Глава 33. Слышь, приятель, ты чего в меня плюёшься!
— Ха-ха-ха, братва, зацените! Это внутренности транспортника! Я тут уже второй раз, но каждый раз просто офигеваю от размеров! Глядите, какая крутая дверь!
— Просто космос! В прошлый раз этот отсек был забит доверху энергопилами для новичков, вот это было зрелище! А сейчас… ну, сейчас мы видим, что тут просто дофига места.
— Амило стопудово супербогачка. Я тут подслушал их разговор с Юанем, этот корабль принадлежит её семье. Настоящая принцесса!
— Если наш Юань сможет её охмурить, мы с вами, братцы, точно в шоколаде будем!
Таракашка шёл в группе, непрерывно бормоча что-то себе под нос и записывая видео.
Поддувало, который впервые отправился с ними на задание, с недоумением наблюдал за его поведением.
В игре ведь нет функции стриминга! Что он творит? Ему самому не неловко? Неужели он не видит, как кривится от смущения Амило?
Поддувало повернул голову и увидел, как Вэй Юань демонстративно отвёл взгляд.
Плохо дело. Даже лорду за него стыдно.
Какой позор. Кажется, его фирменная болезнь — испанский стыд — вот-вот даст о себе знать.
Поддувало густо покраснел и опустил голову.
Будучи сыном богатых родителей, он впервые в жизни испытал то самое чувство, о котором писали в интернете — когда от неловкости хочется пальцами ног выкопать себе нору под землёй.
И как раз в тот момент, когда Поддувало был готов вырыть себе полноценную трёхкомнатную квартиру, на его плечо легла рука Макабаки.
— Чувствуешь, как неловко, да? — шепнула она. — Ха-ха, Таракашка у нас стример, привыкай. В играх с полным погружением такое бывает. Настолько вживаешься в роль, что забываешь — все вокруг просто NPC.
Поддувало поблагодарил её за поддержку, но легче ему ни капли не стало.
— Мака-сестра, это погружение слишком сильное, я не могу это игнорировать! — тихо ответил он, склонившись к ней.
Пока они перешёптывались, Амило уже несколько раз не сдержала смешок. А на лице лорда было большими буквами написано: «Какой стыд!»
Как им только удаётся сохранять такое самообладание и спокойно обсуждать, что все вокруг NPC, прямо в лицо этим самым NPC?!
Благодаря обработке Системой, земная речь игроков автоматически переводилась на общегалактический язык Альянса. Однако слова, которые могли раскрыть саму суть игры, оставались на родном языке игроков.
Поэтому для Амило всё это выглядело так, будто сородичи семпая Вэй Юаня, когда бы она на них ни посмотрела, вели себя донельзя странно и эксцентрично.
— Не думал, что в этой жизни доведётся полетать на настоящем космическом корабле. Мы что, прямо сейчас отправимся в межзвёздное путешествие? — Подпольный Попрошайка прилип к иллюминатору, пытаясь что-то разглядеть.
Ничего не увидев, он с любопытством повернулся к Амило:
— Амило, у тебя что, на окнах тонировка от любопытных глаз?
Какая к чёрту тонировка!
Вэй Юань в этот момент был готов лично вышвырнуть этих двух позорищ с корабля.
Стыдоба! Какая стыдоба!
Может, ну их? На соревнования в академию взять других игроков, понадёжнее и поспокойнее? Время ещё вроде есть!
Пока у Вэй Юаня от стыда горели уши, Амило бросила на него взгляд, полный понимания.
— Ничего страшного, семпай. Я понимаю, они только что из обычных людей стали генетическими воинами и никогда не летали на таких кораблях. Это совершенно нормально, правда! — участливо сказала она.
А про себя подумала совсем другое.
Похоже, слухи о человеческой расе не врали. После войны с зергами их ресурсы и правда сошли на нет. Неудивительно, что Вэй Юань в академии был известен своей экономностью и постоянно подрабатывал. Даже став лучшим студентом по всем предметам и получив во владение целую планету, человечество прислало ему в помощь лишь горстку обычных людей. Ни одного генетического воина!
Амило вспомнила, как её отец обещал, что к выпускным экзаменам пришлёт ей всех самых перспективных воинов их клана, а о ресурсах для их развития ей и вовсе не придётся беспокоиться.
На фоне этого контраста ей вдруг стало невыносимо жаль Вэй Юаня. Он, должно быть, несёт на себе невероятно тяжёлую ношу.
Эта мысль мгновенно прогнала её насмешливое настроение.
Она мягко обратилась к игрокам:
— Во время межзвёздных перелётов всегда есть риск столкнуться с пространственными разломами. Поэтому ради безопасности ещё семьдесят лет назад Альянс модернизировал все летательные аппараты. В новых моделях нет смотровых окон. Если хотите увидеть, что происходит снаружи, можно включить панорамный обзор с капитанского мостика.
Сказав это, Амило коснулась своего умного браслета.
Вжух!
Перед игроками развернулась трёхмерная голограмма космоса. Казалось, они и вправду парят среди звёзд. Три огромных солнца сияли яркими точками, а их родная Голубая Звезда, планета Вэй Юаня, уже превратилась в едва заметную искорку.
— Ни фига себе, мы уже вышли на орбиту? А я вообще ничего не почувствовал! — восхищённо воскликнул Таракашка, не прекращая съёмку.
Амило улыбнулась:
— Во время обычного полёта вы бы даже тряски не ощутили. Но нам предстоит использовать технологию пространственного прыжка, чтобы миновать зону боевых действий. Так что приготовьтесь.
— А? К чему готовиться?
Амило уже вводила команды. Над их головами раздался механический голос:
[Обратный отсчёт до пространственного прыжка: 3... 2... 1!..]
— Готовьтесь блевать…
Не успела Амило договорить, как мир для игроков перевернулся. Их словно пропустили через мясорубку: то сжимали, то растягивали, будто они были сделаны из пластилина. Тошнота подкатывала к горлу, но вырвать не получалось. Мучительное чувство исходило не от тела, а откуда-то из самой души.
— Б-у-эээ…
Когда прыжок завершился, все пятеро игроков были белее мела. У Таракашки из носа и глаз текло в три ручья.
— Пакеты для рвоты, — Меха-Тао предусмотрительно протянула им пакеты.
Пятеро игроков тут же схватили их и принялись опустошать свои желудки.
— Пространственный прыжок всегда вызывает сильный дискомфорт. Со временем привыкнете, — сказала Амило. Ей и самой было не по себе, и она большими глотками пила сок древа-кровососа, чтобы унять тошноту.
— Это просто жесть… Бу-э… Амило, мы уже прилетели к тебе домой? — с трудом поднял голову Таракашка, закончив извергаться.
Амило покачала головой:
— Нет. Мы всего лишь миновали зону боевых действий. Чтобы добраться до моего дома, нужно совершить ещё как минимум восемь таких прыжков!
— ВОСЕМЬ?! — в один голос взвыли все пятеро.
Даже обычно невозмутимая Звёздная Пыль со слезами на глазах вцепилась в свой пакет, всем своим видом излучая желание умереть прямо здесь и сейчас.
Болевой порог в игре был отключён, но это не спасало от мучений пространственного прыжка. Это было в сто раз хуже, чем самая сильная морская болезнь. В сто раз!
— Юань, я больше не могу! Выброси меня отсюда! Я лучше рестартнусь, рестартнусь! — Макабака слабо подняла руку.
Она просто играла в игру, не собираясь при этом жертвовать своим самочувствием. На Земле Макабака страдала от тяжёлой формы кинетоза — её укачивало в любом транспорте. Раньше она думала, что в мире нет ничего хуже.
Оказалось, есть.
И она столкнулась с этим в игре.
Она всего лишь отправилась на квест, а её чуть не вывернуло наизнанку. Сейчас Макабака смотрела на Вэй Юаня с настоящей мольбой в глазах.
— Лорд! Юань, отпусти меня! Я больше не вынесу ни одного прыжка, правда, ни одного… Бу-э…
Говоря это, она снова согнулась в приступе рвоты.
Вэй Юань вызвал панель данных Макабаки и только тогда понял, насколько серьёзной была её проблема.
— Технология пространственного прыжка ещё не доведена до совершенства, ощущения и правда ужасные. Старший, может, мне развернуться и высадить твоих сородичей? — спросила Амило.
Если все эти люди сойдут, на корабле останемся только мы со старшим! Вдвоём!
От одной этой мысли щёки Амило зарделись, а в глазах зажёгся нескрываемый огонёк предвкушения.
— Нет, возвращаться не стоит. У тебя и так скоро начинается учёба, не будем терять время, — Вэй Юань склонился над картой, выискивая ближайшую пригодную для посадки планету.
Как он мог отправиться выполнять задание для игроков без самих игроков? Система чётко дала понять: он должен сопроводить их в центральные системы галактики и найти им подходящих наставников.
Да, эта поездка не была его спонтанной идеей. Это была небольшая побочная миссия от Системы. Награда за такие временные квесты зависела от качества выполнения. Так что игроки должны были быть с ним.
А поскольку у них не было документов, единственный способ попасть в центральные системы — это контрабанда. К счастью, их Голубая Звезда находилась на самой дальней окраине галактики. В таких захолустных системах, если у тебя достаточно денег, всегда можно найти контрабандистов.
— Но, старший, мы всё ещё в зоне боевых действий. Тут же опасно! — забеспокоилась Амило.
— Не волнуйся, они смогут о себе позаботиться. Ищи планету для посадки, — отрезал Вэй Юань.
Ему как раз и нужен был хаос. Чем более неспокойной была зона, тем больше здесь шныряло контрабандистских кораблей.
***
Планета, на которой они приземлились, была воплощением хаоса и отчаяния. Лица беженцев, заполнивших космопорт, были лишены всяких эмоций, в глазах застыла одна лишь безнадёга.
Макабака и остальные, следуя указаниям Системы, направились к нужному звездолёту. По пути им то и дело попадались изуродованные взрывами тела. Ребёнок, прижавшийся к лицу мёртвой матери в ожидании собственной смерти. Жена, свернувшаяся калачиком в объятиях погибшего мужа с пустыми, мёртвыми глазами.
Никто не кричал и не плакал. Когда не грохотали взрывы, в зоне боевых действий царила мёртвая тишина.
Макабака лишь мельком взглянула на всё это, и её глаза тут же наполнились слезами.
— У художника-постановщика, который рисовал эту локацию, что, с головой не в порядке?! Господи, зачем делать их такими несчастными? — в её голосе уже слышались рыдания.
Всего несколько минут назад её рвало до потери сознания, а теперь она попала в настоящий ад наяву. Это же просто игра, зачем нужно было делать всё настолько реалистичным?
Макабака уже не сдерживалась и утирала слёзы.
— Это просто графика, не принимай близко к сердцу. Постарайся не смотреть им в глаза, — Поддувало похлопал её по плечу.
Теперь была его очередь утешать. Хотя, если честно, у него у самого защипало в носу. Остальные выглядели не лучше. Даже у Звёздной Пыли повлажнели глаза.
— Не копайтесь! Быстро на борт! Хотите жить — сидите в грузовом отсеке и не высовывайтесь, ясно? — гаркнул на них фиолетовокожий мужчина, который их вёл.
Увидев, что у этих пятерых ещё хватает душевных сил лить слёзы, он раздражённо нахмурился.
Что за чудики? Сами докатились до того, что летят контрабандой, а ещё умудряются жалеть каких-то гражданских?
— Быстрее! — нетерпеливо поторопил он их.
Полёт до центральных систем должен был занять два дня, поэтому запасов еды на корабле было немного. Грузовой отсек был относительно просторным. По крайней мере, когда Макабака и её товарищи сбились в кучу в углу, им не было тесно.
— Похоже, на корабль пускают только генетических воинов, — прошептал Таракашка, когда их проводник ушёл. Он осторожно выглянул и огляделся.
В отсеке, помимо них, было ещё человек сорок или пятьдесят самых разных существ, сбившихся в кучки.
Рядом с углом, где сидели игроки, на полу лежал белый, пухлый человек-шар. Он невидящим взглядом смотрел в потолок. На его животе зияла огромная рана, из которой медленно вытекала серебристая жидкость.
Таракашка посмотрел на него и сразу вспомнил тех несчастных, которых даже не пустили на звездолёт. Если уж генетические воины несли такие тяжёлые потери, то гражданским оставалось лишь надеяться на удачу.
Хотя Таракашка постоянно твердил себе, что это всего лишь игра, просто игра и ничего больше, он не мог сдержать подступивших слёз. Будучи человеком, выросшим в мирное время, он никогда не видел подобных ужасов. И сколько бы он ни напоминал себе, что всё это фальшивка, избавиться от гнетущего чувства тоски не получалось.
— Пойду разузнаю, что тут к чему, — вздохнул он и, поднявшись, подошёл к человеку-шару.
Работа стримера-гайдмейкера обязывала.
— Приятель, ты как, в порядке? — Таракашка присел рядом с ним.
Услышав голос, человек-шар медленно перевёл на него свой по-прежнему пустой взгляд.
— Кхм, да уж, вижу, что не очень, — неловко пробормотал Таракашка. — Я хотел спросить, что на этой планете стряслось? Космические пираты ведь вроде бы вели бои в системе M2779? Почему зацепило и вас?
Он краем уха слышал, как об этом говорили Амило и Вэй Юань, но планета, на которой они сейчас находились, была явно не M2779.
Он задал свой вопрос вполне искренне, но человек-шар продолжал молча смотреть на него пустыми глазами. Он открыл рот, словно хотел что-то сказать, но не мог издать ни звука.
Таракашка, недолго думая, наклонился и подставил ухо к его губам:
— Дружище, можешь шепнуть мне на ушко…
Гуль-гуль-гуль… — из горла человека-шара донеслось влажное бульканье.
Внезапно с другой стороны раздался слабый, едва слышный голос:
— Сказано же, это зона боевых действий. Когда у пиратов кончаются ресурсы, они нападают на ближайшие слабые планеты. Грабежи, пополнение запасов за счёт других. «Война кормит войну», понял?
— Вот оно что! — Таракашка повернул голову на голос и только сейчас заметил, что напротив человека-шара сидел ещё кто-то. Этот кто-то выглядел гораздо лучше своего соседа.
В этот самый момент Таракашка почувствовал, как что-то холодное и влажное коснулось его уха.
Он провёл рукой.
Жидкость.
— Какого чёрта?! Слышь, приятель, ты чего в меня плюёшься?