Глава 101 - Множество участников выбывает, волшебная кровь морозного тигра
За дверью завывал ледяной ветер, но в доме было тепло, как весной.
Хотя тело ужасно ломило от усталости, Су Хань всё же заставил себя подняться и выполнить ежедневную отметку.
Затем он рухнул на тёплый кан, веки неудержимо тяжелели, и вскоре он провалился в глубокий сон.
Этой ночью спалось Су Ханем на редкость крепко.
Ему даже приснился чудесный сон.
А вот участникам с ледяного хребта Серых Волков пришлось столкнуться с невообразимой бурей.
Снег, подгоняемый неистовым штормом, сплошной стеной падал с небес.
Это было сущим адом.
Разумные участники к тому моменту уже давно подыскали себе укрытие.
Дэйв, например, сейчас прятался в хижине на скорую руку, состряпанной из толстых веток и сугробов.
Еще вечером он обратил внимание на то, как небо начинает затягивать тучами.
Недолго думая, он отыскал глубокий сугроб и при помощи снега и валежника соорудил временное убежище.
Вслушиваясь в непрекращающийся завывающий буран за стенами, Дэйв невольно предался раздумьям:
— Как же завидую кумиру — ему сразу удалось уйти отсюда. Эта погода просто ужасна!
— Невольно задумываешься: неужели зима в Первозданном мире тоже настолько пугающая?
— Если это так, то по возвращении придется немедленно озаботиться подготовкой к холодам, иначе жизнь превратится в кошмар.
— К тому же мого убежища недостаточно, чтобы по-настоящему согреться.
— Да и сухих дров катастрофически мало.
— О боги, от одной мысли об этом голова идет кругом...
Поклонники из Британии поначалу искренне верили, что жизнь Дэйва складывается вполне неплохо.
Пусть он и уступал тому безумцу из Страны Дракона, но всё же держался в числе лидеров.
Однако стоило ему лишь немного побрюзжать, как выяснилось: накопленных припасов едва ли хватит на зиму, и стоить грянуть затяжным снегопадам, как неминуемо начнется голод.
Совсем другое дело — бог войны из Страны Дракона. Ему о подобных мелочах беспокоиться не приходилось.
У этого парня не только имелись запасы сушеных фруктов и вдоволь мяса, так он еще и собственный рыбный пруд выкопал.
Разница между ними была поистине колоссальной — как между небом и землей.
А-Ган же пережидал непогоду в пещере у подножия горы.
Используя снег и ветки, он выстроил у входа двухметровый заслон. Эта немудрёная преграда надежно защищала от свирепого ветра и метели, а заодно служила преградой для диких зверей.
Внутри пещеры полыхал костер.
Спальный мешок А-Гана располагался в самой глубине.
Снаружи бушевала стихия, но на него самого она почти не влияла.
По крайней мере, он мог выспаться в тепле и безопасности.
А вот участникам из Страны Кимчи повезло куда меньше — их лагерь трещал по швам.
Свирепая буря швырнула их прямо в пучину отчаяния.
И без того продрогшие за день, лишенные крыши над головой и возможности согреться, многие из них падали прямо в снежные заносы.
В десять минут девятого.
Оба участника от Железнофруктовой страны выбыли один за другим.
В половине девятого.
Участник из Эрифинии погиб от переохлаждения.
В тридцать семь минут девятого.
Женщина-участница из Нефтяной Страны, истощенная долгим недоеданием и не сумевшая найти укрытие от метели, заблудилась в лесу и замерзла насмерть.
Подобные сводки звучали с удручающей регулярностью.
Государства, чьи представители не отличались особой силой, спешно заставляли население усиленно изучать навыки выживания.
Впрочем, с самого момента прихода игр Национальной Удачи.
Правительства всех стран мира обязали граждан постигать науку выживания.
Жаль только, что удача Сиама оказалась настолько ничтожной, что они исчезли с арены, толком себя не показав.
***
На следующий день, ровно в восемь утра.
Над ледяным хребтом Серых Волков сияло солнце.
Буря давно утихла.
Бесчисленные участники, чудом пережившие эту ночь, наскоро перекусив, тут же тронулись в путь на поиски координатных камней.
Медлить они не смели.
Вдруг сегодня разразится новая буря — тогда живыми отсюда точно мало кто уйдет.
А вот Су Хань проспал почти до половины девятого и только после этого соизволил выползти из-за печки.
— Ха-а-а... — сладко зевнув, потянулся он. — До чего же сладко спалось...
— Гляди-ка, спина почти не болит. Похоже, мазь собственного приготовления оказалась весьма эффективной.
Спустившись с постели, Су Хань слегка размялся.
Если не считать легкого остаточного дискомфорта, боль исчезла бесследно.
Быстро перекусив, он по привычке совершил ежедневную отметку.
Затем вытащил во двор массивный восьмиугольный стол и извлек из временного хранилища тушу морозного тигра.
Два волчонка, крутившихся рядом, завидев хищника, испуганно шарахнулись назад.
Хаски тут же прижался к ногам Су Ханя, отчаянно лая на мертвую тушу.
Большой Серый же храбро выступил вперед, ощетинившись и оскалив зубы.
— Ну будет вам, это всего лишь еда! Никакой угрозы... Марш играть в сторонку! — Су Хань легко оттолкнул малышей, а сам приволок из кладовой большую кадку — в нее он собирался собрать тигриную кровь.
Вооружившись кинжалом и намереваясь пустить зверя покровы, он с удивлением обнаружил, что убитый прошлой ночью тигр всё еще не остыл!
— И надо же, у этой Системы Национальной Удачи даже такие опции предусмотрены. Какая забота...
Засунув тигриную голову в чан, Су Хань вонзил лезвие в сонную артерию хищника.
Пш-ш.
Густая, горячая кровь фонтаном хлынула наружу.
Стоя в стороне, Су Хань обратил внимание на странный оттенок: кровь морозного тигра вовсе не была чисто алой — в ней отчетливо угадывался розовато-лиловый отлив.
— И впрямь дивный зверь, даже кровь не такая, как у прочих...
Кровопускание продолжалось ровно восемь минут, пока в кадку не набралось около шестнадцати литров ценной жидкости.
Или тридцать два цзиня.
Поначалу струя била мощно, но со временем напор иссяк, превратившись в редкие капли, и наконец иссяк совсем.
На самом деле внутри морозного тигра оставалось еще немало крови, но извлечь ее обычным путем было уже невозможно.
Она впиталась в ткани мяса и внутренних органов.
Закончив с этим делом, Су Хань перетащил чан внутрь убежища.
Затем он щедро плеснул в густую багровую жидкость кипятку.
Иначе столь малого объема тигриной крови не хватило бы для полноценной ванны.
К тому же горячая вода способна раскрыть поры, помогая телу быстрее усвоить целебные свойства зверя.
Су Хань опустил палец, проверяя температуру — вода приятно обжигала кожу.
Самый подходящий момент для погружения.
Сбросив одежду, он осторожно забрался в багровую купель.
Тело постепенно скрылось под поверхностью, снаружи осталась лишь голова.
Со стороны эта картина до боли напоминала то, как коварные старейшины из древних миров боевых искусств практикуют запретные техники в тайных пещерах.
— Мхм... — едва проведя в багровой ванне и десяток секунд, Су Хань ощутил легкое покалывание по всему телу, сменившееся едва заметным жаром.
Так организм принимал чистейшую эссенцию тигриной крови.
Вскоре это жжение должно было стать куда более ощутимым.
И пока это ощущение полностью не растворится, кровь будет отдавать телу всю свою силу.
Замочив тело, Су Хань вдруг поймал себя на любопытной мысли.
Что будет, если прямо сейчас заняться цигуном?
Разве в романах о боевых искусствах то и дело не описывали сцены, когда герои благодаря редким эликсирам совершали колоссальный скачок в развитии?
А почему бы и ему не попробовать?
Прикрыв глаза, Су Хань мысленно настроился и, следуя канонам Ладони Грома, принялся гонять ци по меридианам.
Снова и снова.
Поначалу не происходило ровно ничего.
Но стоило потокам внутренней энергии прийти в движение, как вода в чане на глазах стала терять свой насыщенный цвет.
Столь удивительное зрелище заставило зрителей у экранов замереть от изумления.
— Эй... вам не кажется, что кровь в чане заметно посветлела? Помню, в самом начале там отчетливо виднелся фиолетовый оттенок.
— Может, ее разбавил кипяток?
— Да нет же, я только что пересмотрел запись — цвет действительно бледнеет на глазах!
— Неужели Су-шэнь впитывает эту звериную кровь? Мать моя женщина... Выходит, романы про ушу не врали? Люди и вправду могут становиться сильнее за счет сокровищ природы...
— Наверное, так оно и есть, иначе этот феномен просто не объяснить...
На экране.
Лоб Су Ханя покрылся градом крупных капель пота, а с макушки валил густой пар.
Разве можно вспотеть от обычной ванны?
Двадцать минут спустя.
Тигриная кровь в чане выцвела до грязно-бурого оттенка, словно ее разбавили сотню раз.
Только тогда Су Хань распахнул глаза. Прислушавшись к собственным ощущениям, он с изумлением прошептал: — И надо же... неужели эта кровь и впрямь обладает столь мощным эффектом?
В энциклопедии значилось лишь то, что омовение в крови морозного тигра дарует устойчивость к холоду.
Но теперь он воочию убедился, что всё далеко не так просто.