Глава 797 - Случайное путешествие
— Мамочки мои...
Блеватс!
Вывалившись из тени, Линь Цянь побледнел как полотно и зашелся в судорожных позывах.
Совсем не то, что белая вспышка Системы — методы перемещения старшего товарища марионетки отличались вопиющей грубостью.
Линь Цяню на секунду показалось, будто его пропустили через мясорубку для креветок и он потерял всякое подобие человеческого облика.
Раньше он думал, что «пустотный суперкар» тупые рыбы — это верх дискомфорта, но сегодня столкнулся с вещицей куда смертоноснее.
Пришлось потратить немало времени, прежде чем тошнотворное головокружение отступило.
Он поднял голову и огляделся.
— Что это за дыра?
Вокруг простиралась унылая пустошь, лишенная малейших признаков жизни.
Однако от равнин за городской стеной это место отличалось: на земле поодаль серебрилось нечто зеркальное, а вокруг валялись черные кристаллы самых разных размеров.
Тела Змея и остальных, измочаленные перемещением наполовину, стремительно восстанавливались. Они, как и Линь Цянь, с любопытством осматривали окрестности.
— Если не считать охоты на гончих, я впервые вижу подобные пейзажи, — протянул тупая рыба.
К слову о гончих, Линь Цяню вдруг стало любопытно, кем была гончая самого тупой рыбы.
— Рыбный брат, ты ведь никогда не рассказывал о своей гончей.
Услышав это, тупая рыба тяжело вздохнул:
— Слишком давно это было. К тому же воспоминания... мягко говоря, не самые приятные. Получив ранг Надзирателя второго уровня, я почти сразу заключил контракт. Тогда я еще толком не освоился на службе. Моей гончей был крупный жук, ростом примерно до моих колен. Гладкий панцирь, бешентая скорость, даже какая-то боевая мощь имелась. Я таскал его с собой на патрулирование каждый день, и жизнь казалась куда веселее. Мне везло: сектор вечно штормило, так что жук не голодал. Но вскоре вторжения аномалий пошли на спад — то пусто, то густо, а питаться-то твари было нечем. Гончие не разделяют наше бессмертие, и мне пришлось смотреть, как мой питомец медленно угарает с голоду у меня на глазах. Эх... Хоть столько лет минуло, а чувства давно притупились донельзя, при воспоминании всё равно скребет на сердце. Словно саму Бесконечную Башню вновь заставили убить меня заживо.
Линь Цянь проникся услышанным.
Он перевел взгляд на Железную лепешку.
— А у тебя, брат Лёшка?
Железная лепешка и тупая рыба получили повышения в одну пору, но гончая лепешки прожила еще меньше — подвела неудача, не удалось раздобыть достаточно еды из инцидентов вторжения.
У Пятнистого питона и Змея судьба оказалась схожей: до того как они доросли до третьего уровня и получили право соваться в инстансы, гончие испустили дух.
Наконец Линь Цянь уставился на марионетку.
— Старший товарищ марионетка...
Столкнувшись с пытливым взглядом, марионетка слегка смутилась.
— У меня все было куда проще. Контракт не продержался и суток — во время первого же задания питомца прихлопнуло моим собственным проклятием.
Линь Цянь разинул рот, но промолчал.
Поистине неожиданный финал. То ли везунчик, то ли законченный неудачник.
— А старший товарищ?..
Он посмотрел на пустоту рядом с куклой.
— Его давно след простыл, — мрачно отозвалась марионетка.
— А? Куда это он...
Линь Цянь только хотел договорить, как боковым званием заметил, что черные скалы вдалеке испаряются целыми пластами.
— Мамочки! Уже пашет?!
— Да этот старший товарищ тот еще спринтер! — перепугался Линь Цянь и завопил изо всех сил: — Старший товарищ марионетка, пощади! Дай глянуть, ценная ли вещь!!
Прикинув так и эдак, Линь Цянь понял, что черные кристаллы — обыкновенная неизвестная порода, лишенная каких-либо полезных свойств и энергии.
Тем не менее он прихватил пару образцов в хранилище.
А вот серебристая лужица поодаль заставила его сердце забиться чаще.
Эта субстанция оказалась твердой, похожей на расплавленный и застывший в причудливой форме металл. Опробовав прочность клинком, Линь Цянь поразился: металл оказался безумно твердым.
Это сразу напомнило ему о куске пречистого золота, некогда добытом кланом ящеров.
Говорили, что та штука славилась несокрушимостью и плавилась исключительно пламенем Чистоты.
Линь Цянь тут же пустил в ход пламя Чистоты, и всё подтвердилось.
Пречистое золото — материал редчайший и баснословно дорогой. Заполучить целое озеро такой роскоши — всё равно что выиграть в лотерею.
Хоть Линь Цянь и не бедствовал, находить на дороге столь дефицитный эксклюзив всегда приятно.
С помощью солнечных лучей он нарезал и переплавил золото в слитки, отправив в хранилище — пусть мастера клана ящеров выкуют оружие для пополнения резервных отрядов.
«Раз пречистое золото застыло в таком виде, значит, некогда его уже плавили огнем Чистоты».
Задумавшись об этом, он вдруг уловил мелькнувшее движение. Подняв голову, Линь Цянь увидел тупую рыбу, гордо волокшего потрепанный череп гигантского зверя.
— Господин Линь, гляньте, что я откопал! Драконий череп!
Услышав это, Линь Цянь вздрогнул.
— Драконий череп? Тогда всё сходится...
Поговаривали, что драконы обладали способностью заражать очаг пламени и славились неуязвимостью к огню, умея обращаться с пламенем Чистоты даже без пробужденного дара.
Правда, по мнению Линь Цяня, эти заимствованные искры походили на дух Огня — имели шкалу прогресса и работали как батарейки. Иначе, владей каждый дракон неисчерпаемым пламенем Чистоты, они бы не вымерли до последнего.
— Похоже, это место — первородный мир драконов.
Линь Цянь разглядывал череп в руках тупой рыбы. Небольшой, во всяком случае, ни в какое сравнение не шедший с черепом Черного Дракона из Судебной Башни.
Впрочем, Черный Дракон — король племени, а Черный Дракон из башни — сильнейший среди них. Равняться на него не стоило.
Спрятав кости в хранилище, Линь Цянь воспрял духом.
— С момента последнего апгрейда костяного доспеха прошла целая вечность. Хватит ли добычи?..
Услышав это, тупая рыба махнул рукой:
— Не дрейфь. Вон там еще залежи. Пошли, покажу!
Не успел Линь Цянь моргнуть, как тупая рыба ухватил его за шкирку и исчез.
Его скорость возросла настолько, что облик пустотного суперкара больше не требовался — он научился перемещаться в мгновение ока.
Спустя секунду они очутились на вершине гигантского черного утеса.
Внизу, до самого горизонта, расстилались костяные поля. Мириады драконьих скелетов.
Помимо взрослых особей, Линь Цянь разглядел немало останков детенышей.
Ближайший из них был прикрыт огромным скелетом родителя — тот до последнего защищал малыша, свернувшись кольцом, и кости сохранились почти идеально.
Даже глядя на эту безмолвную картину, Линь Цянь физически ощущал то отчаяние, с которым некогда столкнулись эти создания.