Глава 563 - Старый приятель толстяка
[449]
Более сотни белых столпов сорвались с небес, являя миру исполинские марионетки, чьи тела источали ослепительное сияние.
Заблаговременно занявшие позиции Надзиратели ринулись в бой, демонстрируя всю свою мощь.
На данном этапе в сражении участвовали абсолютно все.
Впрочем, главной ударной силой по-прежнему оставался толстяк.
Бабах!
Грохм!!
БАХ-БАХ-БАХ!!!
Железная лепешка небрежно взмахнуло кулаком, высвобождая трехступенчатую волну разрушительной силы, и в одно мгновение стерло в порошок с десяток гигантских кукол.
Но когда оно развернулось, собираясь продолжить резню, с удивлением обнаружило, что оставшиеся противники уже превратились в пыль.
Почесав затылок, громила сделало пару шагов назад, готовясь встретить новую волну.
Вжух!
Наконец-то пролился долгожданный красный столп света — начался поединок.
Линь Цянь тотчас встрепенулся.
— Дождался, родимый...
После сотой ступени частота боевых столкновений резко упала, и за минувшие четыреста с лишним уровней это был всего лишь второй поединок. Первый выпал еще где-то в районе двух сотен.
Тот, кто сумел добраться до отметки в четыреста уровней, определенно не мог быть слабаком.
Декорации сменились: вокруг клубились густые облака и туманы, а под ногами обнаружилась шестиугольная парящая платформа площадью около ста квадратных метров. Столпившимся на ней Надзирателям было тесновато.
В то же время очертания противника на противоположной стороне начали проясняться.
Плащ сокрытия на этот раз не потребовался.
На столь высоком этапе в сокрытии личности уже не было никакого смысла.
Вершинных бойцов можно было пересчитать по пальцам.
Сухощавое, высокое тело, длинные конечности, плотно прилегающая чешуя, массивный хвост, усеянный зазубренными гребнями. Никаких следов волос, череп отдаленно напоминает чудовищ из фантастических фильмов ужасов, узкие глаза. Но больше всего бросалась в глаза устрашающая пасть, полная кривых черных клыков.
Если бы не предшествовавший этому красный столб, Линь Цянь всерьез решил бы, что они наткнулись на очередного монстра-босса.
До того уродливая физиономия.
Пока Линь Цянь прибывал в легком ступоре, его противник изумился куда сильнее.
Обведя взглядом грозных Надзирателей, чья внешность казалась куда более жуткой и зловещей, чем его собственная, пришелец на секунду завис, переживая крах всех шаблонов.
— ?
— Это... какого хрена здесь происходит?
Как и Линь Цянь, не будь здесь красного столба, он бы поклялся, что заббрел на обычный рядовой уровень.
— О?
— Железозубые?
толстяк, уже было рванувший вперед, внезапно замер на полуслове.
Остальные, заметив это, тоже притормозили.
— Чего застыл, братуха? — по внутренней связи поинтересовался Линь Цянь.
— Босс Линь, а морда-то у этого хмыря подозрительно знакомая.
Железозубые наряду с морскими обитателями и белоспинными некогда входили в число подчиненных племен Короля гигантов, так что взаимное знакомство никого не удивляло.
— А-а, старый знакомый? Тогда можно и поболтать.
Времени у них было в избытке, так что Линь Цянь никуда не спешил.
Однако стоило им остановиться, как железозубый проявил инициативу.
Красный свет вспыхнул, и на глазах у ошарашенного Линь Цяня враг рассыпался ровно на семь идентичных копий. Причем от каждой исходила абсолютно реальная аура, после чего фантомы веером метнулись в разные стороны.
— О-о-о!!!
Узнав этот трюк, толстяк хлопнул себя по ляжке.
— Семь тел! Я вспомнил!
— Фару!
— Ха-ха-ха! А я ведь говорил, лицо больно знакомое!
Голос толстяка зазвучал в ментальном поле, но сам Фару, казалось, ничуть не растерялся.
Обладая великолепной наблюдательностью, он мгновенно вычислил Линь Цяня, которого со всех сторон прикрывали остальные Надзиратели.
Настоящее тело в режиме невидимости рвануло вперед, широко разинув пасть с единой целью — откусить Линь Цяню голову.
Однако в следующее мгновение он нутром чуял неладное.
Сидевший на плече этой букашки неказистый попугай неотрывно следил за ним своими глазами-бусинками.
— Какого чьего...
Не успел он додумать, как воздух сбоку прорезал свист рассекаемого пространства.
Бум!
Тяжелый, чудовищный кулак Железной лепешки неожиданно врезался Фару в бок.
Вух!
Тело пришельца покрылось плотной пеленой грязно-желтого света, и его откинуло на несколько шагов назад, сорвав маскировку.
— Какая мощь...
— Это... призывное существо?
В его взгляде промелькнуло неподдельное потрясение.
Но еще больший шок ждал его секунду спустя.
Раздалась серия грохочущих взрывов, и все семь его разделенных тел синхронно лопнули, обратившись в лужицы черной, гудроноподобной жижи.
— Да как такое возможно?!
Фару осклабился, а глаза его налились кровью — подобное сюрреалистичное зрелище полностью ломало привычную картину мира.
Тут же в воздухе раздался свист, и громадная лапища толстяка обрушилась на него сверху.
Фару среда молниеносно, пытаясь контратаковать, но не успел его удар достигнуть цели, как туша толстяка вновь растворилась в воздухе и возникла прямо у него за спиной.
— Божественная скорость?
Он остолбенел, а в памяти всплыли давно забытые пласты воспоминаний.
— Фару, старик, это я, Лань Юань.
Зазубренный хвост резко изменил траекторию и со страшным грохотом впечатался в землю.
Глядя на массивное, уродливое чудовище перед собой, Фару погрузился в оцепенение.
Это имя никто не произносил уже чертовски долго.
Он и сам вспоминал его крайне редко, лишь изредка вздыхая в минуты одиночества.
Лань Юань был одним из тех немногих, кого он мог назвать другом.
Заносчивый, грубый, но чертовски обаятельный мерзавец.
— Какая-то новая техника ментального давления?
— Ты выкопал это из моих воспоминаний?
Фару холодно фыркнул, преодолевая секундное замешательство, и его взгляд вновь стал ледяным.
толстяк скривился от такого обращения, взревел и бросился в атаку, с размаху впечатав противника в настил арены.
— Вот же тупица! Столько лет прошло, а ума ни капли не прибавилось, все так же не видит дальше собственного носа.
— А ну вломите ему! Покажите, где раки зимуют, но оставьте живым!
— Твою мать, неужто мы сами не разберемся?
— Поднял лэвел — и возомнил себя пупом земли?
По знаку толстяка Железная лепешка и остальные тут же засучили рукава и набросились на бедолагу с кулаками, устроив знатную порку. Опомнился Фару только тогда, когда над землей задрожала одна окровавленная рука.
— Стоп!!
— Верю!
— Братуха Лань! Я верю, хорош!
Услышав это, толстяк милостиво махнул рукой, призывая соратников к порядку.
— Ладно, хватит с него!
Надзиратели отступили, являя миру жалкое зрелище некогда грозного воина.
Защитная желтая аура была разбита ударами Железной лепешки вдребезги, фирменные стальные клыки выбиты напрочь, а живого места на теле не осталось.
И это они еще без марионетки обошлись — та бы проклятиями извела его куда быстрее.
толстяк подплыл к бывшему другу на корточках и злорадно захихикал, рассматривая плачевное состояние приятеля:
— Глянь на себя, старик, а кости-то у тебя размякли.
— Помнишь, как мы в молодости стырили подношения у гигантов и нас за этим поймали? Тогда тебя отходили так, что живого места не осталось, но ты ведь до последнего стоял на своем, мол, не брал ничего.
— Хорошо еще, что гиганты уважают упертых отморозков, иначе и истории никакой не было бы.
толстяк протянул лапу и помог Фару подняться.
— Кхе-е...
Фару кривился от боли, но Линь Цянь с удивлением заметил, что раны на теле пришельца затягиваются с пугающей, видимой глазу скоростью.
— О? Ты что, пересадил себе сердце волка-демона?
— Неудивительно, что ты смог забраться так далеко.