Не делай вид, что не заметил, — буркнул Гуань И. — Он как минимум седьмого ранга. Причем на пике.
Мо Бай вздрогнул. Он знал, что Ма Тяньсюн силен — еще при первой встрече он почувствовал, что тот не уступает ему самому. Но он полагал, что Ма — на вершине шестого ранга. Гуань И же, обладая феноменальным чутьем, видел, что тот давно перешагнул этот порог.
— Седьмой ранг? На пике? И как он по сравнению с тобой? — не унимался Мо Бай.
— В настоящем бою он мне не соперник. Но Сушан с ним придется туго. Чтобы одолеть его, ей придется рискнуть всем.
Слова Гуань И заставили Мо Бая похолодеть. Значит, даже Сушан, если не будет использовать свои скрытые резервы, рискуя стабильностью генов, может проиграть? Неужели этот громила настолько опасен?
Гуань И покосился на Мо Бая:
— Дружеский совет: не вздумай выходить против него один на один. Я знаю, ты сейчас полируешь свои навыки, готовясь к переходу на седьмой ранг. Но поверь, кроме Сушан в режиме полной отдачи, среди седьмых рангов ему равных нет.
Мо Бай недоуменно уставился на него:
— Ты же сам сказал, что он тебе не соперник. А теперь говоришь, что среди седьмых рангов он лучший. Как это понимать?
Гуань И посмотрел на него как на ребенка:
— Я еще в начале года взял восьмой ранг. Сушан тебе не сказала? А сама она просто боится слишком быстрого прорыва, чтобы не посыпалась генетическая последовательность, поэтому сдерживает себя. Она сейчас изучает Технику Безмолвия школы Лунхумэнь, чтобы переплавлять излишки истинной Ци в силу безмолвия.
— Что?! Ты уже восьмого ранга?! Твою ж... — Мо Бай едва не поперхнулся. Эти двое, брат и сестра, молча перешагнули все мыслимые пределы, пока остальные копошились внизу.
Сам Мо Бай стремился к седьмому рангу максимально осторожно. Его сила, даже при повышении уровня, заключалась в контроле и Ци, но без генных молекулярных нитей он оставался Целителем, лишенным прямой боевой мощи. Потери нитей в битве с Зомби-гигантом он восполнил лишь недавно. Чтобы расти дальше, ему нужно было расширять производство этих самых нитей.
Тем временем Ма Тяньсюн, хоть и мило беседовал с Ли Шифан и Сушан, то и дело бросал косые взгляды на Гуань И.
Ли Шифан поманила Гуань И к себе и объявила:
— Раз уж здесь собрались сильнейшие люди Альянса, давайте обсудим ваше снаряжение.
Мо Бай посерьезнел. Ли Шифан могла быть невыносимой, но в вопросах создания элитного оружия она была гением.
— Начнем с нашего лидера, — она кивнула на Мо Бая. — Твоя сила напрямую зависит от количества и длины генных молекулярных нитей. Если не будешь жалеть денег, в Альянсе тебя по пальцам одной руки можно будет пересчитать. Броня для тебя не проблема — к тебе и так никто подойти не рискнет.
Ма Тяньсюн посмотрел на Мо Бая с уважением:
— Мои парни рассказывали о твоем бое с мутантами. Ты не только принял на щит удар дубины Зомби-гиганта, но и соткал из воздуха клинок, которым прикончил тварь одним ударом. Впечатляет. В Саньяне на такое способен только я.
Гуань И снова закатил глаза. Сушан пришлось легонько ущипнуть брата за локоть.