Глава 225
На следующее утро.
Студенты Башни Синего Дракона с изможденными лицами вышли в гостиную.
Они хоть и вытрясли из нежити информацию о том, по каким лекциям будут короткие тесты, но...
...по сути, это мало что изменило.
Ведь учиться в любом случае приходилось им самим.
Лекций было не одна и не две, и почти по всем намечались короткие тесты, так что им оставалось делать?
Только не спать всю ночь и зубрить.
— ...Погоди. Ихан. Что это ты ешь?
Йонелл почувствовала что-то неладное и спросила.
Ихан ел закуски, которые принесла нежить.
— Только не говори, что это то, о чем я думаю?
— Ты о закусках от нежити? Да, это они.
Спокойно ответил Ихан.
Конечно, лучше всего было бы выбросить такую еду, но в реальности всё не так идеально.
В условиях нехватки припасов выбрасывать съестное было слишком расточительно.
К тому же, на Ихана эти закуски никак не действовали. Он уже проверил это вчера.
«А ведь они до смешного вкусные».
Кто бы их ни испек, закуски директора-скелета были просто бесподобны.
— Воданаз... Нам ты отдавал нормальную еду... а сам ешь эту отраву...
Остальные студенты позади него со слезами на глазах смотрели на Ихана.
Выросшие в семьях высших аристократов, они не привыкли к тому, чтобы кто-то жертвовал собой и ел испорченную пищу ради них.
— Она не испорчена. Очень даже вкус...
— Все видели? Мы обязаны отплатить Воданазу за его преданность.
— Гаинандо, учись уже! Хватит перебирать свои карточки!
— Да я уже всё выучил!
Глядя на то, как друзья сами себя мотивируют, Ихан лишь пожал плечами и взял следующий кусок.
* * *
.
Профессор Альпен Найтон был слегка удивлен энтузиазмом, проявленным студентами Башни Синего Дракона.
Разумеется, пылкий энтузиазм и хорошие оценки — вещи разные.
— Студент Гаинандо. Насколько я знаю, вы близки со студентом Воданазом, так что вам лучше бы позаниматься с ним отдельно и пересдать тест.
— ...М-может, я просто поучусь у него? А на итоговом экзамене всё сдам хорошо. Обещаю!
.
Профессор Розине Флюворк всячески подбадривала студентов.
— Вы все просто молодцы. С такими выдающимися студентами будущее Империи в надежных руках. Студент Ричмонд, тридцать семь баллов. Великолепно. Студент Чоджон, тридцать три балла. Очень хорошо. Студент Воданаз. Хм. Отличная работа.
— ?
— А почему она не назвала баллы Воданаза...
Озадаченные студенты Башни Синего Дракона мельком взглянули на трехзначное число в контрольной Ихана и дружно прикусили языки.
Порой тот факт, что твой друг учится слишком хорошо, мог сильно ранить.
«Пусть это останется нашей маленькой тайной».
«Эти болваны из других башен еще должны быть благодарны за нашу тактичность».
* * *
Вечер.
Профессор Ингердель, любуясь закатом в ожидании студентов, с недоумением смотрел на радостно бегущих к нему учеников.
— У вас что-то случилось?
— Никак нет, профессор!
— Пожалуйста, начните лекцию!
Студенты Башни Белого Тигра смотрели на профессора полными любви глазами.
Весь день ученики Башни Белого Тигра страдали от коротких тестов.
Неудивительно, что они видели ореол святости за спиной профессора Ингерделя, который не устраивал им никаких проверок.
— Ха! Ха-а!
— Хи-я!
Оставив в стороне увлеченно размахивающих деревянными мечами студентов Башни Белого Тигра, Ихан обратился к профессору Ингерделю:
— Кстати, профессор. Я хотел кое о чем спросить...
— Я так и знал. Вы собираетесь спросить о слабых местах скального дрейка, верно?
Сказал профессор Ингердель с видом всезнайки.
— ...Вовсе нет.
Ихан едва не изменился в лице.
Кто-нибудь мог подумать, что у него со скальным дрейком кровная вражда!
— Разве нет?
— С чего вы вообще это взяли...?
— Директор сказал, что в следующий раз вы, Воданаз, наверняка попытаетесь одолеть его в одиночку...
— ...
— Видимо, он ошибся. Так о чем вы хотели спросить?
— На самом деле, во время боя со скальным дрейком...
Профессор Ингердель посмотрел на него взглядом, ясно говорящим: «Вы же только что сказали, что это не так».
Ихан постарался как можно быстрее объяснить, в чем дело.
— ...я осознал подобное изменение свойств маны, но вот думаю, пойдет ли это мне на пользу...
— Это безусловно пойдет вам на пользу!
Профессор Ингердель обрадовался так, будто это была его собственная победа.
Изменение свойств маны было тем, что невозможно освоить без должного таланта, даже изучая тайные техники семьи с самого детства.
А тут столь юный мечник сам догадался, как менять свойства своей маны.
Это был прекрасный знак, предвещающий, что в будущем он сможет создать свой собственный стиль фехтования.
— Гении, посвятившие свою жизнь фехтованию, всегда создавали свой собственный путь меча. Такой завершенный стиль — это не просто набор движений, а гордость и честь мечника.
— Эм...
Ихан замялся.
Разговор зашел слишком далеко.
«Меня совершенно не интересует создание собственного стиля».
У Ихана не было никаких амбиций оставить свой след в истории имперского фехтования, создав собственный путь меча.
В конце концов, разве он записался на лекции по фехтованию не ради легких оценок?
Меч Лазурной Скалы, которому его обучил Аларлон, был и без того превосходным стилем, поэтому Ихан не собирался его менять или переосмысливать.
— Студент Воданаз. Попробуйте внедрить это изменение свойств маны в свое фехтование. Тогда вы естественным образом найдете свой собственный меч.
Внезапная необходимость насильно вплетать изменение свойств маны в свои тренировки с мечом привела Ихана в еще большее замешательство.
Искусство Ихана, Меч Лазурной Скалы, уже находилось на весьма высоком уровне завершенности.
И это было неудивительно, ведь он практиковался с самого детства.
Но если теперь добавить сюда недавно осознанное изменение свойств маны, это неизбежно вызовет массу путаницы, пока он не привыкнет заново.
Разумеется, Ихан этого совершенно не хотел.
Он всего лишь хотел узнать, что это за явление и как его лучше использовать...
— Профессор. Я ведь еще не до конца овладел циркуляцией маны. Если я погонюсь за двумя зайцами и попытаюсь изменить её свойства, не притупится ли мой меч?
— Ничего страшного, студент Воданаз. Путь меча не настолько узок, да и вы не обделены талантом. Вы вполне способны совмещать и то, и другое.
— ...
Ихан, стиснув зубы, кивнул. А затем уныло отвернулся.
В этот момент подошел Торгю и сказал:
— Я слышал, Ихан. Ты собираешься применить изменение свойств маны в фехтовании? Поразительно. Ученики нашей башни пока только осваивают циркуляцию маны, а об изменении свойств даже не помышляют.
— Ну, ты же знаешь, как серьезно я отношусь к фехтованию.
— Само собой. Даже в нашей башне редко встретишь студента с такой же искренней страстью к мечу. Думаю, сейчас все наши друзья чувствуют твою целеустремленность.
— ...
Ихан лишь мысленно вздохнул, видя, как Торгю воспринимает его иронию за чистую монету.
Впрочем, Торгю в этом не виноват...
— Не мог бы ты помочь мне со спаррингом? Уйдет немало времени, прежде чем я привыкну к этому стилю, а остальные ребята вряд ли станут со мной церемониться.
— Конечно, Ихан. Хотя я уверен, что и другие вошли бы в положение, если бы ты им всё объяснил.
«Что-то я сильно в этом сомневаюсь».
Ихан скрестил свой деревянный меч с мечом Торгю.
Раз уж профессор Ингердель заговорил об этом, то на каждом занятии он будет спрашивать: «Как продвигаются ваши успехи с новым стилем?», так что Ихану придется продемонстрировать хоть какой-то результат.
«Моя первая цель... научиться разрушать равновесие противника».
К счастью, у Ихана перед глазами был наглядный пример.
Во время визита оруженосцев из ордена Белого Тополя он видел рыцаря, использующего Поглощающий Меч.
Рабда из семьи Энге слегка обволакивал свой клинок маной с притягивающим свойством, нарушая равновесие противника при каждом столкновении.
На более высоком уровне наверняка существовали и куда более сложные приемы, но Ихану они были ни к чему.
Главное — достичь уровня, достаточного, чтобы с гордостью показать профессору Ингерделю плоды своих тренировок!
— А что это они делают?
— Говорят, Воданаз тренирует Поглощающий Меч.
— Что? Разве это не техника семьи Энге?
— Этот Воданаз...
Ученики Башни Белого Тигра смотрели на Ихана со смесью удивления и восхищения.
Имея и без того выдающиеся навыки фехтования, он не останавливался на достигнутом, а упорно трудился над созданием новых приемов.
Поистине, его жажда мастерства не знала границ.
— Мы тоже не должны отставать!
— Воданаз! В страсти к фехтованию тебе нас не превзойти!
«Как же хочется врезать каждому из них».
Ихан, с трудом отбиваясь от атак Торгю и то и дело спотыкаясь, вскипал от внутреннего гнева.
Он и так уже был сыт по горло этим непривычным стилем...
Ему казалось, будто он вернулся в те времена, когда только начинал осваивать азы фехтования.
— Ихан. Ты в порядке?
— Да. Продолжаем.
Независимо от своего настроения, Ихан был из тех, кто, если нужно, делал всё без колебаний.
И хотя всё это его жутко раздражало, но если того требовал профессор Ингердель, что он мог поделать?
Оставалось лишь стиснуть зубы и выдать результат.
«Когда следует атака — останавливаю. Еще одна атака — снова останавливаю».
Вместо того чтобы демонстрировать изящные и плавные движения, Ихан полностью сосредоточился на защите.
Поскольку само изменение свойств маны было задачей не из легких, ему пришлось пожертвовать остальным.
Он преследовал лишь одну цель.
В момент вражеской атаки притянуть ее маной с эффектом Поглощения и остановить движение клинка.
Клац, клац, клац, клац—
Быстрые удары Торгю градом сыпались на лезвие, пока в одно мгновение его меч, не сумев вернуться на исходную позицию, не замер в воздухе.
— Только что! Ты видел это, Ихан?!
— Да, видел.
Ихан с облегчением выдохнул про себя.
«Ну вот, хотя бы один раз получилось».
Бездумно вливать ману в руки, не заботясь об ее расходе, и точно дозировать ее, чтобы не сломать деревянный меч, — это совершенно разные уровни сложности.
Мечники, еще не достигшие уровня, на котором мана течет через клинок так же естественно, как по собственному телу, вынуждены были каждый раз насильно выжимать из себя ману и вливать её в оружие.
Это вело к огромным растратам энергии, но иного выхода у них не было.
Однако такого человека, как Ихан, заботила совсем иная проблема.
Проблема в том, что от переизбытка влитой маны деревянный меч мог попросту разлететься в щепки!
Для применения Поглощающего Меча ману нужно было вливать при каждом столкновении клинков, что требовало еще большей концентрации.
— Твой стиль, Ихан, — это искусство тяжелого меча, мощного и сокрушительного. Если ты сможешь разрушать равновесие противника одной лишь защитой, твои контратаки станут воистину смертоносными.
— Спасибо, Торгю.
— Ну что ж. Давай продолжим.
— ...Разве мы не можем немного передохнуть?
— Ихан. О чем ты говоришь? Если не закрепить озарение сразу же, оно не отпечатается в теле!
Торгю искренне удивился, не понимая, как такой опытный мечник, как Ихан, мог сказать подобную глупость.
Профессор Ингердель тут же вмешался:
— Именно так, Воданаз. Вам лучше продолжить.
— По правде говоря, у меня заканчивается мана...
— ?
— ...Забудьте. Продолжаем, Торгю.
— Хорошо. Понял!
Ихан, собиравшийся сослаться на нехватку маны, сдался и обреченно вздохнул.
«Проклятье. А я ведь просто хотел передохнуть...»
И Торгю, и профессор Ингердель слишком хорошо знали Ихана, и в этом была проблема.
Они прекрасно понимали, что он способен на большее, и поэтому беспощадно гнали его вперед, не давая ни секунды отдыха.
* * *
На следующий день.
Разминая ноющие мышцы, Ихан направился к аудитории профессора Волади Багрека.
После вчерашней тренировки с непривычным стилем фехтования всё его тело гудело от боли. Ихан, который обычно держался до последнего, вечером буквально рухнул в кровать без задних ног.
«Как же страшно открывать эту дверь».
Встреча с ним внушала ужас даже в идеальном состоянии, а уж в таком разбитом и подавно.
С такими мыслями Ихан открыл дверь.
— Здравствуйте.
Профессор Волади Багрек, стоявший неподвижно, словно каменная статуя, заговорил, как только Ихан занял свое место.
— Ты освоил «Парящий ледяной щит»?
— А? Эм... пока еще нет.
— К бою.
— Погодите.
— ?
— Скальный дрейк...
Едва произнеся эти слова, Ихан горько пожалел об этом.
Зачем он сам вырыл себе могилу, если профессор Волади даже не поднимал эту тему?
— Хочешь узнать слабые места скального дрейка?
— Вовсе не...
— Значит, директор был прав. Как я уже говорил, ты слишком торопишь события.
— ...
Ихану стало по-настоящему обидно.