Глава 344
— Так точно!
— ...
Когда Ровена поспешно ответила вместо него, Ихан уставился на нее в полнейшем шоке.
Однако та, не заметив его взгляда, с радостным лицом продолжила:
— Наш Воданаз изучает и другие виды магии, но все равно пользуется особой благосклонностью профессора.
«У этих ребят из Башни Белого Тигра и правда ни капли такта», — мысленно сокрушался Ихан.
Как можно было вот так с ходу заявлять, что он его ученик, даже не зная, враг их собеседник профессору Вердусу или друг?
— Вот как.
— Вы тоже знаете профессора Вердуса, господин Пуё?
— Было дело, он как-то раз пытался отпилить от меня кусок.
— ...
Повисла ледяная тишина.
Имперская принцесса и Ихан одновременно посмотрели на Ровену.
Их взгляды словно говорили: «И что теперь прикажешь делать с этой атмосферой?».
В отличие от Ихана, способного быстро найти компромисс даже между демонами преисподней, Ровена таким талантом не обладала.
Она растерялась и в конце концов выдавила из себя:
— И... отпилил?
— ...Слушай... ну это уже ни в какие ворота...
Даже Клтран цокнул языком, настолько нелепым был этот вопрос.
Не в силах больше на это смотреть, вмешался Ихан:
— Просто невероятно. Как бы там ни было, пытаться отпилить кусок от другого — это уже слишком. Хоть я и учусь у профессора, я всегда считал подобное поведение неприемлемым.
— В-верно. Да и Воданаз вовсе не по своей воле пользуется его благосклонностью. Какой нормальный человек захочет вкалывать на профессора во время каникул?
Когда Клтран попытался оправдаться, Пуё махнул рукой, показывая, что в этом нет нужды.
— То, что у меня счеты с учителем, не значит, что я буду держать зло на ученика. Да и профессора Вердуса я, в общем-то, понимаю. Будь я на его месте, тоже захотел бы отпилить кусочек. Тело полукровки древесного духа — редкий и ценный материал.
Обычно полукровки духов рождались у тех, чьи предки заключали контракты с духами.
Сила, дремлющая в крови, пробуждалась в последующих поколениях.
Поэтому их плоть действительно представляла собой ценный материал.
«М-да. Сумасшедший».
Конечно, это объяснение ничуть не успокоило студентов.
В тот самый миг, когда Пуё произнес «будь я на его месте, тоже захотел бы отпилить кусочек», они уже записали его в ряды безумцев, тянущих как минимум на 0,5 профессора Вердуса.
«Неужели все маги зачарования не в своем уме?»
— Впрочем, меня сейчас больше интересует не то, что было между мной и профессором Вердусом, а другое. Говорите, он пользуется его благосклонностью?
— Это некоторое преувеличение.
— Вы встречались с ним вне занятий?
— Э-э... да.
— И работали вместе?
— Ну... да.
— Он позволял тебе работать в своей мастерской?
— Нет... то есть...
— Разве это не тот вопрос, на который можно ответить просто «да» или «нет»?
— ...Да.
— Выходит, все-таки пользуешься.
Ихану было до глубины души обидно, но возразить ему было нечего.
— Профессор Вердус обычно так не нянчится с учениками. Должно быть, твой талант и впрямь выдающийся.
— Это все из-за маны.
Ихан попытался объясниться.
Мол, у меня много маны, и профессор Вердус, как заправский бандит, положил на нее глаз...
Выслушав объяснения, Пуё удивленно кивнул.
— Так вот в чем дело!
— Да. Профессор Вердус...
— А, нет, я не о том. Когда ты вошел, я почувствовал жуткое, пугающее давление.
— ...
Ихан с запозданием вспомнил, что Пуё — полукровка духа.
Раз тот ничего не сказал, он решил, что все в порядке...
— Правда?
— Да. Но не бери в голову. Я видывал гостей и поопаснее тебя.
— Что-то это не особо утешает.
Ихану стало горько.
Если сказать человеку с бандитской физиономией: «Не переживай! Ты выглядишь лучше, чем самые опасные преступники Империи!», это вряд ли его утешит.
— Но все же это немного странно. Зная характер профессора Вердуса, сколько бы у ученика ни было маны, если у него нет способностей, он бы ни за что не позволил ему участвовать в работе.
— Видимо, ему настолько сильно была нужна эта мана.
Цинично пробурчал Ихан, но Пуё не принял этот ответ, а заинтересовался еще больше:
— Ты говорил, что первокурсник? Магию зачарования какого круга ты смог успешно сотворить?
— ...Четвертого...
— Что? Я, кажется, ослышался.
— Четвертого... круга...
На мгновение повисла тишина.
И друзья Ихана, и Пуё уставились на него во все глаза.
Как ни крути, первокурснику такое заклинание было явно не по зубам.
— Понятно.
— Дело в том, что...
— Нет, подробности мне знать ни к чему.
Прервал Ихана Пуё, не желая вдаваться в предысторию.
Заставил ли его профессор Вердус силой, или Ихану просто повезло — важно было лишь то, что он добился успеха.
Этого было достаточно, а какие там обстоятельства за этим стояли, не имело никакого значения.
— Раз уж вы работали с профессором Вердусом, значит, создали несколько простых артефактов. Что именно ты сделал?
Похоже, Пуё всерьез заинтересовался: он взял бумагу и перо и начал расспрашивать.
Ихан осторожно ответил:
— Мы делали магические фейерверки.
— Магические фейерверки. Для первокурсника это должно быть сложновато.
— ??
Слушавший их Клтран удивленно спросил:
— А разве на лекциях было такое?
— Меня вызывали отдельно, и мы их делали.
— ...
«Да сколько раз они этого Воданаза вызывали?»
В сутках у всех двадцать четыре часа, но тут явно что-то не сходилось.
Почему казалось, что день Воданаза в несколько раз длиннее, чем у остальных?
— Магические фейерверки... И все на этом?
— Господин Воданаз, а как же щит?
Шепотом подсказала Ровена. Ихан ласково ответил:
— Огромное, блин, спасибо.
— ...Р-разве я сказала что-то не...
— Щит? Что за щит?
— Ну, тот, что парит, сам защищает и...
— Он же еще и отражал атаки.
— Отражал?!
Когда вмешался Клтран, Ихан крепко зажмурился.
«Кажется, я понимаю, почему Башня Синего Дракона и Башня Белого Тигра вечно цапаются».
— Отражение мы накладывали отдель...
— Даже атрибут отражения... Честно говоря, я удивлен.
Чем быстрее скрипело перо Пуё, тем тревожнее становилось Ихану.
Обычно профессора частенько проделывали нечто подобное, и для Ихана это редко заканчивалось чем-то хорошим.
Пуё въедливо расспросил его обо всем до конца, а затем с удовлетворенным видом отложил перо.
— Понятно. Теперь ясно, почему профессор Вердус работал с тобой.
— Вообще-то, профессор ни разу не сказал мне ничего хорошего...
— Это потому, что у него такой характер. Судить надо не по словам, а по поступкам. Я много слышал о выдающихся способностях студентов Эйнрогарда, но это и впрямь поразительно. Хм... Не подойдешь ли сюда?
Пуё указал вглубь мастерской, куда раньше заходить не разрешал.
Увидев это, Ихан почувствовал неладное.
Ощущение было точь-в-точь таким же, как когда его звал профессор Вердус.
— Господин Пуё. Можно ли Ее Высочеству пойти со мной?
— ?!
Имперская принцесса, думавшая, что Ихан сходит туда один, растерялась.
— Господин Воданаз...!
— Какой же Воданаз все-таки заботливый.
Ровена и Клтран восхитились его внимательностью.
Разделить с другом возможность осмотреть мастерскую Пуё!
Однако имперская принцесса была иного мнения.
У нее возникло стойкое ощущение, что Ихан просто не хочет идти один.
— Как пожелаешь. Хоть я и не спрашивал, но уверен, что и она не обделена талантом.
— Сказали, что можно. Идемте.
Услышав слова Ихана, имперская принцесса кивнула, мысленно упрекая себя.
Как она могла сомневаться в добрых намерениях друга, проявившего к ней любезность, опираясь лишь на какое-то предчувствие.
Такое высокомерие было недостойно члена императорской семьи.
— ...Спасибо, что позвал.
— Не за что. Только, если господин Пуё даст нам задание, поможете мне, хорошо?
— ...!!
Имперская принцесса с ужасом уставилась на Ихана, шагающего впереди.
Так вот оно что...?!
* * *
— Попробуйте-ка обтесать эти посохи.
Пуё протянул им куски дерева и листки с чертежами.
Ихан и имперская принцесса сели на стулья в глубине мастерской и молча принялись за работу.
Ихан спиной чувствовал на себе пристальный взгляд принцессы, но притворялся, что ничего не замечает.
«Буду избегать ее взгляда, пока не выйдем отсюда».
Обычно, когда зовет профессор, лучше идти с другом.
Можно разделить обязанности, а главное — если случится худшее, всегда можно принести друга в жертву и сбежать самому.
Конечно, был один незначительный минус: друг потом мог затаить обиду.
— Великолепно.
Пуё был доволен работой обоих студентов.
Что касается Ихана, то, учитывая услышанное и поручительство профессора Вердуса, ожидания были высоки, и юноша их ничуть не обманул.
Его уровень уже сейчас превосходил навыки иных начинающих магов зачарования.
То же касалось и имперской принцессы.
Наслушавшись одних лишь рассказов ее последователей, Пуё немного сомневался, но, увидев, как ловко работают ее руки, понял: магия у нее в крови.
Обтесывать посох — это не просто вырезать деревяшку по картинке.
С каждым срезом нужно чувствовать поток маны вокруг посоха и придавать ему форму так, чтобы не нарушить это течение.
Маг без должного чутья ни за что бы не справился с этим, сколько ни тренируйся, поэтому результаты их работы радовали еще больше.
После этого Пуё дал им еще несколько заданий, с которыми они блестяще справились.
Наконец, окончательно убедившись в их способностях, Пуё заговорил:
— Не желаете ли до конца каникул поучиться магии зачарования в моей мастерской?
— !
Предложение Пуё было отнюдь не просто предложением работы.
Пуё был признанным мастером артефактов не только в Грандене, но и во всей Империи.
К тому же он славился своей придирчивостью: далеко не каждого мага он брал к себе в ученики.
Само по себе предложение работать у такого мастера уже возвышало репутацию. А ведь они были всего лишь первокурсниками.
Имперская принцесса кивнула.
— ...Я приложу все усилия.
Словно в знак благодарности Пуё добавил:
— Не скажу, что работа будет легкой, но вы, несомненно, многому научитесь...
Договаривая фразу, Пуё вдруг кое-что понял.
Ответила только имперская принцесса.
— У тебя, случайно, нет других планов?
Заминка Ихана озадачила не только Пуё, но и имперскую принцессу.
Сам же ее сюда притащил, а теперь хочет соскочить — что за абсурд?
Тук-тук-тук-тук-тук!
Проигнорировав тычки имперской принцессы, Ихан осторожно спросил:
— Эм... Я бы хотел кое-что уточнить.
— Спрашивай.
— А платить будут?
Для Ихана это был принципиальный вопрос.
Один эксплуататор в лице профессора Вердуса, не платившего ему ни гроша, у него уже был.
И каким бы великим магом зачарования ни был Пуё, Ихан не горел желанием пополнять ряды своих поработителей.
— Конечно. Ты сейчас пошутил?
Не поняв вопроса Ихана, Пуё удивленно склонил голову.
Студент уровня Ихана не должен был задавать таких вопросов — это казалось нонсенсом.
— Да. Это была шутка. Прошу прощения. Я тоже хочу работать! С нетерпением жду начала.
— Взаимно.
Ихан пожал протянутую руку Пуё.
Если здесь еще и платили, мастерская Пуё становилась просто отличным местом работы.
Но самым главным было то, что он получит свободный доступ к редким материалам.
Наверняка среди них найдется парочка отбракованных?
«Неужели он будет против, если я заберу их для практики?»
Мысленно ликуя, Ихан вдруг вспомнил кое о чем и спросил:
— Кстати, а профессор Вердус не будет недоволен, если узнает, что я работаю у вас?
— Об этом можешь не беспокоиться.
Услышав мгновенный ответ Пуё, Ихан успокоился.
Среди магов зачарования на такие вещи явно закрывали глаза по молчаливому согласию.
— А. Как и ожидалось, маги зачарования уважают личные границы друг...
— Просто тот, у кого увели ученика, — неудачник.
— ...