Глава 675 - Безмолвные
— Бяо-гэ, проверено: простое совпадение, никаких влиятельных знакомств у этой парочки нет.
Уставившись на экран телефона, дежуривший на посту Бяо-гэ злобно ухмыльнулся.
В этот момент мимо него бесшумно скользнули две фигуры в черных балахонах. Он тут же вытянулся по струнке и отдал честь.
Однако развитие событий резко расходилось с его ожиданиями.
Фигуры в черных мантиях и масках приблизились в молчании и резко схватили его за руки.
— Господа офицеры, вы чего…
Понимая, кто перед ним стоит, Бяо-гэ даже не посмел сопротивляться — его руки бессильно повисли.
Вжик!
Холодный блеск стали полоснул воздух. Острый клинок пробил щеку Бяо-гэ насквозь, лишив его возможности издавать хоть какие-то звуки.
— Мгм-м-м!
— Мгм-м-м-м-м!
На голову бьющегося в истерике и захлебывающегося кровью бойца накинули плотный черный мешок. Двое молчаливых палачей развернулись и уволокли его прочь под остолбеневшими взглядами толпы — никто не осмелился вмешаться.
—
В то же время на рыночной площади.
— Гляньте, брат Цянь, это спецотряд, который мы тренируем совместно с командиром четвертого отряда. Занимаются диверсиями, зачистками и прочей специфической работой.
— Набираем из резервистов, порог вхождения — единица ловкости.
— Я придумал для них чертовски пафосное название: Безмолвные.
За столиком кафе несколько парней в черных балахонах синхронно склонили головы перед Линь Цянем.
Но кроме шуршания одежды, от них не исходило ни единого звука.
— Ампула Безмолвных дает пассивку на звукоизоляцию: при активации любые действия не производят шума. Конечно, есть радиус действия: если палить из пушки, сам выстрел бесшумен, но пуля, вылетев за пределы ореола, теряет этот эффект.
— Побочка — потеря дара речи. Но благодаря переводчику, разработанному командиром отряда, проблем с коммуникацией нет.
— Им вшили под кожу спецсвязь, так что напарники обмениваются данными мгновенно.
А Лэ распинался перед Линь Цянем с энтузиазмом заправского коммивояжёра.
Линь Цянь же, зажав в пальцах истекающий соком мясной пирожок и набив им обе щеки, с аппетитом жевал, наблюдая за цирковым представлением А Лэ.
Рядом сидели командир третьего отряда, Цинь Лян и прикативший из Северо-западного сектора Куй-е.
— Парень хочет расширить штат, но ему нужно твое личное одобрение, брат Цянь.
Цинь Лян пришел на помощь замолчавшему А Лэ.
— Из-за такой херни развел демагогию.
— Сказать прямо нельзя было?
Линь Цянь закатил глаза.
— Хе-хе, брат Цянь, я должен был доказать, что не дурью маюсь.
Получив согласие, А Лэ тут же расплылся в улыбке и рухнул обратно на стул.
— Ох уж этот сопляк, в жилах огонь горит. Смотрю, многие у вас в отряде его побаиваются, — добродушно усмехнулся Куй-е.
— И только перед тобой он стелется шелковым щенком.
— Ай-яй, Куй-е, что за слова, будто я какой-то злодей, ха-ха-ха!
А Лэ перекосил лицо в наивной гримасе и с усердием растер щеки, пока те не приняли нормальный вид.
— Куй-е, если старые протезы доставляют неудобства, могу подогнать лечебный состав, быстро восстановите ногу, — Линь Цянь бросил взгляд на культю старика.
— И в мыслях не было!
Куй-е отмахнулся с брезгливой категоричностью.
— Честно говоря, с этой новой механической лапой я даже жалею, что потерял всего одну.
Он раскатисто рассмеялся, сияя здоровьем; жизнь его явно вошла в удобную колею, даже волосы на голове заметно потемнели.
Пока они непринужденно болтали за едой, несколько человеческих жизней улетели в небытие.
Бяо-гэ, та девица, что затеяла склоку, и все их покровители наверху были вырваны с корнем — тихо, чисто и без лишнего шума.
Безмолвные переняли у А Лэ фирменный почерк: бить наотмашь и не оставлять хвостов.
На углу улицы Линь Ваньин со стаканчиком обеденного кофе в руке с любопытством вытягивала шею.
— С чего это сегодня на улице так тихо, обычно здесь не протолкнуться?
Она озадаченно толкнула локтем коллегу.
— Говорят, в город пожаловал большой начальник. Видела машину вон там? Это личный транспорт самого Куй-е.
— Раз его сопровождают птицы такого полета, масштаб личности даже представить страшно.
Конопатая коллега втянула голову в плечи и потянула Ваньин за рукав:
— Пойдем, Ваньин, не пялься.
— У этих сильных мира сего тараканов в голове — вагон и маленькая тележка.
Линь Ваньин послушно сделала пару шагов, но перед тем как свернуть, машинально бросила взгляд на дальний столик, уставленный едой.
Одинокая фигура со спины.
Величественная, подавляющая аура — естественное давление, рожденное от сплава чистого солнца и тела дракона.
Даже просто смотреть на него было страшновато — сердце норовило выпрыгнуть из груди.
Она поспешно отвела глаза, зябко кутаясь в воротник, и прибавила шагу.
— И правда… птица высокого полета…
Бескрайний океан, Радужный остров.
— Владения эльфов, доводилось слышать про Радужное дерево?
Дуань Ланьчи загребал веслами, рассекая разноцветную гладь воды. Вода переливалась всеми цветами радуги, словно пролитая на холст краска, которая смешивалась и тут же расходилась вновь.
— Вроде бы припоминаю. Брат Цянь как-то угощал меня семью плодами, часом не с этого ли дерева они падают?
Связывая воедино обрывки воспоминаний, ответил Дуань Фэн.
— Мать твою, ну вы и жируете.
— Да это же плоды Радужного дерева! Как у вас язык поворачивается говорить о них как о леденцах, да еще сразу по семь штук!
Дуань Ланьчи даже не пытался скрыть зависть.
— Подумаешь, бином Ньютона. Скажу словечко брату Цяню — в следующий раз захватит и тебе пару штучек.
— Мы же свои люди, — хмыкнул Дуань Фэн.
— Увольте, мне такое не по карману, — помотал головой Дуань Ланьчи.
— Цены у остроухих задраны до небес, мне не осилить.
— Тогда зачем притащил меня сюда? — изумился Дуань Фэн.
— Хочу, чтобы ты приобщился к цивилизации, свет повидал, — ухмыльнулся Дуань Ланьчи.
— Эльфы, конечно, те еще барыги, но товар у них отменный.
— Мы же не дураки, раз готовы нести им деньги, значит, на то есть причины.
— Этот Радужный остров — сущий земной рай, но и расценки здесь кусаются так, что зубы сводит.
— Я тут уже дважды бывал, и каждый раз меня раздевали до нитки, но я ни о чем не жалею.
— Теперь, когда мы гребем деньги лопатой под началом шефа, доходы выросли в разы, так что будем шастать сюда регулярно, хе-хе.
Под их болтовню лодка ткнулась носом в причал возле пункта регистрации.
Полеты над Радужным островом строго запрещались, а море вокруг надежно изолировало клочок суши от внешнего мира, так что добраться туда можно было исключительно на таких вот плоскодонках.
— Доброго дня.
Дуань Ланьчи действовал как заправский старожил.
— Чем платить будем? — лениво приоткрыв один глаз, осведомился старый эльф, дежуривший у стойки.
Он не был выжившим — принадлежал к коренным обитателям исходного мира, хотя жил едва ли не дольше самих островов.
— Взгляните-ка на это.
Даже такой балбес, как Дуань Ланьчи, перед лицом эльфа испытывал подсознательный трепет.
Он протянул через барьер изящный жетон.
— Мм?
Старик бросил взгляд на эмблему — и в его потухших глазах мгновенно вспыхнул живой огонек.
— Прошу прощения, почтенные гости, не признал героев с порога.
Отношение смотрителя изменилось на сто восемьдесят градусов.