Глава 43 - Скороспелый бамбуковый лук
Су Хань нёсся со склона сломя голову, прижимая к груди зелёный бамбуковый ствол, и остановился только у подножия, бросив короткий взгляд назад.
Убедившись, что погоды за спиной не слышно, он перевёл дыхание.
Раз косолапый не преследует, остальное — дело техники.
Внизу туман всё ещё висел плотной завесой, ничуть не изменившись с утра. К счастью, топографию местности Су Хань помнил наизусть.
У подножия требовалось лишь взять строго прямо, выйти к озеру, а там — привычный левый поворот к дому.
Так и вышло: не прошло и десяти минут спуска, как сквозь дымку проступила знакомая осока по берегам.
Однако возвращаться прямым путём он не стал, предпочтя пошарить вдоль кромки воды в поисках подходящих для наконечников камней.
При отсутствии металла кремнёвые острия — безальтернативный вариант.
Впрочем, далеко не каждый булыжник годится для этих целей: минерал должен обладать исключительной твёрдостью и давать острейший скол.
Идеальным выбором считается обсидиан.
Его режущая кромка превосходит медицинский скальпель, но сыскать его — та ещё головная боль, вулканические стёкла встречаются лишь поблизости от древних кратеров.
Остаётся уповать на речные наносы.
Здесь всё решала слепая удача: если паводком обсидиан не вынесло из коренного ложа, внизу его днем с огнём не сыщешь.
Поэтому Су Хань благоразумно снизил планку, решив ограничиться кремнем.
Этот минерал куда распространённее и притом достаточно остр, чтобы послужить достойной заменой вулканическому стеклу.
Не прошло и пяти минут блужданий по гальке, как под ногой мелькнул первый камень правильной формы.
Темно-серая глыба с грубоватой корочкой и отчетливыми раковистыми сколами.
— Первая заготовка есть.
Осмотрев находку с улыбкой, Су Хань спрятал камень за пазуху. Кремний всё-таки находился проще всего.
Теперь оставалось дойти до дома и обработать сырьё.
Чуть дальше попались еще три подходящих булыжника.
За этими заборами он и не заметил, как вышел к знакомой прогалине своего двора.
Заросли камыша здесь были тщательно вычищены, так что ошибиться дорогой не получалось.
Переступив порог, Су Хань сбросил бамбук на пол и привычным взмахом топора распустил зелёный ствол вдоль пополам.
Затем последовала нарезка.
Его будущий лук должен был составить метр двадцать в длину при диаметре около четырёх сантиметров.
Такие габариты гарантировали и размашистый бой, и удобство при ношении.
Вооружившись топором, мастер короткими тюкающими движениями выделил первую заготовку. Здесь во всей красе проявился пассивный навык высококлассного плотника.
Не имея под рукой специализированного инструмента, он виртуозно управлялся одним лишь топором.
Шло медленно, но древесина не трескалась понапрасну.
Всего Су Хань наколол шесть заготовок — делать так делать, с запасом. Если одна лопнет при гибке, останется страховка.
Планки готовы. На очереди термообработка и формовка.
Собрав у озера изрядный ком влажной глины и разворошив тлеющие угли очага, Су Хань приступил к прогреву бамбука.
Работа тонкая: требовалось не допустить возгорания древесины, размягчить волокна жаром и в то же время не переусердствовать с силой, иначе заготовка просто хрустнет в ладонях.
Ши-и-и…
Под воздействием жара из пор бамбука заструился паром сок.
Едва дерево раскалилось до обжигающего предела, Су Хань решительно отвёл его от огня и принялся гнуть.
Усевшись на земляной пол, он уперся ладонями в концы рейки и плавно надавил.
Планка подалась, постепенно обретая правильный параболический изгиб.
Неровности и огрехи приходилось дорабатывать стопами, аккуратно дозируя усилие.
Десять минут — и остывший бамбук зафиксировал форму.
Взяв топор, Су Хань приступил к подгонке профиля.
Рукоять оставалась нетронутой, а вот плечи лука сужались плавно и симметрично.
Тут требовалось предельно жуткое внимание: ни в коем случае нельзя было повреждать внешнюю корку, все правки велись исключительно изнутри.
За завершением профиля последовала первичная закалка.
Процесс требовал многократного прожаривания до тех пор, пока бамбук не приобретёт глубокий бурый оттенок.
Увлажнённая глина, запасённая впрок, служила прекрасным терморегулятором, не позволяя древесине обуглиться.
*
Тем временем в государственной студии Страны Дракона.
Наблюдая за суетой Су Ханя, Бин Бин обратилась к Ли Чэню:
— Профессор, если память мне не изменяет, на изготовление приличного бамбукового лука у мастеров уходит от месяца до двух. Но судя по решимости Су-шэня, он намерен палить из него уже сегодня. Разве может скороспелка такого толка приносить реальную пользу?
Ли Чэн поправил очки на переносице и пустился в обстоятельные пояснения:
— Вы задали превосходный вопрос! Скороспелый лук не просто годен к стрельбе — он обладает чудовищной убойной силой. Не стоит пренебрегать подобными импровизациями, в дикой природе это смертельное оружие.
Да, у него масса изъянов.
Малый ресурс.
Нестабильная баллистика.
Высокий процент брака при сборке.
Но оставим первые два пункта за скобками — нашему участнику срочно требуется добыть гризли, и даже если этой поделки хватит всего на двадцать минут работы, для дела этого более чем достаточно!
А насчет брака…
Едва ли стоит переживать на этот счёт. Каков уровень у Су Ханя? Он же мастер на все руки, непревзойдённый древодел…
Для него сваять лук — раз плюнуть.
Вдоволь нахвалившись подопечным, Ли Чэн неожиданно помрачнел, в его глазах промелькнула тень тревоги.
— Если честно, в самой механике изготовления лука нет ничего сверхъестественного для нашего парня. Меня пугает другое: как он собирается охотиться на этого зверя? Я искренне надеюсь, что Су Хань не вздумает в лоб бросаться на медведя.
Куда разумнее было бы вести позиционную войну, наставить ловушек и изнурять зверя издали.
Медведь — не волк. Шкура у него толстая, впору бронежилету, пара стрел его наповал не уложит.
Так что наличие лука — лишь полдела. Главное — тактика убийства.
Бин Бин слегка растерялась, а её воодушевлённое личико мигом помрачнело.
Будь у неё селекторная связь со студией выживания, она бы непременно отговорила кумира от безумной затеи.
Раз уж в руках лук, разве мало вокруг безобидных волков для закрытия квоты?
Зачем лезть на рожон к этому мохнатому кошмару?
В диком мире.
После трёх часов беспрерывных циклов нагрева и охлаждения бамбуковое плечо наконец завершило полимеризацию.
К этому часу вся рама лука приобрела насыщенный кофейный оттенок, сделавшись невероятно упругой и зловеще звенящей при щелчке.
На очереди — концевые выемки и тетива.
Шнура под рукой не оказалось, но вчерашняя древесная кора, вываренная накануне в котле, годилась для дела в самый раз.
Забыв про обед, Су Хань извлек вымоченные лубяные волокна и принялся свивать их в нить.
Связав узел на одном конце, он зажал пучок между ладонями и покатил по бедру, закручивая волокна в тугой жгут.
Лыковая нить получалась тонкой, поэтому для надёжности тетивы требовалось скрутить две жилы воедино.
Не прошло и десяти минут, как в его руках легло семь прочных витых шнуров.
Закончив с концами лука, он подогнал пазы на расстоянии семи сантиметров от краёв, перекрестил шнур, зафиксировал петлю на нижнем плече, уперся стопой в основание и, натужно выгнув упругий стан, закинул петлю на верхний упор.
— Фу-у… Слава богу, село. Теперь — юстировка и подгонка.
Су Хань провёл ладонью по гладкому дереву: пусть кое-где торчали волокна, в деле лук послужит на славу.
Настройка нехитрая: проверка на излом и симметрию плеч.
При натяжении тетивы изгиб дуги должен быть идеальным, без заломов и мёртвых зон.
Если в каком-то месте дерево начинает гнуться сильнее положенного — жди беды, лук трещит по швам и не годится к бою. Первый же спуск тетивы разнесет его в щепки.
Су Хань вскинул оружие для проверки.
Натянул тетиву — дуга описала безупречную окружность, ни единого изъяна.
В этот момент в голове раздался механический звон:
[Внимание… Обнаружено действие «Стрельба из лука». Поздравляем, вы освоили пассивный навык «Стрельба из лука»!]
[Подсказка: чем выше уровень навыка, тем выше точность поражения!]
Су Хань сохранил каменное выражение лица, плавно потянув тетиву на себя.
Ззз…
Плечи согнулись тугим полумесяцем, симметрия полная.
Оружие вышло на славу.
— Ладно, теперь надобно наделать стрел. Медведь-господин… подожди немного, во второй половине дня ты у меня полетаешь…
— Заодно и родителям Хаски и Большого Серого долги вернём.
Спрятав лук, Су Хань ощутил, как по спине пробежала хологлая волна предвкушения.