Глава 522 Ох! Первая любовь и разбитое сердце в одном флаконе!
Чэнь Пин и Габриэль непринужденно беседовали у борта, пока позади них стражники торгового судна деловито зачищали поле боя, сбрасывая тела пиратов в море одно за другим. Такой метод утилизации был весьма эффективен и к тому же обеспечивал морскую фауну естественным источником пропитания.
Несколько стражников, видевших, как Чэнь Пин перемахнул к ним с пиратского корабля, смекнули, что морские разбойники, скорее всего, полностью уничтожены. Они поспешили доложить эту весть старому дворецкому, которому в тот момент оказывали медицинскую помощь.
Узнав, что спутник их спасительницы вернулся, старик мгновенно понял: с врагами покончено. Он осмотрел свои раны — после лечения состояние заметно улучшилось, и он вполне мог передвигаться самостоятельно.
Немного поразмыслив, дворецкий решил подняться и разузнать обстановку: не осталось ли на пиратском судне каких-нибудь трофеев? Впрочем, он тут же одернул себя: раз спутник благодетельницы вернулся с пустыми руками, значит, ничего ценного там нет, или же оно им не приглянулось. А вот остатки вполне могли сгодиться для хозяйственных нужд.
Придя к такому выводу, старик покинул лазарет, намереваясь обсудить свои соображения с Чэнь Пином и Габриэль. Это движение тут же привлекло внимание брата и сестры из рода Ли.
Ли Синьжань, с присущей ей проницательностью, мгновенно уловила намерения старика. Она взволнованно дернула Ли Цзясина за рукав:
一 Дедушка-дворецкий наверняка пошел к нашей спасительнице! Брат, давай тоже сходим, я хочу еще раз взглянуть на эту красавицу!
Ли Цзясин тут же воспрянул духом. Он и сам жаждал вновь увидеть Габриэль, чей образ глубоко запал ему в душу. Брат с сестрой радостно устремились вслед за старым слугой и вскоре выскочили на палубу.
Молодые господа с шумом нагнали старика, буквально дыша ему в затылок. Дворецкий лишь беспомощно покачал головой, но возражать не стал — пусть молодежь набирается опыта, это пойдет им на пользу.
Вскоре троица уже стояла на палубе. Оглядевшись, они заметили свою спасительницу у борта, ближе к пиратскому судну. Она беседовала с мужчиной — очевидно, тем самым спутником, о котором им доложили.
«Надо же, мужчина?» — удивился про себя дворецкий. Он почему-то полагал, что второй спаситель тоже будет женщиной. Судя по атмосфере их беседы и нежному выражению лица Габриэль, эти двое явно были не просто знакомыми. «Ох, бедный юный господин… Его первая любовь закончилась, не успев начаться».
Хотя старик и сочувствовал душевным терзаниям Ли Цзясина, он понимал житейскую прозу таких ситуаций, а потому не стал зацикливаться на чужих чувствах и направился прямиком к Чэнь Пину и Габриэль. А вот реакция следовавших за ним брата и сестры оказалась полярно разной.
Ли Синьжань испытывала к Габриэль смесь обожания и зависти, восхищаясь силой и красотой «старшей сестры-благодетельницы», поэтому ее настроение ничуть не пострадало — она все так же бодро семенила за дворецким. Ли Цзясин же, напротив, словно получил удар под дых. Его сердце будто разорвали на куски, причинив невыносимую боль.
В этот миг его мысли метались в панике: «Прощай, мама, я разбит!»
Ли Цзясину было горько. Только сейчас он осознал, что его чувства к Габриэль были настоящей влюбленностью. Увы…
Ли Синьжань, не обращая внимания на душевные муки брата, заметила, что он застыл соляным столбом. Она бесцеремонно схватила его за руку и потащила следом за дворецким. «Ну что за дела? Чего он встал? Из-за него я не смогу рассмотреть красавицу поближе!»
В одиночку подойти она не решалась. Уж больно грозной и прекрасной была эта дева — Ли Синьжань боялась, что ее сердечко просто не выдержит такого напора харизмы.
Поэтому держаться поближе к дедушке-дворецкому было самой надежной стратегией.
……
Чэнь Пин и Габриэль прервали беседу, заметив приближающуюся троицу. Чэнь Пин повернул голову к спутнице:
一 Это, должно быть, хозяева судна?
Габриэль слегка хлопнула ресницами:
一 Не уверена. А почему ты спрашиваешь? Впрочем, именно они подходили благодарить меня, так что, скорее всего, да.
Чэнь Пин коротко кивнул и перевел взгляд на подошедших, молча ожидая, пока те заговорят первыми.
Старый дворецкий приблизился, почтительно сложил руки в поклоне и виновато улыбнулся:
一 Приветствую двух благодетелей. Прошу простить старика за то, что из-за тяжелых ран не смог сразу выразить благодарность с подобающим этикетом.
Чэнь Пин кивнул в ответ, продолжая молча рассматривать троицу.
Заметив внимание к своей персоне, Габриэль незаметно скользнула за спину Чэнь Пина. Как закоренелый социофоб, она не горела желанием общаться с незнакомцами.
Бросив на нее быстрый взгляд, Чэнь Пин махнул рукой старику, дружелюбно улыбаясь:
一 Не стоит извиняться по пустякам. Борьба с пиратами — дело чести, каждый обязан искоренять это зло.
Дворецкий рассмеялся, рассыпаясь в комплиментах:
一 А у благодетеля превосходный слог, мое почтение! Но как бы то ни было, без вашей могучей поддержки торговое судно клана Ли ждала бы неминуемая гибель. Ваша милость безгранична, и мы не знаем, чем отплатить.
Он продолжил с чувством:
一 Вы спасли не только наши жизни, но и ценный груз. Это сродни второму рождению. В знак признательности клан Ли готов преподнести вам все товары на этом корабле. И знайте: где бы вы ни были, если вам что-то понадобится, клан Ли сделает всё возможное, чтобы помочь.
Чэнь Пин скромно отмахнулся:
一 Вы преувеличиваете, старейшина, это сущие пустяки. Мы просто проходили мимо и помогли по ходу дела. О вознаграждении не может быть и речи. Надеюсь лишь, что впредь вы будете осторожнее в плаваниях и станете держаться подальше от пиратских вод. А если позволят средства — укрепите оборону судна, чтобы подобное не повторилось.
Он сделал небольшую паузу и добавил:
一 Впрочем… Нашу лодку пираты потопили. Если вы действительно хотите отблагодарить, то просто подвезите нас.
Старик тут же расплылся в улыбке:
一 Ну что вы, благодетель! Мы будем только рады, для клана Ли это великая честь.
Внезапно в разговор вклинилась Ли Синьжань:
一 Сестрица-спасительница! Я — Ли Синьжань! Не хочешь поселиться в моей каюте?
Присутствующие замерли, а затем дружно уставились на девушку. Глядя на ее сияющее от возбуждения лицо, мужчины невольно скривили губы в неловкой усмешке.
Дворецкий поспешил сгладить ситуацию:
一 Прошу простить ее манеры, благодетели. Я поговорю с ней позже… Кхм, я немедленно распоряжусь подготовить для вас две лучшие каюты для отдыха.
Чэнь Пин усмехнулся:
一 Старейшина, к чему эти формальности? Одной комнаты будет вполне достаточно.