Глава 186
«Черт. Передо мной ведь не Гаинандо».
Ихан запоздало осознал это и пожалел о своем поступке.
Как бы сильно имперской принцессе ни хотелось десерта, она была далеко не Гаинандо, чтобы тащить в рот отравленный торт.
Но руки уже сделали свое дело. Ихан знал лучший способ действий в подобных ситуациях.
— Надо же. Значит, это артефакт, наделенный функциями обнаружения яда и детоксикации.
Серебряная ложка, коснувшись отравленного торта, начала испускать дым, как и раньше, когда сработала магия обнаружения.
В то же время цвет этого дыма медленно менялся. Это служило явным доказательством того, что процесс обезвреживания яда уже начался.
Имперская принцесса несколько раз моргнула, отходя от шока, и, нервно затрепетав ресницами, попыталась было что-то сказать.
И хотя он не знал, какие именно слова сорвутся с ее губ, ничего хорошего ждать явно не приходилось.
— Нам нужно немедленно уходить. Идемте!
Не давая холодному гневу принцессы шанса вырваться наружу, Ихан тут же развернулся и зашагал прочь.
Столкнувшись с поведением Ихана, который прервал разговор и увел ее, даже не попытавшись прояснить недоразумение, принцесса отреагировала с секундным опозданием.
— Да что вы...
— Быстрее!
Ихан, притворившись, что не расслышал, поспешно бросился бежать.
Имперская принцесса с ошарашенным видом уставилась ему в спину.
* * *
Когда они вышли из башни, друзья, вошедшие туда первыми, сидели на земле в совершенно жалком виде.
Анраго был с ног до головы покрыт пылью и грязью, а его одежда превратилась в лохмотья, будто его кто-то хорошенько избил.
Салко же промок до нитки, с макушки до пят, словно только что вылез из реки.
Большинство остальных ребят выглядели ничуть не лучше.
На их фоне совершенно невредимые Ихан и имперская принцесса явно выделялись.
— ...Не то испытание он выбрал.
Директор-скелет пробормотал это с явным сожалением.
Если подумать, на этого мальчишку из семьи Воданаз подобный яд вряд ли бы вообще подействовал.
«Надо же, как ему повезло выбрать именно это!»
— Воданаз. Какое испытание ты проходил, что остался таким целеньким?
Анраго спросил голосом, полным зависти и ревности. Ихан ответил невозмутимо:
— Я цел лишь на первый взгляд. Испытание, через которое я прошел, тоже было весьма опасным. Мне пришлось съесть яд.
— !
— ...!
При этих словах лица друзей резко изменились.
Испытание, где нужно есть яд...
Услышав это, они внезапно осознали, что их собственные злоключения были не так уж и плохи.
— Вот как... Прости меня, Воданаз. Я сказал глупость.
Голос Анраго был полон искреннего раскаяния. Ихан снисходительно кивнул.
— Бывает. Я все понимаю.
— ...
...
Имперская принцесса и директор-скелет в полном недоумении уставились на Ихана.
«Какой наглец!..»
— Не хочешь попробовать пройти еще один этаж? Думаю, тебе это вполне по силам.
— Откажусь, господин директор. Для меня огромная честь получить от вас столь высокую оценку.
«Ну и скользкий же тип».
«Ни за что не пойду».
* * *
Золотой полдень выходного дня.
Студенты Башни Синего Дракона, наслаждаясь долгожданным покоем, развалились по всей гостиной.
Даже имперская принцесса мирно беседовала со своими последователями.
Однако Ихан, аккуратно уложив в корзину рисовые шарики, рисовые пирожки и югву, а также прихватив несколько бутылок с напитками, поднялся со своего места.
— Ты куда? В библиотеку?
С удивлением спросила Йонелл.
Она подумала, что раз он берет с собой столько еды, то, должно быть, собирается в экспедицию наружу или же планирует засесть в библиотеке.
Конечно, идти в библиотеку в такой распрекрасный день было весьма странно, но от Ихана можно было ожидать и не такого.
— Иду отнести передачку.
— ...
Йонелл потеряла дар речи.
Неужели он зайдет так далеко...!?
— Разве тебе обязательно так усердствовать?
— Зато потом я смогу содрать с них втридорога.
— Ихан... Мне кажется, ты слишком добрый.
— Ты вообще слышала, что я только что сказал?
— Даже с учетом этого, ты все равно добрый.
Слова Йонелл озадачили Ихана.
«И в чем тут проявляется моя доброта?»
Лязг!
От самого входа в карцер веяло пронизывающим холодом. Хотя на дворе все еще стояла весна, казалось, будто в этом месте царит совершенно иное время года.
«Как же мне не хотелось сюда возвращаться».
И дело было не только в том, что это карцер — несомненно, такое сильное отторжение вызывала какая-то магия.
Иначе он вряд ли бы испытывал столь жуткое предчувствие.
«Впрочем, зная характер директора-скелета, он бы ни за что не позволил студентам так просто сбегать...»
Даже если студент попадал в карцер, успешный побег гарантировал ему прощение, вот только это правило придумали вовсе не ради учеников.
Оно существовало исключительно для развлечения самого директора-скелета.
В прошлый раз, блуждая по глубинам карцера в поисках выхода на поверхность, Ихан на собственной шкуре убедился, насколько огромны его масштабы.
Тук-тук
— Здесь кто-нибудь есть?
Тишина.
Тук-тук
— Здесь кто-нибудь есть?
— ...Грр. Грр-р. Гр-р-р-р.
— Прошу прощения за беспокойство.
Ихан тут же перешел к следующей камере.
Постучавшись в несколько дверей в поисках запертых студентов, Ихан вскоре понял, что задача будет не из легких.
«Досадно. Похоже, их засунули куда-то очень глубоко».
Он знал, что карцер огромен, но все же рассчитывал, что провалившихся первокурсников разместят поближе ко входу.
Однако, судя по всему, он ошибался.
«Слишком мало информации о карцере. Сравнивать с записями, которые я сделал во время прошлого побега... бессмысленно. Перкунтру я уже призывал, так что в ближайшее время попросить ее о помощи не выйдет».
Спускаясь по лестнице в конце коридора, Ихан подумал, что если и на этот раз никого не найдет, придется искать другой способ.
Тук-тук
— Здесь кто-нибудь есть?
— Кто там?
— !
На удивление, изнутри раздался человеческий голос. Это явно был такой же студент.
— Вы ведь студент?
— Эй. Не знаю, с какого ты курса, но если не хочешь потом нарваться на проклятие, не лезь на рожон и провал... Погоди-ка.
Дирет запнулся.
Голос за дверью показался ему подозрительно знакомым.
В этот момент в голове Дирета мелькнула догадка.
— !
Тот самый первокурсник, который в прошлый раз оказался в соседней камере и нес какую-то несусветную чушь.
И первокурсник, который заявился в Павильон Тьмы к профессору Мортуму, чтобы изучать черную магию.
И, наконец, первокурсник, который во время промежуточных экзаменов поддался на сладкие речи профессоров и, не ведая о собственной неминуемой гибели, бездумно набрал дополнительных курсов.
Образы этих трех первокурсников слились воедино.
— ...Это ты! Это ведь ты, верно?!
«Он что, сумасшедший?»
Ихан вздрогнул.
Как уже подтвердилось ранее, далеко не все узники карцера были нормальными студентами.
Может быть, это какой-то монстр, притворяющийся учеником...
— Ты ведь тот первокурсник из семьи Воданаз? Тот самый, который еще до промежуточных экзаменов выбрал магию стихий, черную магию, магию призыва и магию иллюзий, а в первую же неделю пытался сбежать через подземный ход, но был пойман!
— !
На этот раз настала очередь Ихана удивляться.
Маги этой школы были поистине поразительными.
«Неужели на старших курсах у них появляется способность видеть людей насквозь даже из карцера?»
— Откуда вы все это знаете?
— В смысле, откуда? Я же в прошлый раз сидел в соседней камере, а на промежуточных экзаменах помогал профессору Мортуму. Вот и знаю.
— Ах!.. Так это были вы?
Ихан вспомнил старшего сокурсника из соседней камеры карцера, чьего лица он до сих пор не видел.
Этот человек был к нему весьма добр.
Он рассказал ему о существовании Конюшен шпиля (хоть и взял за это взятку в виде закусок), посоветовал не брать слишком много лекций (хоть Ихан его и не послушал), и даже разрешил обращаться к нему неформально...
Подумать только, что это один и тот же человек.
— Погодите-ка. Неужели вы сидите здесь с тех самых пор?
— Сдурел, что ли? Конечно же, я успел выйти и снова сюда загреметь.
Повисло неловкое молчание.
В этот момент Ихан задался вопросом: «Чем вообще занимается этот старший, раз постоянно торчит в карцере?»
И Дирет без труда разгадал его мысли.
— Эй, младший. Ты ведь сейчас подумал, чем я таким занимаюсь, раз постоянно сижу в карцере?
— Как вы могли о таком подумать, старший.
— А почему ты вдруг заговорил так вежливо?
— Просто для меня очень важны манеры.
«Что-то непохоже».
Судя по тому, с какой ловкостью этот младший в прошлый раз пронес в карцер передачку, он с высокой долей вероятности был выходцем из Башни Черной Черепахи.
«...А? Погоди-ка. Выходец из семьи Воданаз — и в Башне Черной Черепахи?»
Дирет озадаченно склонил голову.
В этом явно было что-то странное.
— Ну ладно. Раз уж ты изучаешь черную магию, то вполне можешь называть меня старшим и обращаться уважительно. К тому же, ты у меня в долгу, младший.
— Еще раз спасибо за подсказку с конюшней.
— Да я не об этом! Я про промежуточные экзамены!
— ?
Дирету стало до слез обидно от того, что Ихан совершенно не оценил жертву, которую принес ради него старший товарищ.
Безусловно, во всем был виноват директор-скелет, но человеческое сердце не умеет так легко и четко разделять вину.
— Погоди. Раз уж на то пошло, младший, я ведь тебя предупреждал, когда мы в прошлый раз сидели в карцере?!
Вспомнив это, Дирет почувствовал себя оскорбленным вдвойне.
— С твоими-то талантами на тебя многие профессора глаз положат, так что будь начеку.
Разве он не предупреждал его тогда в карцере?
Прислушайся этот младший к его словам, и Дирету не пришлось бы снова куковать в карцере.
— Ах... Вы про то предупреждение. Разумеется, я принял его к сведению.
— Разве тот, кто принял его к сведению, стал бы творить подобное?!
Дирет окончательно потерял дар речи от возмущения.
Если это он так «принял к сведению», то что в его понимании означает проигнорировать? Записаться вообще на все существующие курсы?
— Вовсе нет, старший. Благодарю за беспокойство, но у меня есть свой план, и я подхожу к выбору лекций весьма рационально.
— ...Ну-ка, расскажи мне о своем рациональном плане. Давай послушаем.
Ихан спокойно перечислил старшему выбранные им дисциплины.
Сначала он выбрал черную магию, потому что она хорошо подходила его способностям; магию призыва он добавил из-за ее невероятной полезности; магия иллюзий тоже оказалась необходимой; над магией зачарования он немного поразмыслил, но она тоже подходила под его предрасположенности, к тому же ее порекомендовала профессор Гарсия Ким, так что он решил изучать и ее...
— Постой. Младший. Магия зачарования?? Разве магию зачарования не изучают после промежуточных экзаменов???
— А. Я по чистой случайности познакомился с профессором чуть раньше.
— Ого... А о том, что по чистой случайности можешь умереть от переутомления, ты не подумал?
— Можете не волноваться. Я все держу под контролем.
Несмотря на сарказм Дирета, Ихан ответил с полной уверенностью.
Однако со стороны Дирету казалось, что Ихан уверенно шагает по пути профессора Гарсии Ким.
По пути Асуры, изучающего все возможные направления магии с самого первого курса!
Как правило, любой первокурсник со здоровой психикой, даже если предмет подходит ему по способностям или кажется полезным, все равно задумывается: «А смогу ли я это потянуть?
Хм. Нет. Это будет слишком тяжело», и нажимает на тормоза.
А вот этот младший перед ним явно рассуждал иначе: «Смогу ли я это потянуть? Хм. Но ведь у меня есть талант, да и штука полезная, так что, пожалуй, выучу еще и это». И так каждый раз...
— Младший. Будь по-настоящему осторожен. Правда-правда осторожен. Прямо очень-очень-очень. Понял?
— Спасибо за заботу, старший.
«Этот паршивец точно меня не послушает».
Дирет почему-то был в этом абсолютно уверен.
— Старший. Я принес немного передачки, не желаете перекусить?
— Что? Передачку? ...Ты точно из семьи Воданаз??
Эта невероятная сноровка первокурсника, пронесшего еду прямо в карцер, не могла не поразить Дирета.
Но еще больше его удивило качество принесенной еды.
Это был вовсе не тот жесткий черный хлеб и остывшие, слипшиеся рисовые шарики, которыми обычно давились первокурсники.
Свежеприготовленные рисовые шарики, мягкие рисовые пирожки с фасолью и хрустящая югва.
Какого черта...?
«Черт. Я отдал ему даже порцию, которую готовил для Гаинандо».
Ихан решил соврать Гаинандо, что еду по пути отобрал директор-скелет.
— ...Не знаю насчет остальных, но третьекурсникам ты точно понравишься.
— Вы так думаете?
— Ага. Я повидал немало младших, но таких, как ты, еще не встречал.
Откусив кусок рисового пирожка, Дирет немного помедлил, а затем все же заговорил.
Ихан накормил его так вкусно и сытно, что он просто не мог отпустить его с пустыми руками.
Хотя за длинный язык ему могли продлить срок пребывания в карцере, он был обязан предупредить парня.
— Младший. Промежуточные экзамены подошли к концу.
— Да.
— Будь осторожен.
— Я всегда осторожен.
— ...Отлично. Очень правильный настрой. Но я имею в виду, будь *еще* осторожнее. Обычно после промежуточных экзаменов школа окончательно сходит с ума.
«Разве здесь можно сойти с ума еще сильнее?»
* * *
На следующий день.
Поднявшись с кровати, Ихан открыл окно своей комнаты.
«Что-то подозрительно холодно».
Ослепительно белый снег завалил башню до самой середины первого этажа.
Ихан невозмутимо кивнул.
— Хм. Оказывается, можно было сойти с ума еще сильнее.