Глава 42 - Кровавый кампус: Освобождение от контроля
Хлюп!
Когда последняя тварь с мерзким звуком лопнула под пальцами Линь Цяня, площадка перед ними наконец очистилась от нечисти.
Коридор был залит кровью и ошметками плоти, густая жижа медленно подбиралась к порогам уцелевших дверей.
Сплесь…
Не останавливаясь, Линь Цянь шагал вперед. Багровые отсветы по-прежнему полыхали в его глазах, прикованных к наглухо забаррикадированной двери в самом конце прохода.
Оттуда отчетливо разило густым, удушливым страхом.
Каждый его шаг сопровождался чавканьем, согбенная спина подрагивала, а мускулы наливались чудовищной силой.
— Что он задумал?..
Позади них затаившиеся товарищи еще не успели оправиться от шока, как до них дошло осознание происходящего.
— Плохо дело, кажется, он потерял рассудок! — перепугался Лао У, лицо которого покрылось испариной.
— И что теперь делать?!
Неукротимая ярость Линь Цяня превзошла все их худшие ожидания; теперь никто бы не осмелился подойти к нему ближе чем на шаг.
В этот самый момент снизу донесся пронзительный, режущий слух визг.
— Злоумышленники! Я убью вас! Всех убью!
Это был пронзительный женский голос, пропитанный первобытной злобой и ненавистью. Волна звука шла снизу вверх, заставляя уши закладывать, а сознание — погружаться в оцепенение.
Линь Цянь тоже почувствовал удар. Он резко замер и яростно мотнул головой.
Его шаги стали шаткими, он внезапно начал размахивать тесаком, кромсая пустоту перед собой.
— Тц… — Лао У зажал уши руками, пытаясь заглушить этот звон, и с ужасом уставился на странные метания Линь Цяня.
— Что… с ним?
Ся Цин покачнулась, но устояла на ногах, ее взгляд тоже был прикован к обезумевшему товарищу.
Переведя глаза с искаженного судорогой лица Линь Цяня на хаотично рассекающий воздух клинок, она приняла решение.
Вух!
Лязг!
Взмахнув луком, она пустила стрелу, которая со звоном вонзилась прямо в лезвие тесака.
Рррах!
Получив удар, Линь Цянь резко развернулся. Из его груди вырвался низкий рык, а лицо исказилось в звериной гримасе.
Лао У и остальные отшатнулись от страха.
И лишь Ся Цин осталась невозмутима: натянув тетиву, она вновь прицелилась.
Вторая стрела с металлическим звоном вбилась в ту же точку.
Скрип…
Тесак отлетел назад, едва не вырвавшись из рук. Между ладонью и рукоятью натянулись багровые нити — казалось, они уже срослись с кожей, и теперь их рвали по живому.
Взгляд Линь Цяня на мгновение просветлел; второй рукой он судорожно вцепился в лезвие, с силой дергая его на себя.
— А-а-а! — дикий крик боли сорвался с его губ, и наконец тесак со свистом отлетел в сторону, звеня упав в нескольких метрах.
В то же самое время раздутое тело Линь Цяня опало, возвращаясь к прежним размерам. Обессиленный, он сполз спиной по стене и тяжело осел на пол. Грудь его вздымалась от судорожных вдохов; казалось, по нему проехался тяжелый грузовик, раздробив каждую кость. Он не мог пошевелить даже пальцем.
Он попытался поднять глаза на Ся Цин и остальных, но голова безвольно свесилась вперед, и он уткнулся лицом в кровавую грязь.
Ся Цин и Лао У тут же бросились к нему, помогая подняться.
— Твою мать! Цянь-гэ в порядке?!
Дуань Фэн, у которого у самого лицо было белым как полотно, нашел в себе силы переживать за товарища.
— Живой, просто потерял сознание, — Лао У приложил пальцы к шее Линь Цяня и наконец с облегчением выдохнул.
— Давайте, подсобите, отнесем его в комнату.
Бросив короткий призыв Дуань Фэну, Лао У украдкой бросил взгляд в темный угол под потолком.
Там, тихо жужжа, поворачивался миниатюрный объектив камеры наблюдения, меняя угол обзора.
В то же самое время…
За забаррикадрованной дверью…
Мужчина в очках торопливо смахнул со лба холодный пот и повернулся к молчаливому спутнику, не проронившему с самого начала ни слова.
— Мянь-гэ, кажется, нас засекли…
Сю Мянь ничего не ответил. Он молча смотрел на экран ноутбука, крутя в пальцах медную монету на шнурке, словно взвешивая в уме какое-то решение.
На нем было черное пальто, а из-под распахнутых поло виднелась рукоять пистолета — он специально не прятал оружие, чтобы держать в страхе остальных обитателей комнаты.
— Что это за отряд? Почему раньше мы их здесь не видели? — недоверчиво произнес кто-то в углу.
— Остальных не знаю, но этого паренька я видел, — один из выживших ткнул пальцем в экран, где мелькало лицо Дуань Фэна.
— Это же 781-й. Я менял у него мясо на зажигалку.
— А-а! То-то мне его лицо показалось знакомым…
Перебросившись еще несколькими фразами, люди снова затихли.
Очевидно, все они были потрясены тем кровавым побоищем, что только что развернулось перед объективом камеры, и еще долго не могли прийти в себя.
Сильнее прочих отреагировал один из мужчин, забившийся в самый темный угол.
Он обхватил голову руками и бормотал себе под нос:
— Как это он… почему это он…
Будь Линь Цянь сейчас здесь, он наверняка бы ухмыльнулся.
Ведь этим перепуганным наглецом оказался тот самый парень в кожаной куртке, что пытался устроить на них засаду. Только выглядел он теперь жалко: мало того, что все лицо было в синяках, так еще и фирменную кожанку у него отобрали, оставив лишь тонкую майку.
— Главарь, тот парень вроде вырубился, а клинок у него — точно какая-то чертовщина, — к Сю Мяню подкрался один из прихвостней и заговорщицки зашептал на ухо.
— Может, пользуясь моментом…
Не успел он договорить, как Сю Мянь брезгливо отмахнулся.
Сидевший неподалеку крупный мужчина вскочил и заорал на подлизу:
— Ты что, рехнулся?! Хочешь сдохнуть — так не тяни за собой остальных!
Говорил тот самый амбал, у которого отобрали медную монету после того, как его загнали в угол четверо охотников. Сами завистники куда-то исчезли, а вот артефакт теперь принадлежал Сю Мяню.
Его выпад тут же поддержали остальные:
— Ты ослеп?! Не видел, как он этих монстров на фарш пустил?! Чего уставился! Думаешь, у тебя шкура крепче, чем у тех тварей?
— Конченый идиот! Осталось пережить всего две ночи, и задание будет выполнено, зачем искать приключений на свою задницу?
— Сидим здесь тихо, двери запечатаны, монстры сюда не прорвутся!
Люди шумели наперебой, гневно осуждая дурацкую идею.
Сю Мянь вновь поднял руку, призывая всех к тишине. Бви брови были сдвинуты, в глазах читалось тяжелое раздумье.
Он взглянул на окно: за стеклом уже окончательно рассвело, ознаменовав наступление второго дня.
— Продолжайте следить. Как только он очнется, сообщите мне, я пойду с ним потолкую.
Хлопнув очкарика по плечу, Сю Мянь отошел в сторону, опустился на пол, прислонившись спиной к стене, и закрыл глаза для краткого отдыха.
Переглянувшись, люди так и не поняли, к чему клонит их лидер.
Лишь очкарик тихо вздохнул про себя.
— И то верно… даже Мянь-гэ не смеет связываться с этой машиной для убийств.
Взглянув на экран, где зиял грязный, залитый кровью коридор, он поежился от подступившего холода.
— Что вообще должно было вырасти из человека, чтобы он творил такое?..
Если бы он не видел всё своими глазами, ни за что не поверил бы, что это под силу одному-единственному человеку.
— А человек ли он вообще?..