Глава 341 - Ветер Оазиса
Чем больше караванов стекалось в город Оазис, тем сильнее разрасталась бездонная пропасть товарного дефицита.
Как и в деревне Божественного Слона, здесь имелась собственная аграрная база. На её полях точно так же высаживали идеальные семена. Однако, несмотря на их поистине чудовищную урожайность и невероятные свойства, прокормить целое море людей база всё равно не могла. Проблема оставалась той же, что и у посадок Диндун: процент всхода действительно качественного, безупречного зерна никак не удавалось поднять.
Поэтому местное хозяйство лишь слегка сбивало острую фазу продовольственного кризиса, не давая народу окончательно скатиться в людоедство и отчаяние.
Стоило чужакам пронюхать про идеальные семена, как вокруг охраняемого периметра базы ежедневно начали кружить сверхлюди с далеко не добрыми намерениями. В их глазах читалась откровенная жажда наживы.
Вот только аграрный комплекс являлся самым сердцем Оазиса. Его лично курировал заместитель градоначальника Дин Шэнь, а в непосредственном подчинении у него находилось не менее трёх бойцов Последовательности 3 боевого пути и целый отряд мастеров Последовательности 2. Это была сокрушительная военная сила, столкнувшись с которой, любители лёгкой наживы быстро затаивали свои хищные оскалы.
Разумеется, жизнедеятельность города держалась не на одних лишь грядках. Каждое утро за ворота выезжали тяжелые автоколонны. Эти отряды снабжения уходили всё глубже в пустоши на поиск уцелевших ресурсов. Время от времени они возвращались, оглашая окрестности рёвом моторов и ломясь от добычи.
Чэнь Е сам видел, как заместитель градоначальника Дин Шэнь вернулся из очередного рейда: кузова его грузовиков были забиты тюками и ящиками под самую крышу. Выглядело это впечатляюще, но для нужд даже небольшого города подобный улов оставался лишь каплей в море.
Как ни крути, двух этих источников катастрофически не хватало. Свою скромную лепту вносили и прибывающие снаружи автоколонны. Их запасы редко бывали богатыми, но в текущем положении ценность имела каждая банка консервов. Так город Оазис и цеплялся за жизнь, влача жалкое существование на трёх пожидших жилах снабжения.
Ближайшие городки и посёлки, где было легко поживиться, давным-давно разграбили те, кто успел к шапочному разбору. Теперь за любой стоящей добычей приходилось совершать дальние, смертельно опасные вылазки.
Продавдав обстановку, Чжу Чэ и его соратники мгновенно остыли к идее автономных поисков. Чжу Чэ и Чэнь Е сошлись во мнении: город Оазис долго не протянет. Слишком уж много здесь кроется странных, нездоровых странностей. Чем рисковать головой в радиоактивной глуши, лучше использовать это время для передышки. К тому же, если занять высокое место в предстоящих Гонках без правил, куш получится несоизмеримо богаче, чем после пары недель ковыряния в руинах.
Впрочем, отчаянные головы не переводились. Некоторые готовы были мчаться за тридевять земель, лишь бы испытать удачу.
Одним из таких упрямцев оказался пухлый парень по прозвищу Хуан Ди. Накануне Дракон Скорби одним плевком испепелил его грандиозную Твердыню Апокалипсиса, после чего разъярённые подданные разнесли остатки имущества в пух и прах. В Оазис этот недотёпа прибыл практически голым и теперь судорожно искал способ пополнить припасы. Из-за этого Чэнь Е и остальные до сих пор так и не увидели легендарного монументального монстра на колёсах, о котором тот так много болтал.
Поток беглецов не иссякал. Иногда за день в ворота стучались по две автоколонны, иногда за трое-четверо суток не появлялось ни души. Конечно, эти жалкие горстки выживших не шли ни в какое сравнение с населением захудалого докризисного городишка, но Чэнь Е и Чжу Чэ явственно ощущали, как плотность людской массы начинает давить на стены.
Сначала думали, что в городе от силы пять тысяч ртов. Теперь перевалило за шесть.
Каким образом слава об этом месте разнеслась по вымершему миру — оставалось загадкой. Чэнь Е и Чжу Чэ лишь изредка, от нечего делать, перебрасывались на эту тему парой ленивых фраз. Лезть в чужие темные делишки и раскапывать секреты верхушки Оазиса никто из них не собирался. За время долгого перехода они бывало по несколько месяцев не встречали ни единой живой души, а тут — настоящая толпа.
Вновь прибывшие, пережив первый ушат холодной воды и осознав суровую реальность, быстро смирялись. Каждому было очевидно: это место не имеет ничего общего с Легендарным Оазисом из старых сказок. Настоящий рай из легенд не мог быть таким нищим и убогим.
Но кого это волновало? Главное — здесь не было непрерывного, сводящего с ума кошмара, порождённого Аномалиями.
Чэнь Е и Чжу Чэ заметили, что в Внутреннем районе начинает не хватать жилья. В их корпусе «А» ещё недавно пустовало несколько комнат, а за последние дни они заполнились под завязку. В корпусах «Б» и «В», по слухам, ютилось уже по нескольку человек на одну каморку. С привилегией отдельного жилья считались только мастера Последовательности 3.
С ростом числа сверхлюдей группа Чэнь Е перестала бросаться в глаза. Знакомы ли они между собой, какие цели преследуют, к каким Последовательностям принадлежат — никого не волновало. У каждого искателя силы имелись свои скелеты в шкафу, и никто в здравом уме не сунул бы нос в чужие дела: в этом суровом мире лишнее любопытство смывалось кровью.
Народ прибывал, а вместе с ним росла и пестрота людских помыслов. Среди свежих автоколонн объявился ещё один Проводник Последовательности 3.
Им оказалась слега оплывшая, боевая тетка лет сорока пяти. Из тех бесцеремонных, гиперактивных баб, что за словом в карман не лезут и готовы с порога брататься с каждым встречным. В первый же день эта пробивная уроженка севера без тени смущения забарабанила в калитку Чжу Чэ.
А капитан Чжу Чэ в этот момент как раз заперся у себя и судорожно вычерчивал очередную пакость, смакуя добытые сведения. Благодаря своему средству — Подслушивающему приемнику — он умудрился выудить немало грязных секретов. Подобные интриги давно стали для Чжу Чэ главным источником жизненных сил. Он мог не спать сутками, да что там сутками — месяцами, сохраняя азартный блеск в глазах. С каждым днём этот человек становился всё более изощрённым психопатом.
Когда раздался стук, Чжу Чэ скривился от досады. Сначала он решил проигнорировать визитёра, но стук становился лишь настойчивее и громче. Делать нечего — пришлось отложить записи и идти открывать.
На пороге стояла упитанная женщина средних лет, чье лицо лучилось небывалым радушием:
— Брат! Я только сегодня прибыла! Слышала от местных, что ты тоже из Проводников? И я из наших! Говорят, тебя в советы города Оазис определили, так я тоже теперь при должности. Слушай, подсоби свежему человеку, растолкуй пару моментов!
Это бойкое «брат» чуть не заставило Чжу Чэ взвиться на месте. Эта дамочка явно была старше его лет на десять, если не больше!
«Брат?! Твою мать, ты вообще соображаешь, кто из нас старше?!» — мысленно взвыл он.
Однако, бросив случайный взгляд на металлическую дужку дверного молотка, где отпечаталось его отражение, Чжу Чэ мгновенно сдулся. С каждым днём побочный эффект от его диковины становился все ощутимее: шевелюра капитана стремительно редела, и спереди уже отчетливо просвечивала слепящая лысина.
Глядя на сияющую физиономию гостьи, Чжу Чэ сцепил зубы и, сдерживая глухое раздражение, выдал ей краткую выжимку местной обстановки. Тётка радостно поблагодарила его и удалилась. Разговор вытребовал минимум усилий, но оставил тяжелый осадок.
…
На фоне общей нервозности предстоящие Гонки без правил в городе Оазис приковывали к себе всеобщее внимание. По улицам поползли слухи о куше, который выставит на кон городская верхушка.
Наиболее правдоподобной казалась версия о двухстах килограммах свежих, непросроченных продуктов. Но ходила и другая молва — дескать, отцы города решили выкатить в качестве приза Сыворотку Последовательности. И не одну, а минимум две ампулы!
После загадочного исчезновения заместителя градоначальника Ма Цина достать Сыворотку Последовательности стало практически невозможно. Эта новость произвела в городе эффект разорвавшейся бомбы.
Впрочем, на фоне общего ажиотажа случались и куда более пикантные происшествия. К примеру, когда Чэнь Е возвращался из лавки талисманов, он стряхнул пыль с сапог аккурат в тот момент, когда фанаты Люли и фанаты Дин Шэня сцепились в глухом переулке стенка на стенку.