Глава 765 - Неожиданная находка
— Какого чёрта?
— Да это же та баба, что рубилась с Белой Радугой!
— Вроде бы из пантеона мертвых богов.
О таинственном пантеоне мертвых богов — одном из трех великих пантеонов — Линь Цянь знал крайне мало; пожалуй, даже меньше, чем о золотых.
Судя по рассказам медузы, этот клан процветал еще до того, как золотые вознеслись к власти, и именно предательство мертвых богов позволило золотым совершить стремительный рывок и подмять под себя всю вторую Башню.
Вернее, стать её единовластными хозяевами.
Именно так — единовластными.
Все эти байки про «три великих пантеона» звучали красиво лишь на словах; на взгляд Линь Цяня, на второй Башне существовал лишь один настоящий хозяин — золотой пантеон.
Белый пантеон и вовсе был не более чем придатком золотых, где высшие чины носили гордое звание цепных псов на службе у господ — о каких партнерских отношениях тут вообще могла идти речь?
Что же до пантеона мертвых богов, то они держались особняком, словно выпав из поля зрения остальных, слегка оттесненные на обочину.
Впрочем, логично. В отличие от белых, мертвые боги даже без поддержки золотых обладали колоссальной собственной силой.
Это напоминало феодальных князей древности: в нужный момент они служили грозным оружием, а в мирное время становились главной головной болью для трона.
Линь Цянь, изначально планировавший быстрое убийство, при виде этой картины передумал и решил залечь на дно, чтобы присмотреться к происходящему.
— План сдвигается, ускоряйте подготовку.
— Как только в рядах белого пантеона начнется смута, выпускайте всех боевых зверей, как мы и договаривались.
Женщина говорила неторопливо, но в её голосе звёздной сталью проступала непреклонная властность.
— Это…
Наследничек опешил, собираясь возразить.
— Что, передумали?
Она скосила на него ледяной взгляд, в котором читалось откровенное презрение.
— Нет-нет, что вы…
— Просто в последнее время…
Не дав ему договорить, женщина оборвала его на полуслове:
— Не беспокойтесь, с внутренними неурядицами вашего клана я помогу отцу разобраться.
— До наступления ночи ваши конкуренты исчезнут тихо и без лишнего шума.
Услышав это, сын патриарха просиял от восторга:
— Благодарю вас…
Женщина резко поднялась, вновь обрывая любые излияния:
— То, о чём мы договаривались, должно быть исполнено безупречно.
Наследник низко поклонился:
— Выдадим результат в лучшем виде!
Обменявшись этими короткими фразами, гостья растворилась во вспышке белого света, оставив заговорщика в гордом одиночестве судорожно сжимать кулаки от предвкушения.
— Отлично… просто отлично!
Однако прятавшийся в углу Линь Цянь в этот момент прищурился куда опаснее…
То, о чем толковала эта дамочка, несомненно, было связано с планом Белой Радуги.
Планы ускорились, и виной тому, скорее всего, был он сам.
Нынешний патриархат кинкало в открытую спелся с пантеоном мертвых богов.
Судя по их диалогу, мертвых богов интересовала вовсе не боевая мощь самих кинкало, а те самые боевые звери, которых те выращивали по заказу золотого пантеона.
«Она помогает Белой Радуге?»
Линь Цянь покачал головой — вряд ли.
Как утверждала сама Белая Радуга, пантеон мертвых богов вступает в игру лишь тогда, когда расклад сил становится кристально ясным, а сейчас всё еще находилось в зачаточном состоянии.
По мнению Линь Цяня, эта дама вела свою собственную игру, преследуя цели, схожие с его собственными: замутить воду посильнее, чтобы в мутной водичке выловить лакомый кусочек.
Белая Радуга воображал себя кукловодом, но реальность вполне могла преподнести ему сюрприз.
Впрочем, Линь Цяня это волновало мало.
Куда интереснее было другое: почему золотой пантеон отдал приказ зачистить именно эту ветвь предателей?
Очевидно, утечка имела место.
Откуда утекло?
Линь Цянь невольно вспомнил слова медузы о том, что у неё сложились неплохие отношения с одной из высших персон пантеона мертвых богов, и она предлагала свести Линь Цяня с ними. Вот только её попытка заглянуть в судьбу через предсказание закончилась тем, что пророчество завоняло смертельной опасностью.
Откуда исходила эта угроза…
Линь Цянь подозревал, что пантеон мертвых богов давно и плотно пасли агенты золотого пантеона.
Раз уж утечка произошла, то тесная связь Белой Радуги с этой женщиной наверняка тоже перестала быть секретом.
Тогда почему сам Белая Радуга, обладающий даром провидения, не чувствовал угрозы?
Линь Цянь предполагал, что золотой пантеон просто не воспринимал его всерьёз.
Одиночка Белая Радуга не мог перевернуть весь уклад второй Башни; в конце концов, его целью было лишь свержение текущей верхушки белого пантеона, а никак не посягательство на власть всемогущих золотых.
А вот если зашевелится такой монстр, как пантеон мертвых богов, масштабы будут совсем иными.
Отправка Линь Цяня на ликвидацию предателей выглядела как тонкий намек-предупреждение в адрес мертвых богов: мол, все ваши тайные махинации у меня на ладони, угомонитесь пока не поздно.
— А вот это уже никуда не годится…
Линь Цянь вовсе не собирался позволять им заминать дело.
Если этот ошейник сработает, мертвых богов испугаются и они свернут лавочку — что тогда делать ему?
Планы требовали коррекции.
Изначально он собирался просто вырезать это семейство в рамках заказа, но теперь передумал.
Мало того что их нельзя трогать, так ему ещё придется лично подтолкнуть Белую Радугу к скорейшему началу войны.
Если он продолжит валять дурака, золотой пантеон неминуемо пришлёт кого-нибудь другого доделывать грязную работу.
— Придётся побыстрее дособирать оставшиеся древние артефакты, времени на раскачку нет…
Ситуация стремительно усложнялась, и от этого по спине Линь Цяня бегали мурашки предвкушения.
Выходит, мертвые боги тоже те еще прохвосты…
Интрига закручивалась всё туже, и от этого становилось только веселее.
Прибыв по-тихому, поглазев на чужие секреты и никого не тронув, Линь Цянь бесшумно ретировался.
Но улов стоил свеч.
Вернувшись на первую Бесконечную Башню, он немедленно направился в новый первоначальный мир пушистых ушей, разыскал Синкака и потребовал ускорить сборку оставшихся восьми древних орудий.
— Господин Линь, с механической частью проблем нет, загвоздка в боеприпасах — для них требуется прямое задействование вашей уникальной способности.
Встретившись снова, крошечный Синкака заметно изменился: накинув положенную старейшинам золотистую тогу, он превратился в самую влиятельную фигуру клана пушистых ушей, приобрёл солидный вес, и от прежней зашуганности не осталось и следа.
План научно-исследовательской группы Цинь Ляна уже вовсю реализовывался: на территории пушистых ушей то и дело попадались стажирующиеся людишки — все как один с усердными, одухотворенными лицами зубрил.
— Это мы устроим. Сперва давай найдем просторный полигон, чтобы не разнести тут всё к чертям.
Вскоре Линь Цянь отыскал пустынный участок пустоши, выгрузил компоненты древнего комплекса и приготовился к работе.
Поскольку требовалось единым махом выпустить восемь сверхкрупных ядер Пепельного уничтожения, Линь Цянь сразу активировал режим полного обращения в пламя.
— Ого-го-го-го!!!!
Наблюдая, как тело Линь Цяня обращается в ослепительно-белую суперионную субстанцию, Синкака завизжал от восторга, напоминая деревенщину, впервые увидевшего фокусника.
— Господин Линь! Что это за трюк?! Просто крышеснос!
Поддержание огненной формы требовало колоссальной концентрации, и Линь Цяню было некогда слушать восторженные визги — он тут же приступил к формированию ядер Пепельного уничтожения.
— Ай-яй-яй! Как быстро! Подождите секунду!
В следующую секунду Синкака сам испугался не на шутку, когда сферы начали раздуваться прямо на глазах, и с диким воплем кидался настраивать предохранители.
Не имея выбора, Линь Цянь небрежным взмахом закинул первый шар Пепельного уничтожения прямо в небеса и принялся ковать следующий.
— Погнали!