Глава 500
— Асан. Мне кажется, эту песню...
Ихан уже хотел было сказать другу: «Может, ее стоит запретить?».
— Эту песню точно стоит показать.
— Угх. Обидно. Если бы и я сочинил что-нибудь стоящее, тоже показал бы. А мою «Один день в карцере» профессор раскритиковал в пух и прах.
— Не вешай нос. Сочинишь что-нибудь хорошее в следующий раз.
— ...
Ихан решил просто промолчать.
«Видимо, он и впрямь очень известный человек, раз они так реагируют».
Он огляделся по сторонам, но, к сожалению, среди слоняющихся без дела студентов Йонелл не было.
«Будь Йонелл здесь, мы бы хоть разделили это чувство отчужденности».
Все-таки лучше быть асоциальными вдвоем, чем в одиночку.
Ихан позволил себе весьма невежливую по отношению к Йонелл мысль.
Скрииип
— !
При звуке открывающейся двери студенты пригнулись. У всех, кроме Ихана, в глазах сверкало предвкушение.
«А? И правда пришел?»
На самом деле Ихан не особо верил словам друзей.
Слишком уж много в Эйнрогарде ходило нелепых слухов.
«Ребята! На следующей неделе армия Его Величества Императора свергнет директора-скелета и освободит школу!»
«Ребята! На следующей неделе приедет новый директор, и правила школы изменятся!»
«Ребята! Со следующей недели в меню добавят мясо!»
...Обычно ни один из этих нелепых слухов не подтверждался. И если спросить, кто пустил слух, никто уже не мог вспомнить.
Однако, к всеобщему удивлению, в открытую дверь вошел незнакомый человек с улицы.
Пожилой зверолюд-черепаха, укутанный в слегка потрепанное, но плотное пальто, опустил футляр с инструментом и медленно, словно изучая, окинул взглядом главный корпус.
В его осанке и движениях чувствовались та непринужденность и достоинство, которые присущи лишь барду с многолетним стажем.
Хоть Ихан никогда не видел лица Ифадура, он был уверен, что перед ним именно он.
«У знаменитостей определенно другая аура».
— Поистине прекрасное место. Лорд Гонадалтес.
— Ха-ха. Господин Ифадур, чье имя известно всей Империи, вы слишком снисходительны. Вы, повидавший красоты всей Империи.
— Вовсе нет. История, пропитавшая это здание, просто поражает воображение.
— ...
Студенты не просто пригнулись, они буквально распластались по полу. Ихан посмотрел на них с сожалением.
«Эти идиоты даже не удосужились выяснить, где находится директор-скелет, и вытворяют такое».
Если подумать, вероятность появления директора-скелета при визите знаменитости извне была весьма высока.
Первым делом следовало выяснить его местонахождение, а если это не удавалось, базовой тактикой было устроить пожар где-нибудь возле кабинета директора, чтобы отвлечь его туда.
«Нас заметили».
Когда директор-скелет повернул голову в их сторону, Ихан понял, что их раскрыли.
Впрочем, учитывая количество студентов, остаться незамеченными было трудно.
«Пытаться сейчас спрятаться — удел новичков. Нужно сделать ставку на присутствие гостя и действовать уверенно».
— Господин директор! Добрый вечер!
— !?!
— ????
Распластавшиеся по полу друзья решили, что Ихан сошел с ума.
Директор-скелет, видимо, тоже не ожидал, что Ихан вот так открыто вылезет, и окинул его недовольным взглядом.
— Д-да. Добрый вечер. И что же вы там делаете?
— Проходя мимо, мы с горечью заметили, что пол в прославленном Эйнрогарде загрязнился, и решили немного прибраться.
— ...Д-да, все верно.
— Это мы так убирались.
Студенты на полу принялись неистово тереть полы всем телом, чтобы показать, что они и вправду занимались уборкой.
Директор-скелет, глядя на первокурсников, которые сбежали с дежурства и несут подобную чушь, лишь цокнул языком.
— Похвальное рвение, даже не верится. Значит, завтра профессор Вердус придет убираться вместо вас?
— Благодарю вас. Если позволите, можем ли мы поздороваться с гостем?
— Это будет для меня честью. Меня зовут Ифадур.
— Ох! — Писк! — Кх!
— ?
Ихан опешил, когда его друзья, попытавшиеся было встать, с криками рухнули на пол.
«Магия?»
Но дело было не в магии. Они просто не знали, куда деваться от переполнявших их эмоций, и дрожали как осиновые листы.
Ихан был лишь озадачен, а вот директор-скелет смотрел на них с нескрываемым презрением: «И эти меднолобые идиоты — студенты Эйнрогарда?».
— Нет бы магией заниматься, так они всякой ерундой увлекаются.
— Прошу прощения. Лорд Гонадалтес.
Ифадур, видимо, привыкший к подобным реакциям своих поклонников, лишь с легкой улыбкой извинился.
— Вам не за что извиняться. А вы берите пример с Воданаза. Он, если не считать дурной привычки готовить для вас, с головой погружен в магию.
«Почему это дурная привычка...»
«Если все будут так погружаться в магию, как Воданаз, кто-нибудь точно умрет, разве нет?»
— Идемте. Господин.
— П-подождите минуточку!
Обычно первокурсники, за исключением Ихана, не осмеливались и слова сказать в присутствии директора-скелета.
Даже если не брать в расчет его колоссальный статус, сама по себе его подавляющая аура великого мага вгоняла первокурсников в ступор.
Однако порой любовь побеждает страх.
Пылая сильной любовью к Ифадуру, первокурсники смогли преодолеть свой страх.
— Г-господин Ифадур! Н-не могли бы вы послушать... песню, которую я сочинил?
— Эй...
Директор-скелет впервые за долгое время почувствовал стыд.
Он пригласил Ифадура исключительно ради магических исследований.
Хотя в древней, первобытной или божественной магии музыка занимала довольно важное место, в современной имперской магии всё было иначе.
Магия, основанная на музыке, считалась весьма маргинальным направлением.
Маги часто создавали образ людей, отрешенных от мирской суеты, но на деле это было невозможно. Они, как и все, были подвержены влиянию обыденных факторов.
Магия, использующая музыку, была ярким примером направления, которое трудно поддавалось систематизации из-за непредсказуемости: (Этот перевод распространяется бесплатно на LiNovel.ru. Поддержите переводчиков, читая оригинал там.) она менялась в зависимости от исполнителя и его настроения в данный конкретный момент.
Однако в последнее время некоторые старшекурсники Эйнрогарда заинтересовались этой магией и начали ее изучать.
Более того, когда даже среди второкурсников под влиянием старших появились те, кто стал серьезно задумываться об этом направлении, директор-скелет больше не мог оставаться в стороне.
Долг лорда Эйнрогарда — прокладывать путь магам, если у них есть к этому стремление.
Именно поэтому он и пригласил Ифадура.
Чтобы в беседе с выдающимся бардом составить учебную программу для музыкального направления магии.
Иначе зачем бы директору-скелету понадобилось приглашать барда в Эйнрогард?
Если тот сочинит какую-нибудь сатирическую песенку и распустит ее по Империи, разгребать последствия будет слишком хлопотно...
Так или иначе, наставник терпит неудобства и старается ради своих учеников, а они просят оценить какую-то нелепую песенку — это было просто возмутительно.
«Не будь здесь посторонних, я бы отправил их в карцер».
— Думаете, я позвал его сюда, чтобы он ваши песенки оценивал? С дороги. Не путайтесь под ногами.
— Лорд Гонадалтес. Раз уж мы здесь, может, послушаем хоть разок? Судьба, как-никак.
— ...
Директор-скелет внутренне скрежетнул зубами, но кивнул.
Он не мог показать свое истинное лицо, пока не вытянет из Ифадура всё, что ему нужно (а при необходимости и печать на контракте профессора).
До тех пор он должен был оставаться добрым и великим магом.
— Пой. Пой. Ах ты ж иди...
— Господин директор. Гость смотрит.
Шепот Ихана привел директора-скелета в чувство.
Из-за того, что эти меднолобые идиоты вывели его из себя, он чуть было не сорвался и не показал свою обычную натуру.
— Спасибо.
— Не за что.
— А ты вообще что здесь делаешь? Бьюсь об заклад, ты даже не знаешь, кто такой господин Ифадур.
Слова директора-скелета ударили Ихана в самое больное место.
Он, конечно, и правда не знал, кто это, но слышать такое от директора-скелета было почему-то неприятно.
— Вовсе нет. Как я могу не знать господина Ифадура, знаменитого имперского барда? За кого вы меня принимаете?
— Тогда назови хоть одну его песню.
— ...Ой. Асан уже начинает петь.
Ихан поспешно сменил тему, а директор-скелет лишь цокнул языком, мол, «я так и знал».
Если бы все студенты были так же помешаны на магии, как этот Воданаз, управлять Эйнрогардом было бы куда проще.
— Эйнрогард. Эйнрогард. Как же здесь хорошо.
— ...
Ихан отчетливо почувствовал, как атмосфера стала такой же ледяной, как при применении магии льда Пэнэринами.
— Место, где всегда ждет теплая еда и мягкая постель. Эйнрогард.
— Зачем этот меднолобый идиот поет такую гнусную песню перед гостем? Люди еще подумают, что это я его заставил!
— Вряд ли.
Но Ифадур уже с недоумением смотрел то на Асана, то на директора-скелета.
Будучи опытным бардом, он сразу понял, что есть что-то странное в том, что новичок поет хвалебную песню о своей организации.
— Неужели лорд Гонадалтес...?
— Нет! С чего бы мне!
— Асан сочинил это из чистых и искренних чувств.
Не выдержав, вмешался Ихан.
Если пустить все на самотек, после окончания встречи Асана могли отправить в карцер за клевету на директора.
— Вы хотите сказать, что выходец из семьи высших аристократов был настолько тронут теплой едой и мягкой постелью?
С недоверием спросил Ифадур.
Как ни крути, закрадывалось подозрение, что песня была написана под принуждением.
Ихан стиснул зубы и на ходу сочинил оправдание.
— ...На самом деле, у этого есть своя предыстория. Поступая в Эйнрогард, студенты приходят сюда запуганные до смерти всевозможными слухами. Но, поняв, что слухи оказались ложными, он и сочинил эту песню.
— А-а!
— ...
Лица друзей, стоявших рядом с Иханом, исказились в сложных гримасах.
У них в горле застряли слова: «Нет, здесь нет ни теплой еды, ни мягкой постели».
— Прошу прощения. Я все неправильно понял. Лорд Гонадалтес.
— Ничего. Бывает.
— Мелодия прекрасна, но текст немного слишком... прямолинеен, это могут принять за откровенную лесть. Думаю, более тонкие метафоры подошли бы лучше.
Пока Ифадур давал советы Асану, директор-скелет посмотрел на Ихана и произнес:
— Я когда-нибудь говорил, как сильно я тебя ценю?
— О. И что же вы мне дадите?
— ...Я просто спросил.
Ихан сверкнул на него глазами.
* * *
Выслушав песню первокурсника, дав советы и даже оставив автограф, Ифадур обратился к директору-скелету:
— Лорд Гонадалтес. На самом деле у меня есть к вам просьба.
— Говорите всё, что угодно.
— Могу ли я осмотреть окрестности школы? Это бы очень помогло моему поэтическому вдохновению.
— Хотите сочинить песню об Эйнрогарде?
Директор-скелет старался не подавать виду, но Ихан почувствовал скрытую в его голосе неохоту.
Конечно, песня об Эйнрогарде — это не так уж и плохо.
Если Ифадур напишет хвалебную оду, насколько же вырастут пожертвования и инвестиции в этом году?
Однако директор-скелет прекрасно понимал, что контролировать язык барда по своему желанию невозможно.
Не напишет песню — и проблем не будет...
— Именно так!
— Хорошо. Давайте прогуляемся вместе.
— Мне очень неудобно просить об этом, но не мог бы один из студентов составить нам компанию? Думаю, он сможет показать мне всё в ином свете, нежели вы, милорд...
При этих словах Ифадура лица друзей приняли такое выражение, будто у них случился сердечный приступ.
Они беззвучно кричали, хватая друг друга за грудки и наступая на ноги, пытаясь вырваться вперед.
— Воданаз. Иди сюда.
— А? Господин директор. Я собирался пойти спать...
Директор-скелет, применив незаурядную пространственную магию, переместил увольнительную прямо в передний карман пальто Ихана.
Ихан с выражением глубокого восхищения прекрасной магией кивнул.
— Принимать гостей — большая честь для нас, студентов.