Глава 738 - Усовершенствование благовоний и планы Су Ханя по вербовке души Черного Кошмарного Дракона!
Что представляет собой духовная энергия неба и земли? Если перенести это понятие на реалии Диких Земель, ответом будут элементы!
А талисманы служат чистейшим инструментом их трансформации.
Раз уж у него самого не было навыков создания талисманов, стоило попросить об услуге Жун-Жун. Раз уж Мировое древо способно впитывать любые стихии, намалевать парочку рунных знаков для него точно не составит труда.
Перед тем как приступить к черчению, Су Хань связался с руководством Страны Дракона по каналу связи. Собрав достаточный объем справочных материалов, он приступил к экспериментам.
Для начала предстояло разобраться с заклинательными бумажками. В даосских трактатах упоминался специальный допуск для проводников душ в загробный мир — «Указ прохода в Преисподнюю».
После долгих изысканий Су Хань выяснил, что эта вещица умеет не только аккумулировать мертвую ци преисподней, но и плавно переплавлять в себе чистую энергию мироздания.
— Инь и Ян в великом Дао всё же невероятно сильны, А-Ган… У меня тут родилась одна идейка. Скажи-ка, что если за особые боевые заслуги воздвигнуть этим мертвецам каменные лики? Не превратит ли это их в подобие духов-хранителей?
Выслушав предложение, А-Ган призадумался и выдал вполне трезвый вердикт:
— Звучит дельно! Ты же сам не далее как вчера толковал о том, что божественные изваяния собирают веру. Если поставить памятник отличившемуся духу, глядишь, он и под солнечными лучами сможет передвигаться без ущерба. Кажется, в древних хрониках Страны Дракона таких ребят величали дневными странниками!
— Вот-вот, и я о том же! Живым бойцам за подвиги положены чины и звания, так почему мертвецы должны оставаться без наград?
Рассуждая так, Су Хань со всем усердием продолжил вырезать руны.
Часом позже на свет родился уникальный рунный алтарь. Его функция предельно упрощалась: он вбирал в себя чистые потоки Инь и Ян, облагораживая и усиливая любые приношения вроде тех же благовоний. Разумеется, для живых людей этот обработанный дым не представлял ни малейшей ценности!
Спустя пятнадцать минут первая партия элитных благовоний была готова. Су Хань вновь подозвал Лэй Ну и зажег палочки.
Сам процесс ничем не отличался от предыдущего, но на сей раз аромат, струившийся от тлеющей лучины, едва не лишил Лэй Ну остатков рассудка.
— Ох, до чего же славно… до чего же ароматно…
Тридцатисантиметровая белая свеча испарилась из пасти духа всего за пару минут.
Наблюдая за блаженной физиономией подчиненного, Су Хань поинтересовался:
— Ну как ощущения?
— Докладываю Владыке Дракона, изумительно… К тому же голод пропал без следа, чувствую, как в тело возвращается былая удаль!
Лэй Ну доложил всё как на духу.
Су Хань довольно кивнул и добавил:
— Впредь благовония станут выдаваться по нормативам. А те, кто отличится в грядущих баталиях, получат шанс стать истинными духами-хранителями моих земель и принимать почести от простых людей!
— Что?.. Даже дослужиться до хранителей?! Слушаюсь… Владыка Дракона, вашу волю я передам каждому!
Окрыленный Лэй Ну тут же упорхнул за работу.
Стоявший рядом А-Ган не удержался от смешка:
— С такой-то приманкой эта нежить побежит работать с завязанными глазами!
— Погоди, это только цветочки! Попробовав элитных благовоний, эти ребята отсюда на пушечный выстрел не уйдут. Да и к чему ограничиваться только призывом? Мими…
По первому зову Су Ханя крошечная пчелиная фея стремглав подлетела ближе.
— Хозяин, я здесь…
— Доставь вторую партию благовоний к местам недавних побоищ. И еще… позови-ка сюда девчонку Жун-Жун, пусть задействует Мировое древо, проверим, удастся ли вытянуть с того света душу погибшего дракона.
Услышав приказ, А-Ган невольно всплеснул руками:
— Су-ге, ты точно не демон? Мы же своими руками уконтрапупили эту ящерицу! Если провернуть такое… она ж ни за что не согласится служить!
— Ого? Не будь столь уверен… — хитро прищурился Су Хань. — Да, мы прикончили ее! Но… времена меняются. Если упрямится — что ж, мы ничего не теряем. Зато выкажет покорность — разрешу ей поглотить богатый улов душ из Моря Пены и Брызг.
А-Ган прикусил язык.
И правда.
Мертвым уже хуже не сделаешь. Обижаться — какая польза? За спиной у Су-ге маячат толпы божественных покровительниц, с какой стати какой-то чешуйчатой рептилии качать права?
А коли покорится — А-Ган был готов поставить что угодно на то, что посмертный облик этой драконьей нежити окажется куда внушительнее прижизненного.
Когда Мими отыскала Жун-Жун, та как раз вовсю промышляла воровством цыплят в компании с Дацзи.
— Жун-Жун~~~
— Я тут! — заслышав зов, девчушка замахала ручонкой.
Прижимая к груди упирающегося петуха, Дацзи захлопала глазами:
— Сестрица Мими, среди ночи — и вдруг Жун-Жун понадобилась? Что-то случилось?
— Всё обстоит так… — Мими вкратце пересказала волю Су Ханя.
У Дацзи от предвкушения загорелись глаза:
— Завербовать поверженного дракона-призрака, вау… Звучит интригующе! Я тоже хочу глянуть…
— Тогда пошли вместе, сестрица… — Жун-Жун вложила свою ладошку в ручку сестры, и обе они, усевшись на черного волка, в мгновение ока домчались до Мирового древа.
По прибытии Су Хань обратился к младшенькой:
— Если координаты точны, сможешь её вытянуть?
— Эм… я не знаю как, папочка! Мой малый загробный мир призывает всех подряд автоматически. Впрочем… можно попытаться…
— Давай!
Жун-Жун прикрыла глаза, направляя силу Мирового древа на управление карманным царством мертвецов. Одновременно с этим ее сознание перенеслось к котловине Ли Сюэ.
Фиксация точки.
Призыв.
Над котловиной начал сгущаться жутковатый черный вихрь. Вращаясь воронкой, он принялся втягивать в себя незримые потоки.
Спустя мгновение Жун-Жун разомкнула веки. Встретившись взглядом с ожидающим ответа Су Ханем, она виновато покачала головой:
— Папочка, прости… не получается! Силенок будто бы не хватает. Обычных духов я призываю запросто, а вот… эту здоровенную тушу я разглядела, но она не только обложила меня трехэтажным матом, но и заявила, что скорее сгниет окончательно, чем явится сюда…
— Обложила матом? Хватит с нее наглости! Мелюзга, а гонору… Послушай, а я смогу с ней пообщаться?..
— Угу! Папочка, возьми меня за руку и просто закрой глаза, тогда ты сам ее увидишь.
— Ладно!
Крепко сжав крошечную ладошку Жун-Жун, Су Хань прикрыл глаза.
В следующий миг его сознание перенеслось в преддверие преисподней под котловиной. Вокруг царил непроглядный мрак. Приконченный им дракон изрыгал проклятия в адрес перепуганной Жун-Жун:
— Заставить меня, благородную тварь, пресмыкаться перед жалким людишкой, что сгубил меня — чистой воды безумие! А ну сгинь, мелюзга сопливая… Сдохну на солнце, зачахну от голода, сойду с ума от тоски, но на поклон не пойду…
— Папа~~~ — всхлипнула обиженная девочка.
Су Хань ласково погладил ее по макушке:
— Не бойся, папа разберется…
Шагнув вперед, он холодно бросил Черному Кошмарному Дракону:
— Эй… ты кого тут презренным людишкой назвал?!
— Ты… ты еще смеешь заявляться передо мной?! Я убью тебя… разорву в клочья!
Увидев кровного врага собственной персоной, дух дракона взвился от бешенства.
Однако в следующий миг Су Хань явил свой божественный лик.
Золотое сияние залило мрачные просторы преисподней, а душу дракона от мощного импульса света буквально отбросило назад.
Пусть истинной божественной силой Су Хань пока не обладал, он уже числился признанным Владыкой Дракона в глазах системы выживания нации. Одного лишь присутствия его ауры с лихвой хватало на то, чтобы поставить на место зарвавшуюся нежить.
В этот момент Черный Кошмарный Дракон испугался не на шутку.
Но Су Хань не собирался отступать так просто — он тут же вызвал проекцию Богини Песнопений. Раз уж затеяна вербовка этой упрямой ящерицы, самое время продемонстрировать все козыри.