Глава 972 - Черный Дракон, на смену!
— Семь бамбуков!
— Ха-ха, прошу прощения, у меня снова победная комбинация…
Старейшина Луны элегантно взмахнул рукой, и костяшки маджонга с тихим стуком, словно костяшки домино, посыпались на стол, являя миру чистую масть.
— Старый хрыч! Ты крапленые карты используешь?!
Лишенный последних фишек Бедствие подскочил на месте, брызжа слюной и тыча в эльфа пальцем.
Но старейшина Луны в ответ лишь с поистине философским спокойствием пожал плечами.
— Я понимаю, доверия к моей честной физиономии у тебя нет.
— Но ты хотя бы доверяешь истинному оку этого парня? — он кивнул в сторону Бедствия, у которого как раз активировался врожденный дар.
— Плевать! Эта партия не в счет! Переигрываем!
Бедствие яростно взмахнул щупальцем, отчаянно пытаясь пойти на попятную.
Линь Цянь, скромно примостившийся в уголке, с трудом сдерживал смех, зажимая рот руками так, что аж покраснел.
— Ого? Разве в своде правил предусмотрен такой пункт? Любопытно, дайте-ка взглянуть, — затянул старейшина Луны с притворным простодушием, мастерски превосходя в искусстве троллинга даже самогó Бедствия.
— Ладно-ладно вам… — старший Сяо, к чьим рукам липло больше всего фишек за весь вечер, небрежно пододвинул увесистую стопку фишек в сторону Бедствия, пытаясь разрядить обстановку.
— Обещай, что больше не будешь именовать его старым хрычом, и эта стопка твоя.
Сяо выдвинул условие.
— Чего?! — Бедствие так треснул ладонью по столу, что костяшки подпрыгнули.
— Кхе, к чему столько пафоса, молодой человек, — старейшина Луны в тот же миг с сияющей улыбкой выставил на кон собственную башенку из фишек.
— Столько веков молодежь смотрела на меня исключительно снизу вверх, с благоговейным ужасом и подобострастием… Знаешь, от этого смертельно разит смрадом скорой кончины.
— А вот послушать, как ты кроешь меня последними словами, — доложу я тебе, это возвращает меня в бурные дни молодости.
Даже ошарашенный Лу от такой риторики на секунду онемел и с удивлением скосил глаза на соседа.
— Это еще что за фокусы? Подлизываешься? — фыркнул Лу, глядя на эльфа свысока.
— Отнюдь. По правилам нашего увлечения эта стопка фишек тоже имеет свою цену.
— Линь Цянь тут обмолвился, что однажды кое-кто из вас пытался изобразить медузу.
— Чертовски хочу на это посмотреть.
Старейшина Луны с улыбкой перевел взгляд на Лу.
Стоявшему поодаль и с интересом наблюдавшему за шоу Линь Цяню в тот же момент стерло с лица всю радость.
— Твою мать! Какое я к этому имею отношение?!
— Старейшина Луны, вы же подставляете меня!
В эту минуту юноша был готов сам себя отшлепать за длинный язык.
Но этот старый пройдоха Луны явно замышлял недоброе: его непринужденная болтовня пару минут назад оказалась искусным допросом с пристрастием, после чего его без малейших угрызений совести сдали со всеми потрохами.
Вот же старый хрыч!
Линь Цянь скрежетал зубами, мысленно проклиная хитрого эльфа.
В то же самое время истинное око Бедствия немигающим взглядом уставилось прямо на Линь Цяня, отчего у бедолаги замерло сердце.
— Старший Бедствие, клянусь, я могу всё объяснить! — заголосил Линь Цянь.
Но договорить он не успел: невидимая сила подбросила его прямо в воздух, раздался оглушительный треск, и бедный парень на полном ходу проломил головой крышу хижины, улетев в неизвестном направлении.
— Не забудьте потом вычесть ремонт из его доли, — невозмутимо изрек старший Сяо, делая крошечный глоток радужного сока из своей чашки.
А-а-а-а-а…
Истошный вопль Линь Цяня донесся издалека, стремительно приближаясь. Он снова влетел в пролом крыши точно по вертикальной траектории и со всего маху рухнул на пол, раскинув руки и ноги в форме звезды.
Тем временем Лу уже сделал свой выбор, бесцеремонно прибрав к рукам стопку фишек со стола Сяо.
— Хм, раз такое дело, ладно уж, больше не буду называть его старым хрычом.
— Но заставлять меня изображать медузу — проще прикончите.
— Ч чай не бесстыжий пройдоха, мне дорога моя гордость.
Бросая эти слова, Лу не преминул бросить косой взгляд на Бедствия — намек был настолько толстым, что от него ломился воздух.
Бедствие заскрежетал зубами от бессильной злобы, но крыть было нечем. Выплеснуть накопившуюся ярость было некуда, и тогда он свирепо взмахнул щупальцем. Линь Цянь, только-только принявший вертикальное положение, вновь взмыл под потолок.
Заунывный затухающий хвост крика растворился в вышине, и юноша в очередной раз против своей воли прокатился на аттракционе под названием «свободное падение без страховки».
— Старейшина Луны! Ненавижу вас!!
Альянс за карточным столом развивался на удивление гладко, и вклад Линь Цяня в этот процесс трудно было переоценить.
Можно с уверенностью сказать: не крутись он в эпицентре событий, о миром союзе между Созданием Ткни и эльфами не могло быть и речи.
Когда Линь Цянь вернулся в Судебную Башня, партия всё еще продолжалась.
Старейшина Луны крепко подсел на азарт, а в сочетании с невиданным ранее маджонгом его и вовсе сорвало с катушек — старик напрочь забыл о былом трепете и тревогах.
Пусть он и носил гордое звание прародителя эльфов, в повседневности его жизнь была на редкость унылой и безрадостной, а львиную долю времени он коротал за затворнической рутиной на Радужном острове.
Из-за своего заоблачного статуса, за исключением Мисая, он был лишен собеседников, способных говорить с ним на равных; ученик по имени Кабу тянул разве что на половинку такового.
Линь Цянь вдруг отчетливо понял, насколько пронзительно одиноки все эти существа пятого рубежа. Похоже, на самой вершине всегда дует ледяной ветер.
При мысле о том, что ему самому вскоре предстоит шагнуть за этот порог, Линь Цяня передернуло от смутной тоски.
Впрочем, вряд ли его постигнет та же участь.
Его коллеги-надзиратели плевать хотели на всякие там боевые ранги и ступени силы.
Когда он был слабым зеленым юнцом, никто из них не смотрел на него свысока; теперь же, когда он подрос в силе, в худшем случае они могли одобрительно хлопнуть по плечу с криком: «Господин Линь — красава!», и на том сказке конец.
Для бессмертных надзирателей все эти ранги — пустой звук. Господин Линь всегда останется просто господином Линем.
— Ого! Старший Гигант, вы вернулись!
Выглянув с края площадки вниз, Линь Цянь заметил старого Гигантского Короля, который с сосредоточенным видом возился у костра с кусками мяса, в то время как по бокам преданно замерли две пары жадных глаз платинового дракона.
— Эй? А где же Черный Дракон?
Приземлившись рядом с парочкой чешуйчатых гурманов, Линь Цянь окинул поляну недоумевающим взглядом.
Неужели этот бука, чтобы отдохнуть от суеты, выставил их за дверь?.. — пронеслось у него в голове.
Вскинув голову, он обнаружил, что дверь в покои Черного Дракона распахнута настежь, но внутри — шаром покати.
— Или улетел в пустошь прятаться от шума?
Линь Цянь застыл в растерянности.
— Он на задании, — однако последовавшая за этим ленивая реплика Гигантского Короля едва не заставила глаза юноши вылезти из орбит.
— Чего?!
Линь Цянь отказывался верить собственным ушам.
— Старший Черный Дракон… отправился на задание?
Гигантский Король едва сдерживал хохот, его растрепанная борода подрагивала от скрываемого смеха, но он всё же с каменным лицом кивнул.
— Пфф!! — Линь Цянь едва не прыснул со смеху. Заметив, как любопытно уставились на него оба платиновых дракона, он поспешно зажал рот ладонью.
— Владыка сказал, что это обязательная повинность для любого надзирателя, и ему пришлось нас покинуть, — тоскливо пролепетала Светлячок, припав брюхом к земле.
— Эх, ничего не поделаешь. Как было бы здорово, если бы он мог всегда оставаться с нами~
Сияние тоже скорбно вздохнуло, но взгляд ее при этом прикован к шкворчащему на углях мясу, откуда капельками сочился аппетитный жир.
Вот это поворот…
Ради того, чтобы сбежать от двух назойливых воздыхательниц и урвать хоть пару часов тишины, ленивейший из ленивых Черный Дракон добровольно потащился выполнять задание.
Переглянувшись, Гигантский Король и Линь Цянь наконец не выдержали.
— Ха-ха-ха-ха-ха!!!
Громогласный хохот раскатился по округе, напугав драконов настолько, что те синхронно отпрыгнули назад.
— Этот громила часом не свихнулся? Нас он случайно зажарить не решится?.. — тревожно шепнула Сияние, косясь на заливающегося смехом гиганта.
— Не бойся, наверное, просто вспомнил что-то забавное, — Светлячок тоже опасалась чудовищной ауры Гигантского Короля, но твердо помнила завет Черного Дракона: его коллеги никогда не причинят им вреда.