Глава 51 - Настой из трав и соление мяса
Тем временем вода в котелке полностью выкипела, оставив на дне густой соляной осадок.
Жидкость оказалась лишь слегка мутноватой — верный признак кристальной чистоты будущего продукта.
Чем больше в соли посторонних примесей, тем грязнее и темнее получается рассол. И напротив, чистая соль не затуманивает глаз.
Су Хань снял котелок с огня, отставил его в сторону, после чего пододвинул к себе толстую доску и взялся за топор.
Ему требовалось смастерить подставку под бамбуковые трубки-фильтры.
Такое приспособление не только сбережет уйму времени и сил, но и позволит не стоять над душой у каждого фильтра, без конца проверяя его работу.
В доске были вырезаны параллельные желоба с пазами, а по обоим краям мастер проделал по три аккуратных отверстия для бамбуковых фильтров.
Ниже Су Хань установил небольшой глиняный таз.
Стоило закончить с каркасом, как он аккуратно влил вываренный соляной раствор прямо в желоба. Жидкость послушно побежала по наклонной плоскости к фильтрам, чтобы после многоступенчатой очистки чистыми каплями сорваться в стоящую внизу посудину.
— Так, а теперь займемся новой печью для барбекю.
Су Хань засучил рукава.
Раз уж вопрос с фильтрацией был успешно решен, следовало возвести добротную печь.
Он безжалостно разворотил старый очаг и принялся заново выкапывать яму на прежнем месте.
Новая жаровня получилась внушительной: полтора метра в глубину, метр в ширину и целых четыре в длину.
На сей раз крышу решили выложить из прочных деревянных плах.
Су Хань размахнулся изо всех сил, вгоняя деревянную лопату в слежавшийся грунт — земля подавалась так легко, будто он резал ножом мягкий тофу.
Стоило ему приложить едва заметное усилие, как огромный ком земли с глухим стуком отлетел в сторону.
Эта пугающая, нечеловеческая сила заставила зрителей у экранов задохнуться от зависти.
Всего полчаса — и котлован под печь был полностью готов.
Су Хань натаскал сухих сучьев, аккуратно уложил их поверх ямы, после чего обложил бока самодельными глиняными кирпичами, создавая необходимый уклон.
Масштабный мангал был полностью готов.
На обед он приготовил отварное сердце серого медведя, сдобрив его щепоткой жареной печени и салатными листьями одуванчика.
Такое идеальное сочетание мяса и зелени доставило ему поистине дикое гастрономическое наслаждение.
Особенно теперь, когда проблема с солью была решена, вкус каждого блюда поднялся на совершенно иной уровень.
— Мм, а медвежье сердце и вправду отменное. Никакого намека на тухлый душок, и жуется превосходно…
— Вот только жаль, водочки граммов сто не хватает… — бормотал Су Хань, смакуя каждый кусочек и слегка морщась от досады.
К такой роскошной серебряной закуске рюмка горячительного пришлась бы как нельзя кстати.
Вот бы раздобыть в ближайшие дни немного батата!
Этот клубень не только идеален для винокурения, но и куда слаще и сытнее корня пуэра, а его сочные побеги можно пускать на свежие салаты.
Вот только без ценных разведданных отыскать дикий батат в этих бескрайних дебрях — всё равно что иголку в стогу сена.
После обеда подоспела вторая порция профильтрованного рассола.
Ради пущей безопасности Су Хань вновь залил уже очищенную воду в желоба, запуская процесс вторичной фильтрации.
Глядя на то, как соляные капли мерно срываются с кончика бамбуковой трубки, молодой человек обмакнул палец в рассол и отправил его в рот. Лицо его тут же просветлело.
— Вкус чистейший! Самое оно для засолки медвежатины!
Он вынес глиняный котел из убежища.
Черпанув миску концентрированного соляного раствора, он влил его внутрь, после чего бросил следом крупный кусок коричной коры, пучок дикого лука и ароматные листья.
Пару раз качнув варево деревянной ложкой, он убедился, что пряный маринам полностью готов.
Настала очередь самого мяса.
Су Хань нарезал медвежатину ровными длинными полосами и поочередно опустил их в котел, тщательно разминая руками, чтобы пряный сок до последней капли пропитал волокна. Теперь мясо было полностью готово к запеканию.
Вообще-то, для идеального вкуса мясо стоило просолить хотя бы пару часов.
Но беда в том, что медведя добыли вчера, и за целую ночь на жаре оно могло потерять свежесть.
Так что лучше не рисковать и приступить к копчению как можно раньше.
После недолгих манипуляций решетка над печью оказалась до отказа забита полосками мяса.
Просторная печь позволяла за один раз закоптить добрые несколько десятков килограммов, а с учетом сегодняшнего похолодания добрая часть припасов точно не пропадет зря.
Подбросить дров.
Разжечь огонь.
Добавить пряностей.
Накрыть крышкой.
Спустя мгновение из щелей густым клубом повалил сизый дым.
Весь остаток дня Су Хань провел за выпариванием соли и копчением мяса, заодно успев заквасить небольшой бочонок хрустящего топинамбура.
Рецепт был предельно прост.
Половина пиалы соленого раствора, три пиалы остуженной кипяченой воды и щепотка корицы — вот и вся премудрость.
К вечеру удушливый ветер, трепавший кроны деревьев целый день, наконец утих.
Зато мороз окреп еще сильнее, опустив столбик термометра до нулевой отметки.
Су Хань сидел за массивным восьмиугольным столом, потягивая терпкий розовый чай и наслаждаясь сытным ужином.
А вот остальным участникам шоу пришлось несладко.
Внезапный обвал температур больно ударил по их позициям, особенно по тем бедолагам, кто до сих пор не удосужился возвести нормальное ветроустойчивое жилище. Сейчас те дрожали от холода впотьмах.
Взять хотя бы участника по прозвищу «Обезьяна».
Он добыл было дикую козу, но из-за собственной беспечности оставил добычу без присмотра, и средь бела дня тушу утащила голодная волчья стая.
Столкнувшись нос к носу с диким зверем, этот горе-охотник опустился на колени прямо в грязь, умоляя о пощаде.
Но хищник лишь лениво глянул на него, вильнул хвостом и гордо удалился в чащу.
Нечто похожее приключилось и с участником из Индии по имени Санд.
Он как раз собирался приготовить ужин, но стоило развести огонь, как кусок мяса, оставленный у самой печи, бесследно исчез.
Санд ошарашенно захлопал глазами.
Выскочив из хижины, он вовремя заметил, как беспардонный медоед, с зажатым в зубах трофеем, растворяется в наступающей темноте.
— Ах ты ж мерзавец! Как посмел украсть мое мясо?! Совести у тебя совсем нет… — завизжал он вслед воришке.
Впрочем, винить медоеда в бесстыдстве тоже было нельзя — кто просил Санда оставлять жилище без дверей?
Зверек просто заглянул на огонек, наивно полагая, что здесь подают шведский стол.
А вот у А-Гана дела, напротив, начали понемногу налаживаться.
Он соорудил себе полуземлянку.
В основание лег выкопанный в земле котлован, а стены были выгнаны из переплетенных ветвей и камней, скрепленных толстым слоем глины.
Там тоже обустроили традиционный кан и простенькую печь, правда, в виде примитивной прямой траншеи.
Конечно, до роскошного особняка Су Ханя ему было далеко, но для выживания в диких условиях этого хватало с избытком.
Оставалось лишь продолжать в том же духе.
Базовые потребности были закрыты.
…
Ночь выдалась бессонной для Су Ханя.
Едва поужинав, он принялся за подготовку к выделке тяжелой медвежьей шкуры.
Шкура обещала быть теплой и мягкой, но вот сам процесс дубления сулил немало хлопот.
Огромная, толстая шкура весила не меньше семидесяти килограммов, и обычные методы здесь были бессильны.
К счастью, за ужином его осенила блестящая идея.
А что, если подвесить шкуру прямо на дерево?!
Тогда можно будет без труда промазывать ее со всех сторон топленым медвежьим жиром, а заодно мять и растягивать ее под собственным весом.
Взвалив увесистую шкуру на плечо, Су Хань взрабкался по стволу дерева, перекрестил передние лапы зверя на манер узла и со всего маху швырнул ее вниз.
Хлюп!
Широкое полотно со свистом развернулось в воздухе.
— Идеально.
Су Хань щелкнул пальцами, легко спрыгнул на землю и притащил котелок с заранее вытопленным медвежьим мозгом и жиром для начала процедуры дубления.
В целом выделка медвежьей шкуры мало чем отличалась от работы с волчьей.
Разве что мозговая масса пахла куда резче, да и площадь полотна была в разы больше.
Процесс затянулся на долгих два часа.
Вернувшись в убежище, Су Хань устало стянул верхнюю одежду, как вдруг ему в нос ударил удушливый, едкий смрад, от которого едва не закружилась голова.
Приглядевшись, он понял, что куртка пропитана кровью и жиром насквозь.
Немудрено, что от нее так разило тухлятиной.
— Тьфу… гадость какая!
— Похоже, завтра придется сварить нормального мыла и отстирать эту тряпку… — с брезгливой гримасой Су Хань отшвырнул куртку в самый дальний угол.
Если уснуть в такой одежде, к полуночи можно задохнуться от собственных испарений.
Почему он не заметил этого раньше? Да потому что на улице весь день выл проклятый ветер, напрочь заглушая запахи.
Но мыло действительно было нужно срочно.
С его помощью можно не только вернуть божеский вид одежде, но и соблюдать элементарную гигиену.