Глава 499
Оставив позади приунывшего Рэтфорда, Ихан встал перед зеркалом.
[Новый владелец?]
«Хм».
Ихан вспомнил все, чему его учил Дирет.
Как следует вести себя при разговоре с анонимным старшекурсником из Эйнрогарда?
— Разумеется, новый. Стал бы я держать его у себя годами, чтобы только сейчас вспомнить и открыть? Что за идиотские вопросы? Черт возьми. Твое счастье, что мы в школе, будь мы в гильдии, я бы тебя уже вверх тормашками повесил.
[Ты из Башни Черной Черепахи?]
«О. Работает?»
Раз маскировка сработала, Ихан решил не сбавлять обороты.
Рэтфорд, издалека поглядывавший на слова, которые Ихан писал на зеркале, скорчил весьма кислую мину.
«Он что, совсем свихнулся?»
Кажется, даже в гильдии воров таких буйных не водилось...
— Не смей, наглец, меня прощупывать. Я пошлю своих людей, и они упекут тебя в карцер.
[Понял. Давай перейдем к делу.]
Хотя они общались лишь с помощью текста, Ихан уже составил на удивление четкое представление о собеседнике.
Ему показалось, что тот был весьма хладнокровен и невозмутим.
Впервые столкнувшись с кем-то, кто сходу начинает бросаться угрозами, он даже не повел бровью и спокойно продолжил разговор.
«Старшекурсник, возможно, из Башни Синего Дракона или Башни Феникса?»
Он мог и ошибаться, но этот вариант казался ему весьма правдоподобным.
[Мне нужна трава синего сияния. Минимум три мешочка. Что-нибудь знаешь?]
* * *
Собеседник по ту сторону зеркала с холодным выражением лица ожидал ответа.
Трава синего сияния не была из разряда абсолютно недоступных, но и к распространенным ее отнести было нельзя.
К тому же этот реагент в основном использовался на старших курсах, поэтому у второкурсников или третьекурсников он редко водился.
Собеседник по ту сторону зеркала упомянул траву синего сияния не только потому, что она действительно была ему нужна, но и потому, что с помощью этого простого вопроса он мог кое-что выяснить о том, с кем имеет дело.
Если у того была информация, высока вероятность, что он как минимум с четвертого курса, в крайнем случае — с третьего.
Судя по грубой манере общения, скорее всего, он из Башни Черной Черепахи, а если точнее — из гильдии каменщиков.
— Знаю.
«Значит, и правда студент Башни Черной Черепахи не младше третьего курса».
Собеседник по ту сторону зеркала быстро разложил всё по полочкам.
Хотя манера общения этого студента Башни Черной Черепахи была грубоватой, его это не волновало.
В конце концов, никто и не ждал изысканных и вежливых бесед, пользуясь подобными артефактами.
Главное — это польза.
К тому же такие грубые и надменные типы, как этот студент Башни Черной Черепахи, обычно редко совершали ошибки.
А значит, как партнер по сделке он был еще более привлекателен.
[Если сойдемся в цене, давай меняться. Чего ты хочешь?]
— Мне нужна магия, чтобы эффективно подавлять гигантов в горах. Знаешь что-нибудь?
«...Четвертый курс или выше? Только не говорите, что пятый».
Собеседник по ту сторону зеркала был откровенно удивлен.
Ищет способ подавить гигантов в горах.
Что же он задумал?
«Может, там есть какой-то путь к отступлению через горы? Но даже в этом случае нет смысла лезть туда?»
Такие существа, как гиганты, обладающие колоссальным сопротивлением магии, всегда были страшным сном для любого волшебника.
На схватку с ними можно было бросить всю доступную магию, и этого все равно оказалось бы мало, поэтому лучшим решением было просто не связываться с ними.
Да и если честно, собеседник не мог сходу припомнить ни одной магии, которая была бы по-настоящему эффективна против гигантов. Гиганты — это не те противники, которых можно взять хитростью.
[К сожалению, нет. Не знаю.]
Это было немного унизительно, но ему пришлось признать свое неведение. Студент Башни Черной Черепахи некоторое время молчал, а затем ответил:
— Ты бесполезен. В нашей гильдии...
Собеседник по ту сторону зеркала слегка нахмурился.
Он, конечно, знал, что у студентов из гильдий сильно развито чувство принадлежности, но сталкиваться с этим напрямую было донельзя утомительно.
Какой вообще прок от этого чувства принадлежности для мага?
Тут бы на своем собственном пути сосредоточиться...
[Что-нибудь еще?]
— Среди школьных големов есть такой, который использует пространственное перемещение. Мне нужна магия, чтобы его подавить. Знаешь?
— ...
Собеседник по ту сторону зеркала уставился на текст расширившимися от удивления глазами.
Каждый задаваемый вопрос поражал воображение.
Обычно он не задавал подобных вопросов, но от удивления собеседник машинально спросил:
[Если есть голем, использующий пространственное перемещение, не лучше ли его просто избегать?]
— Вот поэтому вы, те, кто не проливал кровь и пот в гильдии... Ты предлагаешь просто сбежать, столкнувшись с трудностями?
— ...
Студент Башни Черной Черепахи после этого разразился еще несколькими строками нравоучений.
Собеседник по ту сторону зеркала, признав свою ошибку, терпеливо всё снес.
— Ладно. Раз не знаешь, ничего не поделаешь. А как достать следующие ингредиенты, знаешь?
* * *
«Как-то удается его дурить».
Ихан с облегчением выдохнул.
К счастью, собеседник, похоже, так и не понял, что Ихан — первокурсник.
Раз уж всё так обернулось, ни в коем случае нельзя было раскрывать себя.
Позже, на втором курсе, ему всё равно придется общаться со старшекурсниками, и ему совершенно не хотелось, чтобы его школьная жизнь пошла наперекосяк уже со второго года.
«Трава синего сияния...»
Реагент, который чаще применялся в магии высокой сложности, нежели низкой.
В основном его использовали в магии зачарования, алхимии и тому подобном.
Собеседник по ту сторону зеркала и не подозревал, что сам понемногу выдает о себе информацию.
Ему и в голову не могло прийти, что по ту сторону сидит безумец, который посещает занятия всех магических школ.
«Старшекурсник, специализирующийся на магии зачарования, алхимии... если брать шире, то вплоть до магии трансформации...»
Учитывая, что Ихан с самого начала предполагал, что это старшекурсник, просьба о траве синего сияния лишь укрепила его подозрения.
Самой большой удачей сегодня было то, что Ихан кое-что знал об этой траве.
Вероятность того, что первокурсник мог знать ее местонахождение, стремилась к нулю, но Ихан не так давно видел коробку с травой синего сияния в магической башне профессора Урэгорыма, в Павильоне Рога на третьем этаже.
Лаборатория №17 в лабиринте третьего этажа!
Та самая лаборатория, где пространство было настолько искажено, что вода со стола текла прямо в потолок.
Среди хранившихся там реагентов он отчетливо видел траву синего сияния.
Профессор Урэгорым и представить не мог, что его ученик-первокурсник запомнит реагент, лежащий в углу лаборатории на третьем этаже.
«Но неужели одолеть гиганта или голема и впрямь так сложно?»
Ихану стало немного не по себе.
Конечно, он задал эти вопросы, чтобы произвести впечатление и скрыть, что он первокурсник.
Но реакция собеседника оказалась несколько иной, чем он ожидал.
Казалось, он воспринял вопросы Ихана как нечто совершенно абсурдное.
«Я, конечно, догадывался, что задания профессора Волади из ряда вон выходящие, но, увидев такую реакцию...»
Ему стало немного... нет, очень горько.
[Цветок синего меанила, зимний хасо... Я знаю, как их достать.]
— !
Ихан просиял.
Перечисленные собеседником ингредиенты были нужны для зелья усиления предвидения, о котором Ихану рассказывала Йоанен из семьи Мейкин.
До промежуточных экзаменов у него не было времени его сварить, но теперь он собирался попробовать снова.
«Учитывая сложность промежуточных экзаменов, предвидение в этой школе просто необходимо».
Даже Ихану казалось, что полагаться исключительно на свои силы будет непросто. Нужно было какое-то подспорье.
— Договорились.
[Будешь первым?]
— Да.
Ихан решил рискнуть тем, что собеседник может просто сбежать, получив информацию.
В таком случае он планировал сразу же пожаловаться профессору Урэгорыму.
Однако смелость Ихана натолкнула собеседника на совершенно другие мысли.
«Решительный и бесстрашный. Если среди студентов Башни Черной Черепахи с таким смелым и безрассудным характером появился кто-то, кто варит зелья...»
Обычно собеседник не проявлял праздного любопытства к подобным вещам, но этот случай был особенным.
Ему стало любопытно, что это за студент, раз он задает такие вопросы.
— То, что ты ищешь, находится в Павильоне Рога на третьем этаже, в лабиринте, лаборатория №17.
— ...!
Собеседник по ту сторону зеркала был поражен еще больше.
Каким образом этот студент Башни Черной Черепахи узнал местонахождение травы, спрятанной в глубинах Павильона Рога?
«Он определенно углубленно изучает алхимию».
[Ты лучший ученик профессора?]
— Думай что хочешь. А теперь. Говори то, что обещал.
Кем бы ни был этот студент Башни Черной Черепахи, собеседник по ту сторону зеркала подумал, что он поистине жесток.
Жестокость была базовым навыком любого студента Эйнрогарда, но даже с учетом этого случаи, когда лучший ученик профессора так легко сливал информацию, были редкостью.
Он определенно был хладнокровным типом, готовым на всё ради своей выгоды.
* * *
— Готово. Надо будет потом забрать.
Закончив сеанс связи через зеркало, Ихан поднялся, приводя в порядок свои записи.
В отличие от разговора с Диретом, беседа с этим анонимом была изматывающей и полной напряжения.
Но и результат того стоил. Подготовка к варке зелья усиления предвидения была завершена.
«До финальных экзаменов успею закончить».
— Господин Воданаз. У меня к вам вопрос.
Рэтфорд, который с середины разговора в открытую наблюдал за происходящим, осторожно поинтересовался.
— В чем дело?
— Где вы вообще набрались таких словечек? Мне кажется, даже ребята из нашей гильдии так не разговаривали... Ваш собеседник ничего не заподозрил?
— Я просто скопировал манеру Салко, и что?
— ...
Рэтфорд ужаснулся.
Неужели у Тутанта был такой имидж!?
«Ему об этом точно лучше не рассказывать».
Но еще больше поражало то, что это сработало.
— Надо будет попросить ребят из Башни Белого Тигра принести это.
На всякий случай Ихан решил поручить это задание студентам Башни Белого Тигра.
Если там окажется ловушка или информация будет фальшивой, друзья из Башни Белого Тигра с радостью пожертвуют собой.
Завершив все дела, они покинули базу и заметили на первом этаже группу слоняющихся без дела студентов.
Те, кто был на дежурстве, конечно, могли выходить, но обычно ночные прогулки были верным путем в карцер.
Удивленный тем, как открыто они разгуливали, Ихан спросил:
— Вы чего тут делаете?
— Ик! ...А, это ты, Воданаз. ...Ох!
«Этот парень что, сейчас еще раз испугался?»
Испугаться, подумав, что это призрак или нападающий — это еще можно понять, но почему он испугался еще раз, узнав, что это Ихан?
— Мы тут по дежурству. Не придумывай всяких глупостей.
— Если вам поручили дежурство, то вы должны работать, так почему вы здесь? Что-то не похоже на дежурство.
— ...
Студенты с виноватым видом переглянулись.
В конце концов один из студентов Башни Белого Тигра, сдавшись, прошептал Ихану:
— Воданаз. Пусть это останется между нами. Говорят... сегодня прибудет гость.
— Что?!
Ихан искренне удивился.
Гость в выходные.
Конечно, в Эйнрогард порой приезжали люди извне, но если студенты так ждали этого гостя, то это мог быть только один человек.
— Неужели это имперский чиновник, прибывший с инспекцией в Эйнрогард?
— ...Чего? С чего бы нам его ждать?
Студент Башни Белого Тигра посмотрел на Ихана как на сумасшедшего.
Какой смысл не спать всю ночь и слоняться здесь, ожидая имперского чиновника.
— Тогда кто?
— Ифадур!
Не только студент Башни Белого Тигра, но и студенты Башни Синего Дракона уставились на Ихана взглядами, полными предвкушения.
Словно ожидая, что Ихан, услышав это имя, ахнет: «Ох! Неужели он приедет!?».
К сожалению, Ихан их разочаровал. Он был в недоумении.
— А кто это?
— ...
— ...Тот самый... бард... Ифадур... не знаешь? Он очень известен... даже в имперских газетах про него писали...
— Я такие рубрики не читаю. Извините.
Ихан попытался утешить поникших друзей. Асан с предвкушением произнес:
— А я хочу показать ему песню, которую сам сочинил.
— ...?
Ихан склонил голову набок.
Если это песня, которую сочинил Асан...
[Эйнрогард. Эйнрогард. Как же здесь хорошо. Место, где всегда ждет теплая еда и мягкая постель. Эйнрогард.]
«Разве эту лживую песню не должны были запретить имперским законом?»