Глава 1067 - Вновь подмять под себя Город Беззакония
— Я глубоко убежден, что со всеми нами можно договориться по-человечески.
— В конце концов, мы с вами коллеги, делаем одно дело. Если кому-то понадобится помощь — в пределах моих скромных возможностей я всегда готов прийти на выручку.
— Но вы же сами не оставляете мне выбора, упорно лишая даже права голоса.
— Что ж, раз так, мне пришлось прибегнуть к крайним мерам.
Возле монументальной стелы телепортации в Городе Беззакония выстроились бесчисленные шеренги Надзирателей. Строй был безупречен — равнение по росту, выправка на зависть любому курсанту. Они стояли тихие и послушные, словно кадеты на смотру перед генералом.
Линь Цянь взгромоздился на импровизированный помост и вещал с таким вдохновением, будто толкал речь на митинге, в то время как Змей стоял чуть позади, скрестив руки на груди, и мрачным, тяжелым взглядом сверлил собравшихся.
Ему не терпелось проверить, найдется ли среди этой шоблы хоть один смельчак, способный дерзить на глазах у Линь Цяня.
— Змей, не стоит так напрягаться, расслабься, — мысленно шепнул Линь Цянь на волне Тень.
— Боюсь, они живо забудут манеры, если ослабить вожжи, — Змей по-прежнему не доверял новым коллегам.
По его разумению, сеансы очищения душ должны были продлиться еще изрядно времени, прежде чем эта банда окончательно присмиреет.
Но Линь Цянь категорически не желал позволять Змею продолжать в том же духе.
Кое у кого из этих новобранцев глаза уже остекленей, приобретя пугающее сходство с последствиями необратимой психической травмы.
Нынешний Змей — совсем не тот, что прежде; после того как его способности были усилены эволюционной печью, мучительный потенциал вырос вдвое.
И всё же предсказания Линь Цяня оправдались: после столь «дружелюбного» общения со Змеем эта на редкость строптивая компания внезапно воспылала искренним желанием прислушаться к чужим словам.
Разумеется, у тех, кто наотрез отказывался внимать речам Линь Цяня, тотчас появлялась острая необходимость выслушать кое-что совсем иное.
Кошмар заключался еще и в том, что хотя во время рабочих смен системы статусы обновлялись, эта проклятая гигантская змеюка в рабочие часы вообще не нуждалась! Она просто дневала и ночевала у точки телепортации, намертво перекрывая единственный путь к отступлению.
Откуда бедолагам было знать, что Змей — Надзиратель четвертого уровня, и в отсутствие конкретных поручений он имеет законное право безвылазно торчать в Городе Беззакония?
Это стало еще одним неожиданным открытием для Линь Цяня.
В норме Надзиратели четвертого уровня, как только покидают пределы Судебной Башни и наступает время безопасного исследования, подлежат немедленной принудительной эвакуации.
Однако Змей, будучи в Городе Беззакония, обратно в Судебную Башню почему-то не улетает.
Стоило ему оказаться в Диких Землях, как избежать отправки не удавалось.
Линь Цянь предположил, что Город Беззакония система тоже числит служебной зоной, вот только раньше, до появления такого смутьяна, как он сам, эти механизмы попросту не пересекались.
Завершив проникновенную, пробивающую до слез речь, Линь Цянь велел волонтерам из туристической группы раздать новоприбывшим браслеты учета очков.
Большинство толком не врубилось, зачем эта цацка нужна, но брали безропотно, демонстрируя завидную дисциплину.
— И последнее, усвойте раз и навсегда.
— Никто из вас не новичок в ремесле Надзирателя, и положение дел в Городе Беззакония всем прекрасно известно.
— Я намерен переломить эту ситуацию, очистить атмосферу и обеспечить вас самыми передовыми ресурсами.
— Но если кто-то из вас вздумает проявлять неуважение ко мне или плевать на установленные мною правила — прошу извинить, но доступ к моим благам для этого счастливчика закроется раз и навсегда.
— И тогда пеняйте на себя.
Линь Цянь поручил Цзян Цзиньшаню обновить прошивку браслетной системы, встроив в неё ворох полезных функций.
Желающих нарушить порядок среди этой толпы новоявленных Надзирателей хватало с избытком, так что жесткие меры предосторожности были вопросом выживания.
Функция черного списка, полная блокировка всех опций браслета, автоматическое назначение срока заключения и условий амнистии.
Вдобавок ко всему ввели новую должность — стража порядка, сулившую прибавку к жалованью в виде дополнительных очков ежедневно.
Эти погоны Линь Цянь без раздумий раздал дюжине крепких парней из числа Надзирателей третьего уровня, возложив на них обязанности надсмотрщиков.
Змей же занял почетную должность этакого тюремного надзирателя: стоило кому-то взбрыкнуть, как его отправляли к нему на внеплановый сеанс «очищения души».
Разобравшись с этим, Линь Цянь вплотную занялся возведением нового здания универмага.
Как гласит мудрость: не разрушив старое, не построишь новое. На этот раз масштабы поражали воображение, а ассортимент обещал удовлетворить любые, самые извращенные запросы.
Глядя на кипевшую вокруг созидательную работу и расцветающий на глазах город, Линь Цянь невольно проникся пафосом момента.
— Эх, а порядок — всё-таки великая вещь.
Убедившись, что на вверенном участке установился железный порядок, Змей молча развернулся и отбыл обратно в Судебную Башню.
Вообще-то Змей был работягой до мозга костей — особенно после того, как до него дошло, что собственной мощщи ему уже не хватит, чтобы оказывать Линь Цяню хоть сколько-нибудь значимую поддержку. Теперь, едва завершив очередное задание, он немедленно бросался караулить следующее, пахал без продыха, напрочь забыв про сон и отдых.
Впрочем, остальные Надзиратели вели себя примерно так же: осознав зияющую пропасть между собой и истинными хозяевами четвертого уровня, они молча утерлись и принялись качать жилы.
Ну… за исключением попугая.
— Господин Линь, угости-ка пернатого брата желешкой! — едва завидев Линь Цяня на пороге таверны Головы рыбы, птица с криком замахала крыльями, спланировала ему на плечо и принялась нежно тереться клювом о его и без того идеальную прическу.
Линь Цянь тяжело вздохнул, извлек из пространственного хранилища порцию пудинга из бездонных червей и протянул пернатому наглецу.
— Кар-р! Благодарю, господин Линь!
Попугай радостно цапнул лакомство клювом и унесся в неизвестном направлении, очевидно, предвкушая пир в уединении.
Эх, делать нечего: раз уж на весь Город Беззакония он остался единственным специалистом по исцелению, приходится мириться с его капризами.
Хотя, если подумать, логично: чтобы дослужиться до звания Надзирателя, нужно быть сильнейшим представителем своей расы. С чего бы сильнейшему воину специализироваться на лечении ран?
Вероятность такого исхода стремилась к нулю.
Под мерный скрежет металлических сочленений к Линь Цяню подрулила Жаба.
— Чего на этот раз изволите приобрести, господин Линь?
Линь Цянь высыпал на стол всю золотую монету, накопленную за последнее время.
Часть привез старший Жук с торговых рейсов, часть составили трофеи, отбитые у чумных крыс, а остальное принесли тайные сделки.
Линь Цянь ухитрился через подставных лиц пустить в тайный оборот яйцо жизни, пустив слух, будто вещицу украли прямо из его тайника. И знаете — барыш пошел отличный.
И всё же, даже при таких раскладах, общая сумма не дотягивала до прежней сказочной казны.
Чтобы загрести горы золота того масштаба, требовалось выпотрошить целый правящий род высшего порядка — из тех, у кого в роду числятся бойцы, перешагнувшие за пятый уровень.
Вот только со времен слияния территорий прошло уже несколько дней, а слухов о крупных вооруженных конфликтах между гигантами всё еще не поступало. Единственной заварушкой оставалось столкновение людей с чумными крысами.
Все прочие предпочли затаиться, выжидая и наблюдая друг за другом через прицелы.
— Дай-ка мне способность пространственной стихии, соответствующую этой сумме.
После того как он столько раз пользовался вещами старшего Лу и гонял его по поручениям, Линь Цяню банально стало совестно оставаться в долгу.
Главное — они оба из пространственного цеха: старшему Жуку он преподнес роскошный дар, а у старшего Лу — голяк. Линь Цянь опасался, что ветеран затаит обиду.
Подарок требовался в обязательном порядке, причем предварительно прокачанный.
Жаба сцапала мешок длинным языком, закатила бельма и принялась шарить по внутренним каталогам.
К удивлению Линь Цяня, результат нашелся молниеносно.
Вспыхнул золотой свет, и торговый закон Жабы вступил в силу.
Золотые монеты мгновенно растаяли в воздухе, Жаба шумно сглотнула и выплюнула на ладонь сгусток черного тумана, источавший плотные пространственные колебания.
Увидев это, Линь Цянь невольно с облегчением выдохнул.
— Слава богам, не кристалл навыка.
Способности недостаточного качества всегда кристаллизовались в твердые осколки.
Из-за нехватки средств Линь Цянь ужасно боялся заполучить убогий кристаллический навык.
Но на сей раз всё обошлось как нельзя лучше.