Глава 140 - Чэнь Е и Чжу Чэ: «Мы настоящие скоты!»
Чэнь Е не мигая следил за двумя аномалиями в центре двора.
С одной стороны — гигантский глаз, с другой — трехметровая женщина в алом. Парень держал телефон мёртвой хваткой, превратив свои руки в штатив. Он намеревался записать каждую секунду этого поединка. Схватки такого уровня происходят раз в десять лет, и пропустить её было бы преступлением.
— Капитан Чжу, как думаешь, кто кого? — тихо спросил Чэнь Е у стоящего рядом Чжу Чэ.
Тот лишь качнул головой:
— Не знаю. Но пока это просто разведка боем. И У Цзяньшань, и монстры будут сдерживаться. Главное месиво впереди. Нам нужно готовиться к худшему.
Лицо Чжу Чэ было мрачнее тучи.
Чэнь Е молча кивнул, продолжая съемку. Он был полностью согласен с капитаном. Эта стычка — лишь прелюдия. Скоро город накроет настоящая буря.
Значит, надо уходить. И как можно скорее.
Монстры не оставят в покое сотню живых людей. А что до У Цзяньшаня… Чэнь Е хоть и не знал его конечных целей, но по обрывкам фраз понимал: его бывший «названный брат» окончательно свернул не туда. Если остаться — их рано или поздно просто «сожрут», как и предрекал Восьминог.
Эта мысль окончательно заглушила в душе Чэнь Е последние капли вины за то, что он планировал кинуть У Цзяньшаня.
Между тем бой во дворе набрал обороты.
Кровавый Зрачок Бездны, похоже, обладал ментальным воздействием. Он подчинил своей воле остатки Ползунов за забором и заставил их бросаться на Бога Смерти. Под раздачу попали даже некоторые выжившие из колонны и адепты культа — их тела перестали слушать разум. Впрочем, Пробуждённые Субъекты легко подавили чужое внушение и быстро скрутили бесноватых обывателей.
Орава Ползунов могла задержать Чэнь Е, но для Бога Смерти эти твари были не опаснее мух.
У Цзяньшань даже не шевелился, непрерывно зачитывая заклинания из «Книги Бога Смерти». А его алое воплощение просто выдернуло из земли баскетбольную стойку и одним махом сбило десяток тварей, точно кегли. При этом дева не сделала ни единого шага с места.
Чэнь Е вдруг подумал: «А ведь Бог Смерти не похож на объекта поклонения… Она выглядит скорей как личный телохранитель У Цзяньшаня. У Цзяньшань создал культ, прикармливает её молитвами, а она защищает его тушку. Эта Последовательность Богопочитания — чертовски любопытная штука…»
Внезапно Кровавый Зрачок Бездны налился ядовитым багровым свечением. Воздух вокруг мгновенно раскалился, да так, что даже падающие снежинки вспыхивали на лету.
Бог Смерти уловила опасность и мгновенно сместилась в сторону.
В то же мгновение на месте, где она стояла только что, вспыхнул столб апельсиново-рыжего пламени. Баскетбольная стойка, едва задев край этого огня, мгновенно оплавилась. Раскалённый металл закапал на снег, подняв тучу пара, а асфальт под ним превратился в жидкую лаву.
Даже Чэнь Е и остальных, стоявших в десятках метров от эпицентра, обдало таким зноем, что они невольно отшатнулись.
— Ни хера себе… — Чэнь Е поспешно отступил подальше.
Сражение разгоралось с новой силой.
Бог Смерти отбросила искореженную стойку, и в её руке материализовался огромный Кровавый Серп.
Увидев оружие, Зрачок снова пыхнул жаром. Ещё одна вспышка рыжего пламени накрыла замешкавшегося культиста — тот даже пикнуть не успел, как за пару секунд обуглился и рассыпался прахом.
— Мощно! — Чэнь Е от греха подальше залез в Апокалиптический Пикап и отъехал к самому дальнему забору.
Те Ши и остальные последовали его примеру. Даже Босс Гао сообразил шустро отгнать свой автобус.
Чжоу Сяосяо тоже кинулась к своей развалюхе, но едва она приблизилась, как машину охватило рыжее пламя. На глазах у опешившей девушки её родная легковушка, верой и правдой служившая им с сестрой последние месяцы, за секунды обратилась в кучку пепла.
Чжоу Сяосяо так и застыла с вытаращенными глазами.
А столкновение продолжалось.
Кровавый Зрачок Бездны снова применил ментальную атаку. У нескольких выживших, не успевших спрятаться, глазные яблоки буквально вырвались из глазниц и полетели к монстру. Бедняги забились на земле в диких корчах.
Вырванные глаза с ошмётками сосудов зависли вокруг Зрачка, превратившись в систему суррогатных камер.
Но на этом кошмар не закончился. Едва Бог Смерти приблизилась к монстру, как эти зависшие глаза один за другим начали взрываться!
Ударные волны от взрывов сбивали с ног людей и переворачивали брошенные машины. В асфальте двора появлялись глубокие кратеры.
Чэнь Е наблюдая за этим с побледневшим лицом. Слава богу, что удар принимает на себя Бог Смерти. Попади под такую атаку их отряд — легли бы на месте за пару минут.
Кроме того, Чэнь Е заметил, что Зрачок пытался воздействовать на противников какими-то зрительными ментальными техниками. Но на Бога Смерти они не действовали — у неё глаза были закрыты с самого начала!
Тварь даже попыталась крутануть ту же фишку против У Цзяньшаня, но тот тоже стоял с плотно зажмуренными веками.
Бог Смерти обладала колоссальной физической мощью, бешеной скоростью, мгновенной реакцией и способностью парить над землёй. Даже взрывы глазных яблок вплотную не наносили ей видимого урона — защита воплощения поражала.
А уж её Кровавого Серпа Зрачок боялся как огня, избегая прямого контакта любой ценой.
Прошло около десяти минут.
Поняв, что одолеть алый силуэт не удастся, Кровавый Зрачок Бездны решил отступить и начал медленно смещаться к забору.
И тут У Цзяньшань вдруг рявкнул на весь двор:
— Кровавый Зрачок Бездны! Взгляни на меня! Как тебе мои глаза?!
Тварь чисто автоматически крутанулась в его сторону.
И в этот самый миг У Цзяньшань распахнул веки. Из его глазниц мгновенно хлынули две струи Кровавых Слез.
Это был взор, полный бесконечного милосердия и сострадания. Взор божества, скорбящего обо всём сущем.
Хотя Чэнь Е стоял в самом дальнем углу двора, он всё равно четко увидал эти глаза. Сложилось ощущение, будто У Цзяньшань распахнул их прямо перед его лицом.
Вся та крошечная капля доброты, что ещё теплилась в душе Чэнь Е, в одно мгновение разрослась в тысячи раз!
Все его прошлые мелкие грехи и пакости всплыли в памяти яркими образчиками, заставив судорожно сжаться сердце от дикого, невыносимого стыда.
«Зачем… Зачем я тогда не помог сестре Чжоу Лань?! Если бы у меня был второй шанс, я бы вернулся и спас её! Почему я такой дрянной человек?! А тогда в деревне Чаншоу… Я же закрылся той старухой от удара! Я же скотина! Я просто мразь, а не человек!»
В один миг Чэнь Е потерял всякое желание бороться. Ему хотелось лишь упасть на колени и молить о прощении за каждый свой грех.
— Капитан Чжу… — проскулил Чэнь Е, и из его глаз ручьём потекли слезы. — Капитан Чжу, я перед тобой виноват! Когда У Цзяньшань дал мне десять флаконов Кровавых Слез Бога Смерти… я соврал тебе! Сказал, что их всего четыре! Я конченый ублюдок! А ещё я про себя постоянно называл Те Ши тупицей! Пользуюсь тем, что он соображает туго, и подкалываю его! А Сиси… да я просто хотел её трахнуть! Я мразь… Я подлец, я заслужил смерть! У-у-у-у…
Чэнь Е рыдал в три ручья, задыхаясь от раскаяния. Окажись он сейчас на поле боя — его бы шлёпнули за полсекунды.
Но тут Чэнь Е повернул голову к Чжу Чэ и остолбенел.
Капитан выглядел ещё жальче. Из его глаз валился настоящий град слёз, а из носа до самого подбородка свисала длинная сопля.
— А-а-а-а! Да ладно тебе, Е-цзы! Я тоже хорош! Я каждую ночь через Подслушивающий приемник подслушивал твои секреты! Я гнида… Я последняя тварь! Диндун, я всегда считал тебя страшненькой, но вслух притворялся вежливым! Сиси… я за твоей спиной всем говорил, что ты девка прожженная и нормальный мужик на тебя не клюнет! Я гнида, я конченый урод! И сплетню про тебя и Чэнь Е тоже я пустил! У меня язык как помело! А ты, Те Ши… я про себя звал тебя собачьим мозгом! Прости меня, Те Ши! Прости меня, собака! У-у-у-у-у-а-а-а!
В отличие от Чэнь Е и Чжу Чэ, остальные перенесли атаку куда спокойнее. Похоже, за ними просто не числилось столько грехов.
Те Ши и Диндун, глянув на кровавые глаза, ощутили лишь жуть и отвращение, но ни в какое раскаяние не впали.
Зато у Сунь Сиси на лбу вспухли толстые вены — девчонка явно находилась на грани взрыва. Лицо Диндун тоже почернело, став похожим на дно старого казана.
И только Те Ши добродушно почесал затылок:
— Хе-хе… Чэнь Е, капитан, да вы чего? Всё нормалёк! Я и правда не особо умный, вы не плачьте, я не обижаюсь!