Глава 91
— Поверь в себя!
Перкунтра выдал столь слащавую фразу, какую в обычной ситуации ни за что бы не произнес.
В любом случае, этот наглец умел выводить из себя по каждому поводу.
В то время как другие маги, не обладая должными способностями, вели себя высокомерно, бросая фразы вроде: «Думаю, я справлюсь! Что ты вообще понимаешь, дух, чтобы мне указывать? Смотри и учись! Не помру!», а затем с треском проваливались, Ихан, имея неоспоримый талант, отвечал в духе: «Вряд ли получится», «К чему такое безрассудство?» или «Вам-то легко говорить, это же не ваша проблема!».
Скромность тоже должна иметь границы...
— Уверенность в себе рождается из объективного анализа ситуации, а не от пары подбадривающих фраз.
— Так, сосредоточься и делай, как я говорю!
Перкунтра проигнорировал слова Ихана и продолжил гнуть свою линию. Дух осознал, что вступать с этим юнцом в перепалку — только нервы себе трепать.
— Представь образ молнии так же, как ты делал это с другими стихиями.
Основа магии стихий. Четко визуализировать образ элемента и воплотить его в своем разуме. Этот процесс преобразования свойств собственной маны под стать атрибуту считался самым фундаментальным.
Однако атрибут молнии немного отличался от остальных.
— Но не вздумай представлять бьющую с небес молнию!
— !
Чаще всего маги в первую очередь представляли себе именно ослепительную вспышку разряда, бьющего с неба. Но при преобразовании маны в элемент молнии визуализировать подобный удар было опасно.
Чтобы использовать заклинание, магу необходимо удерживать ману в одной точке и контролировать ее, а образ небесной молнии являлся полной противоположностью такому контролю.
И пылающий огонь, и стоячая вода, и застывший лед могли оставаться на одном месте. Молния же по своей природе не могла пребывать в покое. Это явление, обреченное рассеяться во все стороны сразу после удара с небес.
Если юный маг неосмотрительно представит бьющую молнию, преобразуя ману в этот атрибут, он тут же потеряет контроль, и разряды беспорядочно ударят во все стороны.
Перкунтра, который в прошлый раз в подземном карцере самовольно вмешался в магию огня Ихана и едва не погиб вместе с ним, должен был уделять технике безопасности особое внимание. Учитывая объем маны этого юноши, малейшая оплошность грозила обернуться полномасштабной катастрофой.
— Конечно, я понимаю твои сомнения. Ты думаешь: «Как можно воссоздать образ молнии, не представляя ее удар?». Но множество магов, работавших с этим атрибутом, преодолели это ограничение и в итоге добились успеха! Со временем и ты привыкнешь. Истинный маг не должен покорно принимать реальность и довольствоваться малым — он должен уметь подчинять ее своей воле! А теперь одолжи мне свою руку.
Конечно, Перкунтра не был глупым духом, мелющим безрассудную чушь, как о нем думал Ихан. Хоть дух и признавал выдающиеся способности юноши, но для начинающего мага обуздать атрибут молнии без всякой тренировки было действительно непосильной задачей.
Естественно, у него был план. Как и тогда в карцере, Перкунтра собирался сам вселиться в руку Ихана и помочь ему с контролем. Даже будучи призванным лишь с крошечной долей своей истинной силы, он был вполне на такое способен.
Однако...
Тресь!
— Готово. Теперь можно одолжить вам руку?
— ...
Перкунтра в ужасе уставился на сферу из молний, сформировавшуюся над навершием посоха Ихана. Поразительно, но этот юнец умудрился завершить преобразование элемента и успешно удержать ману с атрибутом молнии в одной точке еще до того, как дух успел вселиться и прийти на помощь.
«Но как?!»
В отличие от потрясенного Перкунтры, Ихан не испытал особых трудностей с подчинением этого атрибута. Дело в том, что его образ мышления в корне отличался от мышления других магов. Ихан подошел к проблеме предельно просто. Запрет представлять бьющую небесную молнию вообще не стал для него препятствием. Достаточно было визуализировать над посохом сферу из маны и представить ее в виде аккумулятора.
Для Ихана эта мысль была совершенно очевидной!
Представить образ электричества, накапливающегося внутри сферы подобно заряду, не составило никакого труда. Видимо, такой подход идеально резонировал с его природой, благодаря чему задуманное удалось с первой попытки. На самом деле, эта стихия ощущалась даже стабильнее остальных...
«Проще, чем он описывал. Развел тут панику на пустом месте».
Ихан позволил себе эту грубую мысль. Если подумать, Перкунтра вел себя как паникер еще с их первой встречи в карцере. То же самое было и с огнем...
— А у тебя... неплохой талант к молниям!
— Правда?
Ихан отреагировал на удивление равнодушно. Услышав уже не первую похвалу относительно атрибутов, он начал подозревать неладное. Может, ему говорят это просто из вежливости? Уверенность в себе крайне важна для начинающих магов, вот ему и твердят постоянно: «У тебя талант к такому-то атрибуту!».
Это безразличие передалось и Перкунтре. Дух опешил. Чтобы дух уровня Перкунтры снизошел до похвалы — это была величайшая редкость.
— Думаешь, я лгу?! У тебя и впрямь талант!
— Да... Что ж, возможно.
Ихан рассудил так: либо его талант к молниям прорезался из-за привычки к «молниеносной» зубрежке перед экзаменами, либо магия этого атрибута оказалась куда проще, чем все говорят. Скорее всего, на 99% верно второе...
— Так когда вы переместитесь в мою руку? — с недоумением спросил Ихан.
Перкунтра сам попросил одолжить ему руку, а теперь почему-то бездействовал. Возникли какие-то проблемы?
— Жди. Вхожу!
«Надеюсь, он не страдает забывчивостью вдобавок ко всему прочему».
Если у него проблемы с памятью в сочетании с биполярным расстройством, то, каким бы могущественным ни был этот дух, в следующий раз стоит трижды подумать, прежде чем его призывать. Пока Ихан размышлял об этом, Перкунтра вселился в его руку.
— А теперь сосредоточься на заклинании, которое я тебе передам.
Перкунтра собирался передать Ихану свою собственную магию. Обычно магия духов отличалась диким и своенравным характером, но если великий дух Перкунтра одолжит свою силу руке мага, то даже новичок вполне сможет с ней справиться.
.
Это была магия 2-го круга, которую дух собирался доверить Ихану. Принцип был прост. Преобразовать ману в атрибут молнии и выстрелить! Не было нужды придавать ей форму острой стрелы или копья, равно как и вплетать другие сложные свойства. Для молнии этого было более чем достаточно.
— Тварь довольно крупная. Вы уверены, что этого хватит? Мы просто ее не разозлим?
— Да послушай ты хоть раз духа, который старше тебя в тысячи раз! Прекрати пререкаться!
Возглас Перкунтры прозвучал чуть ли не умоляюще. То, что этот юнец не страдал высокомерием, конечно, радовало, но от его чрезмерной осторожности у духа внутри все буквально закипало. Но даже так Ихан не спешил слепо повиноваться. Перкунтре пришлось смириться с фактом, что заставить этого проклятого контрактора подчиниться можно лишь с помощью железной логики и рациональных доводов.
— Слушай внимательно. Молния — самый разрушительный и дикий из всех элементов.
«Из уст духа молнии это звучит с каким-то особым подтекстом».
— Другие элементы в их чистом виде не так-то просто использовать для атаки.
С этим Ихан был согласен. Чтобы превратить ту же магию воды в полноценное боевое заклинание, требовалось добавить несколько дополнительных слоев. Помимо атрибута «Воды», нужно было задать форму — «Сферы» или «Копья», а затем наложить поверх эффект «Управления».
— Но с молнией все иначе. Она сама по себе обладает чудовищной разрушительной мощью.
— Но ведь пламя тоже...
— Ей не нужно придавать форму! Не требуется и сложное прицеливание! Достаточно лишь попасть в цель! — Перкунтра оборвал Ихана на полуслове и продолжил. — Тот призванный питомец изначально был обычным растительным монстром, но благодаря студентам, скрестившим его со всякой всячиной, приобрел крайне сложную природу. И именно поэтому он стал еще более уязвимым к молниям. Подумай сам. Твоя главная цель сейчас — спасти схваченных учеников, верно? А не убить эту тварь?
— Ваша правда.
— В таком случае «Малой молнии» будет более чем достаточно! Куда бы ты ни попал, в тот же миг тварь отпустит всех пленников. Сила молнии заставит ее содрогнуться! Да и сражаться с тобой у нее нет резона. Она вдоволь напилась маны, поэтому после такого удара предпочтет сбежать!
«Звучит убедительно».
Логика Перкунтры возымела действие. Как ни крути, тысячелетний дух знал, о чем говорит. походила на знакомое Ихану .
Они были схожи тем, что мана преобразовывалась лишь на уровне базового атрибута перед запуском, а также способностью парализовать противника.
Разница заключалась лишь в том, что наносила гораздо больший физический урон и, в отличие от проклятия, от которого было легко увернуться или которое можно было заблокировать, совершенно не оставляла врагу шансов на защиту. В текущей ситуации это было крайне эффективное заклинание.
— Понял. Приступаю!
— Наконец-то! Давно пора!
Пропустив ворчание духа мимо ушей, Ихан взмахнул посохом и произнес заклинание:
— Разразись, молния Перкунтры!
— Отлич...
Видя, как сгусток маны с атрибутом молнии успешно устремился к цели, Перкунтра уже открыл рот, чтобы похвалить юношу. Но в следующий миг дух с запозданием осознал неладное. Объем маны молнии, сконденсированный в сфере, оказался несоизмеримо больше, чем он предполагал.
«...???????!!!»
Перкунтра вдруг понял: пока они тратили время на пустую болтовню, Ихан все это время бессознательно продолжал накапливать ману.
«Нет!!»
* * *
Пока ученики Башен Синего Дракона и Белого Тигра гнались за лозовым монстром, студенты Башен Феникса и Черной Черепахи поступили куда благоразумнее. Они отправились на поиски профессора Гарсии.
— Профессор! Сюда!!
К счастью, им удалось отыскать идущую по коридору профессора. Рядом с ней парил директор-скелет, а чуть поодаль шагал профессор Волади, но ученики даже не удостоили их взглядом.
— Скорее! Это срочно!
— Успокойтесь.
Профессор Гарсия взмахнула посохом. Вопящие ученики мгновенно утихли. Земля под ногами дрогнула и плавно вытолкнула профессора Гарсию вперед. Вместе со студентами она понеслась быстрее ветра.
— Нам сюда?
— Да! Да!
К счастью, следы, оставленные лозовым монстром, еще не исчезли. Вскоре в поле зрения профессора Гарсии попал лозовый монстр, отбивавшийся от преследователей.
Ученики Башни Белого Тигра взяли его в кольцо и рубили мечами, но атаки не приносили особого успеха. Напротив, чудовище утаскивало их одного за другим.
Профессор Гарсия подняла посох, собираясь для начала нанести удар, который парализует лозового монстра. Но в этот самый миг прямо из воздуха вырвался ослепительный разряд толстой молнии.
Тр-р-р-р-есь!
Сорвавшись с места, молния врезалась прямо в туловище лозового монстра. Несмотря на приличное расстояние, профессор Гарсия явственно ощутила колоссальную мощь, заложенную в этом разряде. У нее буквально волосы встали дыбом.
— ■■■■■■...
Лозового монстра не просто ударило током — он обгорел до состояния обугленной головешки. Схваченные ученики посыпались на землю, словно осенние листья. Профессор Гарсия торопливо взмахнула посохом, обеспечив падающим студентам мягкую посадку.
— Вы в порядке?!
— Уэ-э-э-э...
Глядя на бьющихся в судорогах учеников, профессор на мгновение испугалась, что монстр выкачал из них ману сверх всякой меры. Поскольку этот лозовый монстр питался маной, для неопытных магов попасть в его ловушку грозило тяжелейшими внутренними травмами.
Жрица Тиджилин, которая и привела профессора, с тревогой смотрела на своих товарищей. Все ли с ними хорошо?
— Какое счастье!
Услышав облегченный вздох профессора Гарсии, Тиджилин тоже немного успокоилась. К счастью, похоже, все обошлось.
— Никто не ранен?
— Нет. Все целы. Разве что нас немного ударило молнией.
— ...?
Тиджилин опешила.
А это точно считается «все целы»?