Глава 406 - Самозванец
Полночь. Улицы тонули в мёртвой, удушливой тишине.
— Хрусь! Хруссь!
Мужчина судорожно ловил ртом воздух, прижираясь спиной к кирпичному углу. Его пальцы судорожно сжимали ствол автоматической винтовки, а в глазах плеталось отчаяние — он прекрасно знал, что уйти от преследования этой своры ему не удастся.
Позади раздавались неторопливые, вальяжные шаги. Преследователь даже не утруждал себя скрытностью и время от времени насвистывал себе под нос мелодию, демонстрируя абсолютную уверенность в собственной силе.
— Будь что будет! — оскалился мужчина.
Он резко подался вперед, вмиг сокращая дистанцию, и без малейших колебаний вскинул ствол.
— Трат-тат-тат!
Ослепительные вспышки разорвали темноту, но цель впереди словно растворилась в воздухе.
В следующее мгновение тяжелая, холодная ладонь легла ему на плечо. Неведомым образом враг уже стоял за его спиной.
— Тише. Угомонись.
Раздался глухой стук, мир перед глазами мужчины мгновенно померк, и его тело обмякло, безвольно оседая на холодный асфальт.
***
— Плюх!
Грязная, смердящая вода хлестнула мужчине прямо в лицо, грубо вырывая из цепких лап беспамятства.
Он судорожно распахнул глаза и с трудом сфокусировал взгляд. Вокруг громодились ржавые балки заброшенного цеха. У мерцающего костра небрежно стояли несколько человек, а в самом центре, погруженный в глубокую тень отплясывающих языков пламени, восседал на стуле человек. В его осанке сквозило высокомерное пренебрежение, но разглядеть его лицо сквозь сумрак не удавалось.
— Да кто вы такие, мать вашу?! — прохрипел мужчина, стиснув зубы. Он попытался рвануться, но веревки впились в плоть, и он бессильно рухнул обратно.
Стоило ему задать этот вопрос, как по рядам собравшихся прокатился зловещий смех.
Кренастый, широкоплечий бугай сделал два шага вперед; полы его тяжёлого кожаного плаща взметнулись от потока воздуха, заставив костер тревожно затрепетать.
— Какое же блаженство — человеческое невежество, — процедил он сквозь зубы. — Любой хоть сколько-нибудь сведущий выживший, завидев эту одежку, без труда признал бы в нас хозяев этого мира.
Громила с показной небрежностью расправил плечи, демонстрируя свою амуницию.
Привязанный к стулу мужчина на секунду замер. Он в упор всмотрелся в чужой плащ, а затем перевёл испуганный взгляд на точно такие же одеяния остальных фигур. Зрачки его сузились до точек, а голос сорвался на фальцет:
— Вы… вы из Чёрного легиона?!
Услышав это, широкоплечий бугай расплылся в довольной, хищной улыбке.
— Хэ-хэ-хэ , неплохо. Мозги на месте, глаз алмаз. Мы заглянули к тебе без дурных намерений. До нас дошли слухи, что в своём секторе ты имеешь некоторый вес. Наш босс как раз вознамерился расширить ряды Чёрного легиона… Как тебе перспектива поработать на нас?
Лицо пленника мгновенно исказилось от благоговейного экстаза.
— Да я…
Он осекся на полуслове, и брови его сошлись на переносице.
— Погодите-ка. Что-то здесь не так. Я слышал, будто даже в кандидаты на вступление в Чёрный легион отбор свирепый до жути. Пару дней назад главарь одной банды из соседнего сектора попёрся на смотр — так его оттуда пинками вышвырнули, хотя парень был куда сильнее меня…
С этими словами он подозрительно прищурился, окидывая взглядом стоящих вокруг громил.
Те тут же поспешно отвели глаза, делая вид, что изучают потрескавшиеся стены. Бугай сузил глаза, а улыбка медленно сползла с его лица.
— Сдается мне, ты слишком много знаешь о Чёрном легионе…
Его голос стал опасно-тихим.
Мужчина вернул взгляд к нему.
— Случайность, не более. Пару рейдов назад я случайно вытащил из переделки одного паренька. Он отрекомендовался портным и даже по милости починил мне бронежилет. А на днях он вдруг вышел на связь и похвастался, что пошёл в гору: теперь он — личный портной самого Чёрного легиона, а вдобавок ему выдали жетон Черного Змея. Звать его, кстати, Ван Хэ. Вы-то точно должны его знать.
Он резко сменил тон и в упор уставился на бугая.
— Ха-ха-ха! Ишь ты, Ван Хэ! Знаю, конечно, забавный малый, — ничуть не смутившись, громила с лёгкостью подхватил легенду.
Пленник тоже выдавил из себя улыбку, однако в глубине его глаз вспыхнул холодный стальной огонек.
Он окончательно уверился в том, что перед ним — дешевые самозванцы. Ведь бо́льшую часть правды он разбавил стопроцентной ложью. Тот портной вовсе не был никаким Ван Хэ — его звали Инь Шэн, и он действительно обшивал элиту легиона.
Однако разоблачать самозванцев пленник не смел. Кто знает этих головорезов? Силы главного амбала явно превосходили его собственные в разы, и попытайся он качать права, ему просто свернут шею. Если бы он доложил о самозванцах через Инь Шэна, то даже рядовой кандидат с легкостью стер бы эту шайку в порошок.
Совсем недавно он собственными глазами видел, на что способны бойцы резерва Чёрного легиона. Один из них, с лицом, пугающе похожим на лик самого Гуань Юя, рассекал на механическом скакуне в одеждах цвета молодой зелени. Одним ударом гигантской гуаньдао он снёс голову чудовищу во главе локации, заодно сровняв с землёй крышу близлежащей церкви. Эту картину он не забудет до конца своих дней. Другой же бородатый громила обладал такой чудовищной, первобытной силой, что голыми кулаками разносил черепа монстров в кровавое крошево.
Сам же он вовремя проявил гибкость — не забывал вовремя подносить тем двоим выпивку и воду, а благодаря знакомству с Инь Шэном сумел завязать приятельские отношения. Выяснилось, что с тем зеленокожим воителем они земляки, и за парой бутылок горькой они быстро сошлись. Те двое разговорились и поведали ему о своем таинственном боссе. Именно благодаря этой связи им обоим разрешили миновать предварительные экзамены и сразу зачислить в резерв легиона. Хотя их собственная мощь позволяла пройти любой отбор с закрытыми глазами, статус приближенных обеспечил им завидное положение даже среди элиты.
А почему никто не сомневался в их подлинности? Всё упиралось в одну-единственную фотографию. Он сам видел её на экране телефона бугая: на снимке тот самый громила стоял едва ли вполовину лица, а на заднем фоне Линь Цянь и зеленокожий богатырь опирались на бока безупречно сияющего мотоцикла.
Тогда мужчина испытал сильнейшее потрясение. По слухам, этот загадочный теневой владыка легиона пожирал сырое мясо и пил человеческую кровь, являя собой сущего демона во плоти. На деле же перед ним предстал невероятно смазливый юноша с на удивление простыми и мягкими манерами.
Самозванец перед ним, разумеется, не мог знать, что творится в голове пленника. Громила жестами приказал подручным освободить руки гостя и дружески хлопнул его по плечу:
— Братец, отныне мы одна семья!
Он расхохотался, а затем указал ладонью на силуэт, сидевший в глубокой тени за костром.
— А вон там — наш главный. Если ты действительно так много знаешь о Чёрном легионе, то его имя тебе должно быть знакомо. Линь Цянь. Впрочем, тебе положено зваться перед ним уважительно — «босс Цянь». Только гляди в оба, когда будешь с ним общаться. Наш босс больше всего на свете обожает свежатинку. Из какого зверя мясо — ему плевать. Стоит тебе разозлить его, и сам станешь обедом. Немало наших ребят сгинуло именно по этой причине, оттого-то у нас сейчас такой некомплект.
Слушая этот бред, мужчина натягивал на лицо маску благоговейного страха, в то время как мысленно закатывал глаза так далеко, что затылок сводило. «Ну надо же, какую сказку наплел, сукин сын!»
Однако стоило ему сделать шаг за костер и бросить взгляд на вальяжно полулежавшего в кресле юношу, как ноги его вросли в землю, а сердце пропустило чудовищный удар.
Это лицо. Он видел его на том самом снимке. Ошибки быть не могло!
В тот же миг фигура в кресле шевельнулась, словно почувствовав чужое присутствие. Медленно разомкнув веки, юноша холодно и бесстрастно уставился на гостя.
— Посмел прервать мой сон… Ты приготовился стать едой?
Леденящий душу голос источал такую абсолютную стужу, что пленника мгновенно сковало ледяным параличом.