Глава 132
К счастью, орден Афха оказался совсем не таким, каким его представлял Ихан.
— А, так вы об этом беспокоились. Ха-ха. Те, кто нас плохо знает, иногда делают такие ошибочные выводы.
Жрец ордена Афха громко рассмеялся.
— Мы не собираемся сжигать мир или поджигать Империю. Если бы мы действительно этого хотели, разве наш орден смог бы просуществовать до сих пор?
«А ведь и правда».
Это было логично.
Какой бы снисходительной ни была Империя, вряд ли её великодушие распространялось на тех, кто ходит и всё поджигает.
— Мы, жрецы, просто верим в огонь Афха.
— Верно. Огонь Афха однажды придет за нами, поэтому мы должны жить так, чтобы ни о чем не сожалеть.
Если не брать в расчет мрачный пессимизм и веру в то, что однажды в мир придет огонь апокалипсиса, жрецы ордена Афха были, по сути, веселыми и добрыми людьми.
К тому же, их непоколебимая вера в огонь Афха создавала значительный синергетический эффект в магии элемента огня.
В магии воображение и внутренний образ так же важны, как и мана.
Жрецы, искренне верившие в существование такой устрашающей сущности, как огонь Афха, естественно, имели огромное преимущество в огненной магии.
Благодаря этому, как и предполагал Ихан, среди жрецов ордена Афха было много мастеров магии огня.
Настолько, что даже Империя обращалась к ордену Афха за поддержкой, когда ей требовалась огненная магия.
«Какое облегчение. Они куда адекватнее, чем я думал».
Ихан успокоился.
Если не считать веры в грядущий конец света, орден Афха был вполне нормальным.
Даже правила ордена были довольно мягкими.
Помимо медитаций на огонь Афха, у них почти не было никаких обязательств.
С этой точки зрения они были даже лучше ордена Фрисинги, где жрецы были вынуждены носить на себе проклятые предметы.
— Подойдите сюда. Пришло время проверить пламя, таящееся в вашей душе.
Жрец Афха принес большую, грубоватую на вид медную чашу.
Почувствовав себя гораздо спокойнее, Ихан спросил:
— И как именно будет проходить проверка?
Согласно объяснениям, эта медная чаша была артефактом, который вытягивал пламя из души человека, прикоснувшегося к ней, и заставлял его вспыхнуть внутри.
Жрецы часто использовали эту чашу, чтобы проверить, насколько они смиренны и преданы перед лицом огня Афха.
«Похоже на тест на предрасположенность к магии элемента огня. Чем лучше ты владеешь магией, тем ярче пламя в чаше?».
Если бы жрецы Афха услышали его мысли, они бы возмутились такой кощунственной ереси: «Вот почему эти маги такие! Это же пламя души и вера...», но тут уж ничего не поделаешь.
Как и глава дома Воданаз, Ихан был крайне далек от религии.
То, что жрецы ордена трактовали как веру, Ихан не мог объяснить иначе, как магией.
Как ни посмотри, это единственный логичный вывод!
Ихан прикоснулся к медной чаше. И слегка напрягся.
«Только бы ничего не случилось».
Учитывая всё, что он пережил до сих пор, начиная со слов профессора Гарсии, он не мог не волноваться.
Вдруг пламя взметнется до небес или сожжет весь шатер...
Вспых!
Внутри чаши вспыхнуло пламя. Оно было не очень большим и стабильно мерцало, не вырываясь за края чаши.
«Я не особо разбираюсь в этой чаше, но, кажется, всё в порядке?».
Ихан успокоился.
Пламя не вздымалось на странную высоту и не выглядело нестабильным.
Разве это не средний уровень?
— Ну, как?
— Теперь нужно проверить.
Один из жрецов сильно дунул на него. Но пламя Ихана даже не шелохнулось.
— О...
— Ваше душевное пламя весьма сильное.
Жрецы Афха с удовольствием отметили силу пламени Ихана.
В случае с пламенем в чаше размер не имел значения.
Главным была его способность противостоять любым помехам.
Выдержать такой поток воздуха и не погаснуть. Это было довольно сильное пламя.
Другой жрец достал воду и вылил её на чашу, которую держал Ихан. С шипением вода мгновенно испарилась.
Пламя Ихана по-прежнему даже не дрогнуло.
— О-о-о...?
— Принесите-ка кое-что другое.
Жрецы часто имели дело с огнем, и потому, как ни парадоксально, были хорошо знакомы со способами борьбы с ним.
Они достали черный песок, называемый «Песком Черной Тени». Это был магический реагент, способный мгновенно поглотить любое обычное пламя.
Но пламени Ихана хоть бы что.
— ...
— ...Следующее.
В ход шли всё новые и новые методы.
Магия, реагенты, зелья, предметы и так далее.
Но, в конце концов, пламя Ихана так и не погасло.
Лица жрецов, до этого момента излучавших веселье, стали серьезными.
— ...Что-то не так?
— Ха-ха. Нет-нет.
— Слава бог...
Ихан уже хотел было облегченно вздохнуть.
Но жрецы тут же отвернулись и зашептались:
— Можешь связаться с другими жрецами ордена?
— Я сейчас же отправлю птицу как можно быстрее...
— Похоже, нам нужно позвать епископа.
Услышав перешептывания жрецов, Ихан начал понемногу нервничать.
Получив сообщение, епископ ордена Афха Усвэ поспешно прилетел.
Услышав о юноше, чьё душевное пламя было сродни самому огню Афха, он не мог поступить иначе.
— Погодите. Погодите. Погодите.
— Осу Гонадалтес. Рад вас видеть. Но у меня сейчас срочное дело...
— Разумеется, я знаю, что за дело. Жрецы Афха нашли одаренного ученика, не так ли?
Директор-скелет был прекрасно осведомлен об ордене Афха.
Если не брать в расчет их излишний пессимизм и глупость, они весьма искусно владели огненной магией.
Проблема заключалась в том, что они положили глаз на юношу из дома Воданаз и теперь пытались любыми способами переманить его к себе.
Хотя Ихан, казалось, не особо интересовался жизнью жреца, в таком юном возрасте так легко поддаться различным искушениям.
Особенно юные ученики магической академии, чьи умы неокрепшие, легко поддавались внешнему влиянию.
Этого нельзя было допустить ни в коем случае.
— Эта академия была создана Его Величеством, чтобы взращивать опору Империи. Смею верить, вы не собираетесь насильно обращать будущего мага в жреца вашего ордена.
На предупреждение директора-скелета епископ кивнул, показывая, что прекрасно понимает, о чем речь.
— Конечно, Осу Гонадалтес. У нас и в мыслях не было делать жрецом талантливого ученика магической академии.
— Вот как?
Голос директора-скелета смягчился.
Всё-таки орден Афха знал манеры и обладал чувством профессиональной этики.
— Но, Осу Гонадалтес, юноша из дома Воданаз сейчас находится в опасности.
— ...Я ничего не делал.
— Простите, я вас не понимаю?
Инстинктивное оправдание директора-скелета озадачило епископа.
— Как вам известно, Осу Гонадалтес, слишком сильный, неконтролируемый талант способен навредить своему обладателю. А тем более, если речь идет об элементе огня.
Магия была настолько же опасна, насколько и могущественна.
А элемент огня, в частности, было очень легко обратить против себя при неосторожном обращении.
Если у юноши в душе пылало такое же сильное пламя, как у Ихана, то ситуация расценивалась как крайне опасная.
Ему нужно было как можно скорее научиться его контролировать.
— Ему необходимо быстро этому обучиться.
«А нужно ли так торопиться?».
Пробормотал директор-скелет.
Во-первых, сам директор-скелет придерживался устаревших взглядов: «раз уж ты маг, то должен сам уметь постоять за свою жизнь во время обучения». Но, даже если отбросить это, юноша из дома Воданаз не был настолько неопытным, чтобы не суметь обуздать свою силу.
Да, многие молодые маги, не в силах совладать с врожденным талантом, причиняли себе вред, но это касалось только их...
Директору-скелету казалось, что Ихан — полная противоположность.
Он был тем, кто укрощал свой неконтролируемо сильный талант еще более сильной волей.
Даже без переживаний ордена Афха вряд ли Ихан позволил бы себе сгореть заживо.
Да если бы он был на это способен, он бы уже давно себя спалил, разве нет?
— Осу Гонадалтес! Неужели вы совершенно не беспокоитесь о безопасности своего ученика?!
— Чт... нет-нет. Отнюдь.
Директор-скелет поспешно отступил под натиском возмущенного епископа.
Обиженный епископ представлял куда большую угрозу, чем могло показаться. Он вполне мог побежать к Императору и нажаловаться.
К тому же, если слова епископа были правдой, беспокоиться было не о чем.
Они ведь не собирались делать его жрецом ордена Афха, а лишь хотели потренировать в магии огня.
Конечно, юноше из дома Воданаз придется несладко на этих тренировках, но директора-скелета это совершенно не волновало.
— Разумеется, я тоже переживаю.
— Так я и думал.
— Так идите же! Поспешите и обучите его!
— То есть вы хотите сказать, что я не должен стать наследником огня Афха, чтобы поджечь Империю или уничтожить мир?
— Ну разумеется, Ихан из дома Воданаз. Что за шутки.
Ихан с облегчением выдохнул.
Жрецы разговаривали с такими серьезными лицами, что он уже начал беспокоиться: «Что такое? Неужели меня выбрали на роль последнего преемника ордена Афха?», но всё оказалось иначе.
Дело было лишь в том, что в его душе таилось невероятно могущественное пламя, и не научиться его контролировать было бы крайне опасно.
«Хм. А если подумать, то это тоже повод для беспокойства».
Он уже привык к подобным словам от профессора Гарсии и перестал на них реагировать, но, видя беспокойство жрецов, он снова начал волноваться.
Всё ли в порядке?
— Епископ!
— !
Услышав слово «епископ», Ихан напрягся.
Ни в одном ордене должность уровня епископа не мог занимать кто попало.
И подумать только, человек такого ранга лично пришел сюда.
— Для меня честь встретиться с вами.
Слова лести вырвались у Ихана на автомате.
Кем бы он ни работал в будущем, хорошие отношения с высокопоставленными чинами из разных орденов никогда не помешают.
— Это для меня огромная честь. Я уже давно не слышал о ком-либо, кто родился бы с таким сильным пламенем.
Епископ оказался мягким и доброжелательным человеком.
— Вы, должно быть, сильно страдали в детстве из-за неконтролируемого пламени.
— ...Эм, вообще-то нет?
Слова Ихана заставили епископа запнуться.
Затем до него дошло.
— А-а. Раз уж вы из дома Воданаз, на вас наверняка наложили магию Огнестойкости...
«Но её не накладывали?».
Ихан прекрасно рос без происшествий, связанных с огнем, и без всякой магии огнестойкости.
В конце концов, если ты не используешь магию огня, то и проблем не возникает.
— Однако сейчас, когда вы покинули дом, вы не можете вечно полагаться только на магию своей семьи. Вы должны научиться контролировать пламя, Ихан.
Ихан с решительным выражением лица кивнул.
Изначально он и обратил внимание на орден Афха, надеясь, что сможет узнать побольше о магии элемента огня.
Обычным способом контролировать огонь было сложно, но, возможно, с божественной магией дела обстояли бы иначе.
— Этот метод может показаться слишком суровым или трудным для первокурсника магической академии.
— Я знаю.
Ответил Ихан, вспомнив профессора Волади.
Многие говорили, что магия стихий — самая простая, так как она наиболее знакома людям, но стать истинным мастером магии стихий было невероятно трудно.
Сколько испытаний и трудностей пришлось пережить Ихана, чтобы научиться должным образом контролировать лишь одно простенькое заклинание воды.
Вспоминая о поддержании формы, изменении движений, восприятии элементов и прочем, он лишний раз убедился, насколько тернист был его путь.
Но то, что он сделал однажды, он сможет сделать и во второй раз.
Он справится!
«Если я не научусь контролировать огонь сейчас, в будущем это аукнется мне в разы сильнее».
Ихан скинул мантию в сторону и взял в руки посох.
А затем встал в боевую стойку.
— Выпускайте пламя. Я готов.
— ...Простите, но что вы делаете?
Епископ был ошарашен реакцией Ихана.
Он понятия не имел, к каким именно тренировкам мысленно приготовился стоящий перед ним юноша.