Глава 563 - Сыворотка «Суперсолдат»
— Отличное имя! «Тёмно-синяя» — звучит монументально и сурово! — Лин Хуэй остался чрезвычайно доволен.
Как только Су Цинцянь выбралась из силовой брони, Лин Хуэй смахнул доспех в пространственный карман. Что до трофейного биомеха, вытащенного из подземной сокровищницы градоправителя, то его он решает отдать Су Цинцянь на детали и исследование — всё равно управлять биомехами могли лишь высшие психоники, для самого Лин Хуэя эта штука была бесполезна.
Тут же к ним подскочила Цзян Циньнянь и крепко обняла Су Цинцянь за локоть:
— Циньцянь~ Твоя «Тёмно-синяя», конечно, хороша, но это явно машина для брутальных качков! А можешь потом спроектировать что-то лично для меня? Хочу, чтобы было стильно и красиво!
Су Цинцянь охотно кивнула:
— Без проблем! Сейчас мой уровень Механики всего лишь 5-й. Вот прокачаюсь до 6-го или 7-го и скрою для тебя индивидуальный доспех. Тогда я смогу собирать куда более совершенные машины!
— Циньцянь, ты лучшая!
…
Разобравшись с доспехом, все переключили внимание на Бай Лин.
Девушка поднялась с места и из глубокого кармана белого халата извлекла стеклянную ампулу с густой, алой как кровь жидкостью.
Лин Хуэй принял колбу и недоверчиво спросил:
— Это ещё что? Каковы свойства?
— Я навала её [Сыворотка «Суперсолдат»] !
В глазах Бай Лин вспыхнул фанатичный огонь истинного учёного:
— Введённый обыкновенному человеку, этот препарат пробуждает скрытый генетический потенциал. Сила, выносливость, регенерация, адаптируемость к агрессивной среде и острота чувств совершают колоссальный скачок, выходя на уровень порядка 250 единиц! Разумеется, из-за индивидуальных особенностей ДНК итоговые показатели могут немного разниться. Более того… единицы испытуемых благодаря этому препарату способны сбить генный замок, открывая неограниченный потенциал к эволюции!
Лин Хуэй едва не поперхнулся.
Что это значило на практике?!
Показатель физических кондиций среднестатистического взрослого человека равнялся всего 5 единицам. Чтобы обычный смертный развил 250 единиц тела, ему нужно было вкачать в себя не меньше девяти флаконов первичной генной сыворотки, уперевшись в предел устойчивости организма, а затем догнаться ещё двумя флаконами промежуточной генной сыворотки!
А тут одна маленькая ампула с красной дрянью выдавала тот же результат мгновенно?! Да ещё и давала шанс сломать генный замок?!
— При столь диком эффекте у неё просто обязаны быть побочки, — нахмурился Лин Хуэй. — Бай Лин, в чём подвох?
Девушка невозмутимо кивнула:
— Взрывная активация генома провоцирует гипертрофированное разрастание мышечных волокон. Если изъясняться простым языком… принявший сыворотку превращается в гигантского, налитого жилами рельефного мускулистого качка.
— …
Лин Хуэй на секунду онемел, а затем нервно расхохотался.
Превращение в груду мышц — это побочка?! В этом суровом мире смертельных испытаний главное — выжить, а уж как при этом выглядят твои бицепсы, дело десятое!
Тем временем.
Железнохребет. Таверна «Злой Дракон».
В зале стоял стойкий гул, пахло перегаром, жареным мясом и прогорклым жиром.
За большим круглым столом в дальнем углу расположилась компания игроков: Лу Го, Вэнь Жуй, Чжоу Бай, Ли Цзяньцзюнь и Тан Го.
Тан Го отхлебнула плодового вина и поинтересовалась:
— Лу Го, а где Мираэн? Почему она не с нами?
Услышав это имя, Лу Го замер с бокалом в руке, после чего досадно потер левую щеку — там всё ещё отчетливо проступал багровый отпечаток ладони.
— И не напоминай, — с досадой выдохнул Лу Го, опрокидывая хмельной напиток: — У этих сестёр битвы устав хренов, им запрещено шастать по злачным местам. Я пошёл к ней, из лучших побуждений начал раскладывать по полочкам, мол, ваш Владыка Ториса, похоже, склеил ласты, бросай ты эту монашескую службу и переходи к нам. И что в итоге? Я к ней со всей душой, а она вспылила и прописала мне такой лещ! У этой бабы хватка как у гидравлического пресса!
Вэнь Жуй, подперев подбородок ладонью, с лукавой ухмылкой смерила парня взглядом:
— Скажи-ка мне, Лу Го… а ты часом на неё не запал? Что-то я не помню, чтобы ты о ком-то ещё так пекся.
— Чушь! С какого перепугу?! — мгновенно вспыхнул тот. — У неё вместо мозгов свод правил, она тупая как пробка и драться лезет по поводу и без! Чтобы я на такую зарился?!
Сидевший напротив Чжоу Бай ехидно хихикнул:
— Ой-ой-ой, а кто у нас вчера на поле боя соловьем заливался? «Вот закончится бойня, завязывай со своими молитвами и прыгай ко мне в автодом восьмого уровня… станешь моим штурманом, а?» Каким тоном это было сказано, а! Нежность прямо через край лилась!
— Я тоже слышала! — тут же подхватила Тан Го, со смехом хлопая ладонью по столу.
Лу Го выпрямил спину, изо всех сил пытаясь сохранить лицо:
— Кхм… Это был исключительно тактический расчёт! Пусть она туповата и с тараканами в голове, но в бою от неё есть толк. Как напарник на переднем сиденье — вариант идеальный…
Чжоу Бай, Вэнь Жуй и Тан Го как по команде повернули головы и синхронно протянули:
— Да-а-а-а неужели-и-и?!
Ли Цзяньцзюнь лишь снисходительно качнул головой и отпил крепкого дистиллята.
— Кхм-кхм… — Лу Го почувствовал себя крайне неуютно под этими взглядами и, повернувшись к стойке, крикнул: — Эйлин! Принеси ещё плодово вина! И поледянее!
— Урожаю, господин Лу Го!
Вскоре миловидная девушка с россыпью бледных веснушек на щеках, бережно удерживая тяжелый деревянный поднос, пробралась сквозь толпу захмелевших гостей.
— Ваш напиток, господин Лу Го.
Эйлин сноровисто расставила кружки, демонстрируя беспрекословное почтение.
Лу Го подхватил бокал и как бы между прочим спросил:
— Эйлин, как там твоя мать? С кровати уже встаёт?
При этих словах глаза девушки мгновенно вспыхнули, а на ресницах заблестели слёзы признательности:
— Вашими молитвами, милостивый сударь! Матушка выпила то снадобье, что вы дали, и уже на следующий день поднялась на ноги! Сейчас она чувствует себя даже крепче, чем до болезни! Я… я даже не знаю, как отблагодарить вас за такую доброту!
Лу Го небрежно отмахнулся:
— Пустяки, я же говорил, дело житейское. Иди работай.
Последние дни группа Лу Го засаживала немалые суммы в таверне «Злой Дракон», так что имя официантки они выучили быстро. Из разговоров других служанок Лу Го случайно узнал, что мать Эйлин слёгла с тяжелейшим воспалением лёгких — а в трущобах Нижнего города подобный диагноз для бедняков означал верную смерть.