Глава 463 - Приглашение от А-Гана в горы и рукотворная солоная пашня
Рисовое поле.
В левой руке — серп, в правой — сноп.
Су Хань двигался легко, изящно и до обидного быстро. Двое его напарников высунули языки, пытаясь угнаться за хозяином, но безнадежно отставали.
Незаметно подступил полдень.
Су Хань бросил серп на землю и крикнул:
— Доченька, а ну марш сюда! Пойдем отца кормить!
— Иду-у!
Девчонка бросила инструмент и стрелой примчалась на зов.
По дороге к огороду Дацзи вдруг заканючила:
— Пап… Я на обед хочу кисло-острую лапшу с куриным бульдогом!
— Ты вчера умяла три пиалы, и всё мало? — изумленно вскинул брови Су Хань.
Вчера эта егоза и впрямь оторвалась по полной.
Сначала навернула лапшу на курином бульоне, а потом приговорила еще две миски кисло-острой. Да еще ухитрилась смешать всё это в дикий гибрид.
Впрочем, признаться честно, сочетание вышло отменным.
Дацзи хитро заулыбалась:
— Ну вкусно же! К тому же ты сам говорил, папа: аппетит — к счастью…
— Ладно-ладно. Разжигай давай очаг… А я пойду поймаю парочку несушек!
— Ура-а~~~!
Желание исполнено, ребенок счастлив.
Добравшись до огорода, Су Хань сорвал немного свежей зелени.
Тыквы на грядках заметно прибавили в росте — судя по всему, через пару дней придется собирать урожай. Картофель тоже колосился на славу.
Похоже, ждать макушки лета не придется: он сможет наслаждаться сытой жизнью много раньше.
Оставив овощи на столик у деревянной хижины, Су Хань вышел за изгородь, свернул шеи четырем петухам и заодно загреб в подол три десятка яиц.
Обед вышел на славу.
Помимо кисло-острой лапши, Су Хань сварганил огромный таз «трех земных сокровищ».
Баклажаны, стручковая фасоль и картофель как раз поспели. Один другого краше.
Грех не отведать свежего урожая.
Пусть обед и получился по большей части вегетарианским, но «три сокровища» в таком исполнении они пробовали впервые.
Картофель.
Баклажаны.
Зеленый перец.
Тушеные вместе, они давали неповторимый, глубокий вкус.
А-Ган уплетал за обе щеки, шуруя деревянными палочками с утроенной скоростью:
— Черт побери, Су-гэ… Это же шедевр! Вкуснее черноземных харчей…
— Нравится — налегай. Наша задача — перетащить домой весь урожай до последней зернинки. Отдохнем четыре-пять дней, взрыхлим землю заново — и можно запускать второй цикл!
Да, кстати… Я тут вспомнил.
Ты же можешь призвать ту женщину-дикаря? Чего не приведешь её сюда?
Услышав вопрос Су Ханя, А-Ган подавился и замер с набитым ртом.
— Ох ты ж… Су-гэ, я совсем забыл! Какой же я болван… Призови я Хайэр, у нас лишние рабочие руки появились бы!
— Ты раньше об этом не думал?
— Да как-то… не приходилось…
А-Ган неловко заскреб в затылке.
У него дома имелся портал, и он наивно полагал, что пользоваться им может только хозяин. Но если подумать здраво — бред собачий.
Портал же не одноразовый.
Раз он сам шныряет туда-сюда, почему Хайэр не может?
Су Хань молча показал ему средний палец.
— Деревянная твоя башка…
— Ха-ха-ха… — виновато заржал А-Ган. — Ладно, Су-гэ… Как только закончим страду, я собираюсь зачистить аномальную зону в тех горах! Не хочешь составить мне компанию?
Его аномальной зоной владения была гигантская горная цепь.
Вершины тонули в облаках, в лесах кишело зверье, а целебных травов там росло видимо-невидимо.
Грех упускать такое богатство.
У Су Ханя загорелись глаза, и он тотчас кивнул:
— Идет! К тому же я обещал Дацзи сводить ее по травы. Возьмем Пак Тока, Второго Медведя, устроим себе вылазку на природу… По рукам: послезавтра выступаем все вместе! Сегодня закончим с рисом, а завтра — впору засевать мясомякоть и хлебобоб. Без этих культур никак нельзя. Да и домашние дела прибрать надо!
Только что сжатое зерно сочилось влагой.
Если не просушить его вовремя, оно сопреет в кучах за считанные часы.
А-Ган согласился:
— Заметано! Су-гэ, занимайся своими делами…
— Угу!
Сговорившись, они налегли на еду с удвоенным усердием.
Сытое брюхо — к работе споро.
Десять минут спустя отряд снова вернулся на рисовые чеки.
Пахота и жатва ждали.
В этот раз работы затянулись до самого вечера, до семи часов.
Пусть не хватало всего двоих бойцов, но объем рутины вырос в разы.
Взять хотя бы рис.
Только зерна набежало под тридцать тысяч цзиней.
Срезать.
Сложить.
На всё требовалось время.
Клейкий рис тоже не отставал по тоннажу. Управиться со всем хозяйством затемно оказалось подвигом.
Урожай валился рекой, и Су Халю пришлось совершить несколько ходок, перетаскивая его на себе.
Дома.
Пшеница уже прошла обмолот и теперь белела ровным ковром на бетоне.
Видя, что ток трещит по швам, Су Хань без зазрения совести раскатал остатки зерна прямо по бетонной дороге.
Все равно местную фауну истребили, а машин здесь отродясь не водилось.
Где сушить — какая разница?
Сам он таскал мешки, а помощники сгребали зерно граблями, распределяя его по площадке.
К восьми вечера с делами было покончено.
Перекусив наскоро, все разошлись по спальням.
В постели.
Су Хань одной рукой прижимал к себе засыпающую Дацзи, а другой листал энциклопедию Багровой Земли.
Мелкая терла глаза и сонно бормотала:
— Пап… Разве тебе не спать?
Днем пахал больше всех, а ночью еще в книги нос сует.
Иногда она искренне сомневалась: не из железа ли сделан ее приемный отец?
Иначе почему этот человек вообще не устает?
Су Хань отложил фолиант, нежно улыбнувшись в полумраке:
— Спать-то хочется… Но книгу нужно дочитать. Только так, в следующий раз ступая на Земли Багровой Луны, мы сможем принести домой еще больше добра! Глупышка… Ты знаешь…
Когда папа впервые попал в этот мир, за душой не было ни гроша.
Кроме топора да этой потрепанной книги.
Чтобы добыть огонь, уходили часы. Домов не было, еду приходилось выцарапывать по крохам.
Только благодаря упрямству и труду мы живем так, как живем сейчас.
Но почивать на лаврах нельзя.
На этой проклятой алой луне таятся легионы врагов.
Если дать слабину, пренебречь учебой, распустить себя…
Катастрофа постучится в дверь мгновенно!
Хочешь жить в тепле? Хочешь защитить тех, кто тебе дорог?
Папа обязан быть на шаг впереди. Всегда.
Сегодня мы пашем на один процент усерднее остальных — а завтра этот отрыв превращается в пропасть.
Поняла?
Дацзи истово закивала.
Ей даже стало стыдно за недавнюю леность.
Она поклялась себе, что теперь будет грызть гранит науки с удвоенным рвением!
Наступил новый день.
Пятница.
Су Хань с утра пораньше поднял людей ворошить зерно.
Дикий Путь и Артес, по заведенному порядку, молотили овес вместо пшеницы.
Разобравшись с этим, Су Хань взял рабочих и отправился на соляные разработки.
Мясомякоть и хлебобоб отчаянно нуждались в засоленных почвах.
Раз таковых в округе не водилось, их придется сотворить своими руками.