Глава 80 - Каждый себе на уме
— Здорово завалились! Зови меня Мо Хуайжэнь. Можно капитан Мо, а можно просто дед Мо! — Старик с трубой во рту расплылся в лукавой ухмылке, оголив редкие желтые зубы.
Он соскочил с верблюда и ступил босыми ногами прямо на раскалённый песок, протягивая руку Чжу Чэ. Его густой северо-западный говор звучал диковато, но вполне дружелюбно.
Чжу Чэ шагнул навстречу, ответив сдержанной улыбкой:
— Чжу Чэ, капитан Автоколонны Справедливости. Добро пожаловать, дед Мо.
Две группы встретились. Внешне все улыбались, но напряжение в воздухе можно было резать ножом.
Чэнь Е бесшумно отступил на полшага за широкую спину Те Ши, сжавшись и превратившись в небучную тень. Этот фирменный трюк «укрыться за спинами товарищей» парень усвоил на ура — прямо как Старик Хан из любимого романа.
Выжившие из группы Чжу Чэ с ужасом разглядывали прибывших. Погонщики гнали несчастных пленников, словно скот. У этих несчастных не было даже надежды в глазах — лишь тупая, покорная пустота. С ними обращались хуже, чем с верблюдами. На их фоне простые люди из Автоколонны Справедливости, хоть и выглядели истощёнными, казались едва ли не аристократами.
Поднялась вонь. Верблюжий пот и дух немытых тел ударили Чэнь Е в нос, так что пришлось прикрыть дыхание рукавом.
Вдруг парень замер.
Вместе с караваном шли пять огромных псов. Нет... не псов! Это были массивные песчаные волки! Каждый размером с хорошего телёнка. Они двигались бесшумно, веером рассыпаясь по дюнам и исподтишка беря людей Чжу Чэ в полукольцо. Хищники рассматривали выживших как потенциальную добычу.
Грррр...
Из горла одного из волков вырвался низкий рык. По знаку они подбежали к коренастому парню лет тридцати. Тот издал странный горловой звук, и звери моментально улеглись у его ног, покорно подставив головы под ласку.
«Дрессировщик... Не иначе как Пробуждённый Субъект!» — сделал вывод Чэнь Е.
— Чжу Чэ, знакомься! Это Чжань Лэй, наш ключевой боец, ха-ха-ха! — Мо Хуайжэнь махнул рукой в сторону парня с волками, естественно, не утончая деталей его способности.
— А это Диндун, — продолжал старик, указывая на сухую, подтянутую женщину с холожным взглядом. Ей было около тридцати, а её кулаки были плотно замотаны спортивными бинтами, какими пользуются боксёры. Женщина лишь скупо кивнула, не проронив ни слова.
— И наконец, Лю Ян. Мальчишка ещё, недоросль, вы уж на него не обижайтесь.
Последним оказался худощавый подросток, прячущийся в тени верблюжьего брюха. Он был облачен в глубокий балдахин. Чэнь Е заметил, что даже собственные рабы и спутники старались держаться от этого паренька подальше.
Склонив голову, подросток вдруг выставил из-под капюшона бледное лицо и провести большим пальцем по горлу, глядя прямо на... Те Ши.
Прямая провокация!
Те Ши моментально налился кровью, его дыхание стало тяжелым, а вокруг фигуры заплясали едва заметные искажения воздуха. Но гигант сдержался.
Чжу Чэ лишь хмыкнул и представил своих:
— Те Ши. Сунь Сиси. Чэнь Е.
Коротко и без подробностей. Вы не раскрыли карт — мы тоже промолчим.
В караване деда Мо было ровно четыре Пробуждённых Субъекта — столько же, сколько у них. Но Те Ши отравлен и не мог вести полноценный бой, а сам Чэнь Е еще не успел развить свои навыки. В открытом столкновении преимущество явно было на стороне чужаков, особенно с учётом вочьей стаи.
Чэнь Е мысленно уже наметил три пути отступления на случай драки. Принцип «сначала беги, потом разберемся» работал во всех мирах. Если сила не на твоей стороне — уноси ноги!
Караван начал устраиваться на ночлег. Чужаки раскинули огромный лагерь, заняв площадь втрое больше, чем Автоколонна Справедливости. Погонщик с кнутом принялся безжалостно сгонять пленников, заставляя их разгружать тюки и ставить шатры.
Мо Хуайжэнь, поглаживая жидкую бородку, подошел к Чжу Чэ:
— Чжу Чэ, а людей-то у тебя маловато! Хилы вы какие-то...
— Нынче Апокалипсис, Мо Хуайжэнь, — спокойно парировал тот. — Чем меньше ртов, тем дольше проживешь.
— Ха! Твоя правда. Зато машинки у вас знатные! Эх, жаль только, бензин скоро кончится...
— И не говори, дед Мо, ой не говори...
Двое лидеров — старый и молодой — уселись прямо на песок, заведя слащавую беседу, словно старые приятели. Но за каждым словом скрывался расчёт. Старик пытался выведать слабые места автоколонны, а Чжу Чэ филигранно уклонялся от ответов, выуживая ценные сведения о внешнем мире.
Каждый из них вел свою двойную игру, выжидая, кто оступится первым.