Глава 190
— Магия зачарования — это действительно очень интересно.
— ...
Студенты, всё ещё наполовину закоченевшие от холода, слегка опешили от слов профессора, бобра-зверолюда.
«И что нам с этого?»
— Итак, магия зачарования, способная защитить от холода — это...
— ????
— Профессор? Эм, это всё, что вы можете сказать о магии зачарования?
То, что профессор Библе собирался сразу перейти к сути, привело студентов в ещё большее замешательство.
До сих пор профессора, приходившие обучать их новой магии, обычно начинали с чего-то вроде:
«Эта область магии представляет собой то-то и то-то, используется в Империи так-то и так-то, имеет такие-то перспективы...»
Но профессор Библе решил пропустить всё это и сразу перейти к делу.
«Разве так можно?»
— А что такое? Я же всё сказал.
— Ну... что вообще из себя представляет магия зачарования... как она применяется в Империи и как взаимодействует с другими видами магии?
Спросил один из студентов Башни Белого Тигра, подняв руку.
Профессор Библе любезно ему ответил:
— Об этом узнаете сами. Итак, чтобы защититься от холода...
— ...
Магия зачарования интересовала студентов куда больше, чем можно было подумать.
Особенно это касалось учеников Башни Белого Тигра.
Будь то прямое усиление тела или улучшение экипировки, магия зачарования была крайне полезной для рыцарей.
Да и не только для них: поскольку эта магия сама по себе была невероятно практичной, студенты из других башен тоже проявляли к ней немалый интерес...
«Кажется, профессор немного не в себе».
«Хотя, если так подумать, другие профессора ничуть не лучше».
«Но и не учить её нельзя... Я ведь собирался изучать магию зачарования...»
— Студент Ихан. Студент Ихан.
Профессор Гарсия применила магию телепатии и послала Ихану мысленное сообщение.
— ?
— Студент Ихан, помогите, пожалуйста.
«Да вы издеваетесь...»
Ихан опешил.
«Я ведь тоже первокурсник!»
«Если честно, разве этим не должен заниматься профессор или его помощник?»
Однако Ихан всё же кивнул.
Его взгляд случайно упал на угол преподавательского стола, который профессор Гарсия только что разнесла в щепки.
«Какой хороший студент».
Профессор Гарсия, не заметив страха Ихана, была просто до глубины души тронута.
Как такой добрый мальчик вообще оказался в Эйнрогарде...
«М-да. Это будет непросто».
Получив просьбу профессора Гарсии, Ихан задумался.
На самом деле, если преподаватель хотя бы нормально отвечает на заданные вопросы, его уже можно считать хорошим.
А профессор Библе Вердус, разумеется, был сумасшедшим.
Поразмыслив немного, Ихан выработал стратегию.
— Профессор. Одинаково ли применяется магия зачарования на одушевлённых и неодушевлённых объектах?
— Что? Нет! Что ты такое несёшь? Конечно же, нет.
Профессор Библе отреагировал так, словно Ихан сморозил полнейшую глупость.
— А почему нет?
— Да потому что, само собой разумеется...
Профессор Библе с энтузиазмом пустился в объяснения.
Накладывая магию зачарования на живое существо, всегда нужно опасаться обратной реакции, и именно поэтому круг доступных чар весьма ограничен...
— Вот как.
— Зачем ты вообще об этом спрашиваешь? Ты не мог этого не знать.
— Прошу прощения, профессор.
— Итак. Теперь перейдём к защите от холода...
— Кстати, профессор. Я слышал, что тот, кто изучает магию зачарования, в итоге умрёт с голоду...
— Что!? Нет! Не умрёт!
Подскочив на месте, возмущённо возразил профессор Библе.
— Разве это не так?
— Абсолютно не так!
Глядя на профессора Библе, который с жаром принялся доказывать обратное, профессор Гарсия почувствовала нечто сродни благоговейному трепету.
Это было поистине гениально.
Словно этот мальчик был рождён, чтобы стать её учеником...
«...Хотя, если подумать, звучит это как-то не очень».
* * *
— Ох! Из-за тебя мы впустую потратили кучу времени!
— Прошу прощения, профессор.
Профессор Библе продолжал ворчать, но лица студентов заметно расслабились.
Ах, так вот что такое магия зачарования!
— Перейдём к защите от холода. Вообще-то, вам не дано освоить магию зачарования, защищающую от низких температур.
— Почему это?
Спросил один из учеников Башни Белого Тигра.
Профессор Библе ответил так, будто его спросили о чём-то само собой разумеющемся:
— Потому что вы тупые.
— ...
— Вы, первокурсники, должны начинать с магии укрепления бумаги.
— ???
Ихана слова профессора Библе смутили по совершенно другой причине.
«Меня-то он заставил сразу делать магические фейерверки!»
«Это что, дискриминация студентов?»
— Профессор! Вы слишком нас недооцениваете!
Не выдержав, взорвался один из студентов Башни Белого Тигра.
Студенты, пережившие адский период промежуточных экзаменов, были слегка переполнены ничем не обоснованной уверенностью в себе.
Тем не менее, это был слишком импульсивный поступок. Сидящие рядом друзья в ужасе ахнули.
— Я вас не недооценивал.
— А?
Реакция профессора превзошла все ожидания.
— Я просто констатировал факт. Разве не так, Воданаз?
— ...
Ихан притворился, что не замечает профессора Библе, который внезапно к нему обратился.
«Я вас не знаю!»
— Как бы то ни было, вам нужно защищаться от холода, так что придётся вас научить.
Профессор Библе взмахнул посохом.
В воздухе появился кусок хорошо выделанной кожи. Профессор наложил на кожу заклинание.
Вспышка!
— А теперь попробуйте сами.
— ...Профессор Вердус. Пожалуйста, хотя бы произнесите заклинание вслух, когда показываете...
В конце концов профессор Гарсия не выдержала и вмешалась.
* * *
.
Магия, временно наделяющая выбранный неодушевлённый объект способностью сопротивляться холоду.
Для Ихана это заклинание было довольно знакомым.
Всё потому, что в прошлый раз, во время создания магических фейерверков, профессор Библе заставил его выучить магию .
Проблема заключалась в том...
«...что это магия 3-го круга...»
Первокурсники обычно изучают магию 1-го и 2-го кругов, а тут им с порога подсовывают магию 3-го круга.
Если он хотел отбить у студентов всякий интерес к магии зачарования, то это был лучший способ.
— О кожа, отторгни холод!
— Кожа отторгает холод!
Однако нужда всегда диктует свои условия: суровая, полная леденящего холода среда Эйнрогарда закалила студентов.
Удивительно, но нескольким ученикам удалось успешно применить магию.
Конечно, строго говоря, это был не идеальный успех.
Ведь магия зачарования изначально считалась проваленной, если не удавалось реализовать полный эффект заклинания.
От заколдованной студентами кожи исходило лишь едва уловимое тепло.
Но даже достичь подобного результата в первый же день обучения было невероятно круто.
И даже с учётом того, что вся школа была пропитана холодом, это было поистине поразительно...
— Профессор! Ну как?
— Какое же это сопротивление холоду! Выйдешь в таком на улицу и тут же насмерть замёрзнешь!
— ...
Ихан заметил, как кулаки профессора Гарсии крепко сжались.
Она сделала глубокий вдох, чтобы вернуть себе самообладание.
Такими темпами студенты, у которых был талант и интерес к магии зачарования, могли попросту разбежаться.
— Студент Ихан. Прошу прощения, но я вынуждена попросить вас ещё об одной услуге. Не могли бы вы помочь ребятам из других башен?
— Профессор. Я ведь тоже ещё не освоил .
Ихан с растерянным видом посмотрел на профессора Гарсии.
Из-за того, что он объяснял принципы магии зачарования сидящим рядом друзьям, он сам даже посохом ни разу взмахнуть не успел...
— Попробуйте.
— ...О кожа, отторгни холод!
Вспышка!
Магия идеально легла на кожу. Профессор Гарсия кивнула с таким видом, словно так и знала.
— Вот видите. А теперь, пожалуйста, помогите остальным.
— ...Профессор. Это сработало с первого раза по чистой случайности, и лишь потому, что я до этого изучал магию . В обычных условиях так не бывает.
Робко сопротивляясь, Ихан всё же поднялся с места.
Ему почему-то было ужасно обидно.
Спустя час.
Благодаря стараниям профессора Гарсии и Ихана, к концу занятия появилось немало студентов, чья магия была довольно близка к завершённой форме.
Конечно, профессор Библе даже не подумал никого хвалить.
— Ничего страшного, что у вас не получается. Что уж тут поделаешь. Как вы можете добиться успеха, если вы бездарны и тупы? Было бы странно, если бы всё получилось. Всё в порядке.
— ...
И без того мёрзнущие студенты совсем приуныли.
Но профессора Библе это ничуть не волновало, и он продолжил:
— Магия зачарования — штука увлекательная, так что те, кто хочет её изучать, заходите ко мне. Понятно?
— Да...
— Спасибо...
Ихану стало интересно, сколько же человек в итоге осмелятся зайти в мастерскую профессора Библе.
«Неужели мне придётся посещать его занятия в одиночестве?»
— Студент Ихан.
После окончания лекции, неуверенно обратилась к нему профессор Гарсия.
— Могу я попросить вас ещё кое о чём?
— О какой просьбе идёт речь?
— Вы не могли бы так же помогать студентам из других башен, как делали это сегодня? Я бы с радостью взяла это на себя, но соб... то есть, директор школы мне этого не позволит.
«Она ведь только что чуть не сказала "собака"?»
Ихан посмотрел на добродушное лицо профессора Гарсии.
Ему предстояло помогать несносным ученикам, которые дрожат от одного только его приближения и распускают нелепые слухи.
Ему безумно этого не хотелось, но...
— Да. Я так и сделаю.
Мгновенно ответил Ихан.
Профессор Гарсия одарила Ихана взглядом, полным умиления.
Она не заметила, как Ихан покосился на её кулак.
«Да уж. Именно этой рукой она недавно разнесла стол в щепки».
— Огромное спасибо вам! Студент Ихан. Я обязательно отплачу вам за эту услугу.
— О какой награде может идти речь, после всей той доброты, что вы для меня сделали?
— Студент Ихан, вы просто...
Глаза профессора Гарсии увлажнились.
И откуда только в Эйнрогарде взялся такой замечательный ученик...
* * *
— ...Ох!
— ...Ах!
— Перестаньте издавать звуки каждый раз, когда я взмахиваю посохом.
Ихан с раздражением посмотрел на своих товарищей из Башни Белого Тигра.
Прямо сейчас студенты из Башни Белого Тигра продолжали обучаться у него магии .
И хотя профессор Гарсия им всё объяснила, страх от этого не исчез по мановению волшебной палочки.
Студенты Башни Белого Тигра вздрагивали при каждом взмахе посоха Ихана.
— Так, смотрите. Магическая структура в общих чертах выглядит вот так.
Ихан пером начертил на бумаге направления потоков маны. На листе вырисовался сложный магический контур.
— Поняли?
— Поняли, Воданаз.
— Вот эта часть, эта и вот эта — мысленно опускаются.
Ключевые слова, вроде «холод», «сопротивление» или «зачарование», не требовали сложного управления маной; всё это до определённой степени решалось одним лишь мысленным образом мага.
Если бы каждый элемент приходилось реализовывать потоками маны, магия усложнилась бы в несколько раз.
— Именно так.
— Главное — постоянно повторять вот эти оставшиеся элементы, пока не привыкнешь, верно?
— Да.
— Тогда приступайте к повторению.
— ...Что?
— ???
— Я говорю, повторяйте.
— Эм... А нет ли какого-нибудь другого трюка?
Студенты Башни Белого Тигра надеялись, что Воданаз, выходец из именитого магического дома, раскроет им гениальный секрет тонкого управления маной или подскажет, как сделать мысленный образ более стойким.
— Ничего такого нет. Практикуйтесь, и всё получится.
— Но если мы будем так повторять, то у нас тут же иссякнет мана.
— А-а.
— ...
Студенты Башни Белого Тигра уставились на Ихана.
— Хм. Верно. Повторять не выйдет.
— Воданаз. Мы бы хотели узнать секрет управления маной. Разве на этом этапе, когда ты взмахиваешь посохом, мана не рассеивается и не улетучивается?
— Правда? У меня такого не было.
— ...Воданаз. А когда ты концентрируешь ману вот здесь, у тебя ничего не скручивалось?
— Вроде бы нет...
— ...
Студенты Башни Белого Тигра посмотрели на Ихана ещё более свирепо, чем раньше.
«Ох уж эти гении!»
— Воданаз, а когда ты сам это учил, у тебя возникали какие-нибудь трудности?
— Конечно, возникали.
— О... И какие же? Расскажи.
Студенты посмотрели на него с полными любопытства глазами.
«С чем же мог застрять этот Воданаз?»
— Однажды я вытянул слишком много маны при её перемещении, из-за чего магия чересчур усилилась.
— И что же случилось потом?
— Магия наложилась слишком сильно.
— ...И в каком месте это можно назвать трудностью?