Глава 572 - Все вы — Последовательность 4, так почему вы такие никчёмные?
Завороженные первыми аккордами, люди хлынули к сцене, желая рассмотреть певицу поближе и расслышать каждую ноту. Народу стало столько, что яблоку негде было упасть.
Те Ши со своей богатырской тушей возвышался среди людского моря подобно несокрушимому утёсу — сколь бы сильно его ни толкали, он не сдвинулся ни на сантиметр. Сяо Юй, устроившаяся на его могучем плече, размахивала руками и радостно верещала:
— Это сестрёнка Цингэ! Сестрёнка Цингэ тоже здесь!
Чэнь Е, Чжу Чэ, Гун Юн и Сюй Лина не сводили глаз с подмостков.
— Она что, написала новую песню? — удивился Чжу Чэ.
— Ритм просто бешеный! Звучит ничуть не хуже её «Улик», что мы слышали в Оазисе!
Тогда, в Оазисе, песня «Улики» заставила рыдать не один десяток суровых выживших.
— Невероятно... Неужели сочинение песен — это её способ развивать духовную силу?
— Кто знает...
Мощный бит заставлял кровь в жилах закипать, наполняя тела неистовым азартом. По мере того как мелодия набирала силу, свет вокруг и даже сама окружающая реальность начали искривляться.
Это коренным образом отличалось от того, что Линь Цингэ демонстрировала на гонках в Оазисе. Тогда её способности были скромными — максимум, на что хватало её голоса, это вызвать у слушателей легкие побочные эффекты. Но то, что происходило сейчас... Это же самый настоящий Домен!
Линь Цингэ стала невероятно сильна. Все вокруг переплеталось с её сущностью. Подумать только: ведь ещё десять минут назад здесь возвышался убогий деревянный настил без единого провода! А теперь пред ними предстала профессиональная сцена, оснащенная лучшими акустическими системами, световыми пушками и электронными инструментами.
Но на этом чудеса не закончились.
Прямо из земли, ломая привычное пространство, начал вырастать грандиозный крытый стадион! Трибуны ярусами уходили вверх, заключая в свои объятия всю многотысячную толпу. Даже те, кто стоял на самом краю лагеря, теперь оказались на удобных местах с идеальным обзором.
Чэнь Е почувствовал, как за его спиной возникли мягкие кресла. Они с Чжу Чэ ошеломлённо переглянулись. Сначала оба приняли происходящее за обычную иллюзию или Домен, но теперь... Это явно выходило за рамки стандарта.
— Последовательность 4. Это точно Последовательность 4! — пробормотал Гун Юн, завораженно глядя на сцену.
Чэнь Е тихо спросил у капитана:
— Чжу Чэ, это правда сила Последовательности 4?
Чжу Чэ кивнул:
— Без сомнений. Иного объяснения нет. Не на пятую же ступень она прыгнула.
Чэнь Е перевёл странный взгляд с Чжу Чэ на Гун Юна, после чего язвительно заметил:
— Вы оба тоже вроде как Последовательность 4... Так почему вы двое такие никчёмные?
Лицо Чжу Чэ мгновенно налилось багровым румянцем.
— Заткни свою пасть, Чэнь Е! — прошипел он сквозь зубы. — Ты хоть понимаешь, о чём говоришь?!
Чэнь Е лишь хмыкнул, довольный тем, что уколол капитана в ответ за прошлые подколки. На самом деле дар Проводника у Чжу Чэ изменился колоссально: одна лишь способность давать пятнадцатидневный отдых полностью преобразила манеру передвижения автоколонны, а при нужных условиях он мог укрыть под защитой до тысячи человек. А вот Гун Юн и впрямь казался немного бесполезным... Впрочем, неясно: то ли сама Последовательность Механик на четвёртой ступени не блещет боевой мощью, то ли сам Гун Юн такой мазила.
Ощутив на себе тяжелый взгляд, Гун Юн повернулся и одарил Чэнь Е взглядом, полным глубочайшей обиды. Чэнь Е предпочёл сделать вид, что ничего не заметил.
Толпа вокруг, хоть и удивилась внезапным метаморфозам пространства, быстро успокоилась. Люди расселись по креслам, приготовившись к грандиозному шоу. Напряжение нарастало. Соло на электрогитаре становилось всё более неистовым, пока внезапно не оборвалось на высокой ноте.
Наступила звенящая тишина.
Линь Цингэ поднесла микрофон к губам.
— Руины — лишь сброшенная кость былых эпох,
А ветер шепчет стих, где слышен смертный вздох.
Мы шагаем сквозь прах стальных костей и тьму,
Ища огонь, что не подвластен ничему...
Никакого аккомпанемента — чистейший акапельный вокал. Идеальный, кристально чистый голос певицы мгновенно приковал внимание каждого человека в зале. На третьей строчке из темноты выплыли первые аккорды. В руках девушки словно из воздуха возникла гитара. Она легко ударила по струнам, покачиваясь в такт мелодии. Её изящный силуэт излучал непринужденность, свободу и невероятный магнетизм.
Музыка набирала силу, пока на припеве не взорвалась мощнейшим цунами звука!
— Мы — легенда, что смерть не сумела сломать!
На отравленной почве цветкам прорастать!
Закаляя сердца, презирая испуг,
Превращаем мы шрамы в оружие слуг!
Из струн её гитары вырвались сотни светящихся разноцветных нот. Это не было метафорой — ноты материализовались в воздухе, словно живые птицы, вырвавшиеся на волю из клетки, и разлетелись по всем ярусам стадиона.
— Пусть упали мы раз — мы поднимемся вновь!
В наших жилах течёт несломленная кровь!
На этой строчке зал окончательно сорвался в экстаз. Слушатели ощутили, как каждая клетка их тел запылала неистовым огнём. С потолка хлынул дождь из переливчатых мыльных пузырей, заполнивший всё пространство. Люди купались в этой атмосфере счастья и надежды.
Чэнь Е отчетливо ощущал, как в воздухе сталкиваются и сплетаются колоссальные потоки сверхъестественной энергии.
Вот она — настоящая Последовательность 4.
Какая страшная мощь! Раньше эта девчонка могла лишь сбивать врагов с толку своими песенками. Но сейчас... Если бы это была не ярмарка, а поле боя, она уничтожила бы армию за считанные минуты.
Сцена пылала огнями, словно весь свет погибшего мира сконцентрировался на одной-единственной женщине.
— Мы — надежда Земли...
Мы — последний рассвет...
Над сожжённой пустыней...
Негаснущий свет!
С последним звуком стадион взорвался безумным рёвом, свистом и овациями. Яркие софиты начали медленно угасать. Линь Цингэ изящно поклонилась, словно прощаясь.
Когда свет погас окончательно, зрители с изумлением обнаружили, что никакой арены нет. Они снова стояли на пыльном морском берегу среди ночного рынка. Люди моргали, пытаясь очнуться от волшебного сна.
Хлоп!
Тяжёлая ладонь опустилась на плечо Чэнь Е. Повернувшись, он увидел улыбающуюся рожу с лысым черепом.
Это был тот самый бунтующий парень с ирокезом по кличке Уя. Его бритая голова задорно отсвечивала в лучах фонарей, а чёрная помада и густо подведённые глаза придавали ему весьма вызывающий вид. Впрочем, от былого спесивого высокомерия не осталось и следа — парень просто выглядел диковато.
— Эй, Чэнь Е! Ну как тебе наша старшая сестрёнка? Красотка, а? Не хочешь стать моим шурином? Ты только скажи — я её к тебе хоть сейчас приволоку!
— Ах ты паршивец! Опять чушь несёшь?! — Белоснежная ручка мёртвой хваткой вцепилась в ухо дерзкого юнца.
Чэнь Е поднял глаза и встретил взгляд той самой девушки, которая только что заставляла сердца тысяч людей биться в унисон — Линь Цингэ.