Глава 151
Быстро подсчитывая предметы, профессор Гарсия остановила ход своих мыслей.
В этом не было никакого смысла.
Независимо от их числа, это не отменяло того факта, что выдающийся ученик прямо перед ней находился на грани гибели под тяжестью изучаемой магии.
«Может, стоит его отговорить...»
Профессор Гарсия хотела было заговорить, но осеклась.
А имеет ли она вообще моральное право его отговаривать?
То, что у студента Ихана был гениальный талант к магии зачарования, являлось неоспоримым фактом.
Если зарубить этот талант на корню, это может обернуться колоссальной потерей не только для самого юноши, но и для всей Империи и магического мира.
Да и разве сама профессор Гарсия в годы учебы в магической школе не посещала все лекции, какие только могла?
Разве после этого у нее есть право останавливать Ихана?
Профессор-полутролль решила, что нет.
«...Ладно. Только это. Позволю ему изучать только эту дисциплину».
А вот от следующей магии уже точно отговорю...
— Держись, студент Ихан.
— Как всегда, огромное спасибо, профессор.
Ихан вежливо поклонился и поднялся с места. Профессору Гарсии вдруг стало любопытно, и она спросила:
— Теперь пойдешь веселиться на праздник с друзьями?
— Да.
Взглянув на сундук с сокровищами, который Ихан зажал под мышкой, профессор Гарсия улыбнулась.
Погружаться с головой исключительно в магию на первом курсе — не самая лучшая затея.
Заводить друзей и копить общие воспоминания — тоже важная часть учебы...
— Вот только встречусь с господином Юмидихусом, чтобы получить наставления, а потом схожу к жрецам ордена Афха на тренировку по магии элемента огня.
— ...
Глядя в спину вежливо поклонившегося и уходящего Ихана, профессор Гарсия пожалела, что все-таки не отговорила его.
Юмидихус ждал его, нарядившись так, словно собрался на пикник.
В соломенной шляпе от солнца и штанах из плотной ткани ощущалась та добротность, с которой обычно ассоциируются владельцы загородных ферм.
Однако Ихан не терял бдительности.
«Этот человек — наставник профессора Волади».
Одно только это делало Юмидихуса одним из самых опасных людей в магической школе.
— Можем выдвигаться?
— Вы собираетесь подняться в горы?
— Верно.
Ихан не стал спрашивать: «А что мы будем делать в горах?».
— Если мы идем в горы, я захвачу немного еды и питья.
— Ох... Ты не успел пообедать? Мог бы и поесть перед приходом.
— Что вы, я уже пообедал. Но разве вы не проголодаетесь, господин Юмидихус, пока мы будем подниматься?
— !..
Юмидихус был ошеломлен.
Чтобы ученик заботился о своем наставнике!
Подобного удивительного поведения он никогда не замечал за теми, кто до сих пор приходил к нему изучать магию.
— Господин Юмидихус. Я пришел изучать магию. Когда мы начнем? Давайте поскорее. У меня мало времени.
— Господин Юмидихус. Вы что, презираете меня? Подумать только, что я не справлюсь с таким простеньким заклинанием. Какая наглость!
— Господин Юмидихус. Если говорить объективно, то эта магия не так уж и хороша. Ничего страшного. Все могут ошибаться. Научите меня другой магии.
Стоило ему закрыть глаза, как перед мысленным взором пронеслись слова и поступки всех тех, кто навещал его в прошлом.
По правде говоря, в этом была доля вины и самого Юмидихуса.
Как правило, чем талантливее и способнее маг, тем он высокомернее.
Юмидихус же окружил свою уединенную башню множеством испытаний и ловушек. Маги, способные преодолеть все это и добраться до него, по определению были заносчивыми и бесцеремонными.
«...Как у такого мерзавца, как Волади Багрек, мог появиться такой ученик?»
— Вы в порядке? — растерянно спросил Ихан, видя, что Юмидихус стоит неподвижно с закрытыми глазами.
— Я немного удивлен, но все в порядке. Что ж, с удовольствием приму твое угощение.
— Да.
Ихан развернулся и направился к хижине.
— Профессор. Дайте немного еды.
— ...Я тебе что, склад?!
— Господин Юмидихус сказал, что хочет осмотреть горы. Не можем же мы пойти с пустыми руками.
— ...Я даю это только потому, что знаю, как ты надрываешься на фестивале. Ясно?
— Конечно. Спасибо вам, профессор. Вы у меня один такой.
— Льстец...
Ихан принес корзину, доверху наполненную едой и напитками.
Огромный копченый окорок и сосиски, банка с маринованными огурчиками и овощами, белый хлеб, а к нему — нежный джем и соусы. Вдобавок он «одолжил» черный чай и молоко, которые профессор Урэгорым как раз собирался выпить.
Юмидихус, ожидавший увидеть максимум кусок вяленого мяса и кожаную флягу с водой, был поражен.
— Это все нам?
— Ах, этого мало? Я принесу еще.
— Нет-нет. Этого предостаточно! С лихвой!
Юмидихус, смущенный столь щедрым перекусом, одновременно испытывал восхищение.
Он прекрасно знал, как сильно Гонадалтес издевается над местными первокурсниками. И тем не менее, мальчик перед ним добывал еду так легко, словно доставал ее из собственного кармана.
Поистине выдающаяся хватка.
— Тогда идемте, господин Юмидихус. Я понесу вещи.
— Я усилил их магией, так что они совсем не тяжелые, знаешь ли?
— Но вы собираетесь давать мне наставления, так что будет правильно, если понесу я.
— ...Ты, часом, не планируешь и дальше учиться у Волади Багрека? — невольно вырвалось у Юмидихуса.
От одной мысли о том, что такой мерзавец, как профессор Волади, будет наслаждаться жизнью за счет столь хорошего ученика, у него непроизвольно закипела кровь.
«Поразительно. Просто поразительно!»
Шагая рядом с Иханом, Юмидихус каждые несколько минут приходил в восторг.
И дело было вовсе не в магических способностях или таланте юноши. Насмотреться на них он успел еще в прошлый раз, в подземелье.
Да и вообще, если первокурсник способен в одиночку одолеть агви-ракшасу, нет нужды расспрашивать о его магических способностях или таланте.
Юмидихуса восхищал праведный характер Ихана.
Сияющая добродетель, которую днем с огнем не сыщешь среди выдающихся магов Империи!
Истинную натуру человека невозможно скрывать вечно.
Даже если удастся утаить свои намерения раз-другой, в ходе долгой беседы истинные помыслы непременно вылезут наружу.
Однако Ихан во время разговора не проявил ни капли высокомерия или гордыни. Стоило Юмидихусу обронить хоть слово, как юноша с предельной вежливостью и вниманием прислушивался к нему.
Дойдя до этой мысли, Юмидихус всерьез задумался.
Почему законы этого мира так несправедливы?
«Почему такой ученик достался Гонадалтесу или Багреку?»
Разумеется, в силу своего возраста Юмидихус понимал, что праведники далеко не всегда получают по заслугам... Но ведь это не значит, что судьба должна одаривать таких типов, как Гонадалтес и Багрек.
Это было уже слишком.
«Что это за взгляд?»
Когда Юмидихус окинул Ихана взглядом, полным сложных и противоречивых эмоций, тот напрягся еще сильнее.
Узнав, что перед ним наставник профессора Волади, Ихан и так старался вести себя безупречно, чтобы не дать повода для придирок.
«О чем он думает?»
Юмидихус же лишь с жалостью смотрел на него.
Наконец, старый маг несколько раз цокнул языком и заговорил:
— Взгляни на эту реку.
В горной цепи протекало немало довольно полноводных рек. Юмидихус указал на одну из них своим посохом.
— Если до тебя доходили слухи обо мне, ты должен знать, что я весьма искусен в магии элемента воды.
Ихан кивнул.
На самом деле фраза «весьма искусен» была верхом скромности. Будь он просто «весьма искусен», его слава не разнеслась бы по всей Империи.
— Можешь догадаться, почему я изучаю именно магию элемента воды?
— Это как-то связано с вашей предрасположенностью?
— И это тоже правильный ответ.
Юмидихус взмахнул посохом.
БАБАХ!!
С оглушительным грохотом речная вода мгновенно превратилась в пар и взорвалась. Белый столб взметнулся ввысь, превратился в кучевое облако и рассеялся по округе.
Горные птицы в испуге разлетелись во все стороны. Однако Юмидихус, не моргнув и глазом, произнес:
— Но главный ответ кроется в том, что магия элемента воды лучше всего подходит для боя.
— ...
Лицо юного ученика не дрогнуло. Его словно высеченное из камня лицо молчаливо взирало на реку.
Увидев это, Юмидихус удовлетворенно кивнул.
«Целеустремленный малый».
Тот, кто цепенеет при виде непостижимой для него великой магии, никогда не достигнет высот как маг. Хороший маг при виде такого зрелища должен воспылать духом соперничества и стремиться превзойти увиденное.
«Как и ожидалось от наставника профессора Волади, он тоже внезапно выкидывает безумные вещи», —
подумал про себя Ихан.
Чтобы просто показать боевой потенциал магии воды, устраивать такое пугающее зрелище...
От простого испарения воды взрыва не произойдет. И лишь при резком испарении, когда объем стремительно расширяется, возникает эффект взрыва.
Юмидихус использовал этот принцип, чтобы с помощью магии воссоздать паровой взрыв.
Это было поразительно и удивительно, но взрывать воду без единого предупреждения ученику...
«...разве была в этом необходимость?»
Однако Ихан промолчал.
Потому что Юмидихус его пугал.
Юмидихус, неверно истолковав молчание ученика, спросил слегка повеселевшим голосом:
— Догадываешься, какую магию я тебе только что продемонстрировал?
— Вы быстро испарили воду, чтобы создать ударную волну, не так ли?
— !
Юмидихус по-настоящему удивился.
Если отбросить в сторону огромный запас маны, умение тонко с ней обращаться и превосходный контроль...
«Какая проницательность!»
Выдающийся маг должен обладать глубоким и широким мышлением.
Ученики магов частенько жаловались:
— Мы всего лишь изучаем магию, почему для этого нужно столько разных навыков?
Но ничего не поделаешь. Такова реальность.
Способность мыслить глубоко и масштабно была необходима магу, которому предстояло воплощать свои мысленные образы в реальность.
И мальчишка перед ним уже обладал ею.
Он уже владеет тем, на что у других магов уходят долгие годы странствий по Империи и оттачивания наблюдательности...
Восхитившись талантом юноши, Юмидихусу захотелось по-настоящему прикончить Волади Багрека.
«Этот мерзавец ведь палец о палец не ударил...»
— В точку. Какая проницательность.
— Благодарю вас.
Ихан совершенно не подозревал о мыслях, стремительно проносившихся в голове старого мага.
— Невежественные или неумелые в магии воды волшебники считают, что предел — это призвать воду, собрать ее в сферу и изменить форму. Но это лишь начало. Мир воды... куда шире и глубже.
Юмидихус сжал кулак.
В тот же миг уровень воды в реке резко упал, а окружающая земля начала терять жизненную силу.
«Поглощение влаги!»
Это, несомненно, было удивительно.
Когда речь заходила о магии воды, Ихан, возможно, из-за постоянных издевательств профессора Волади, думал лишь об изменении формы и управлении ею...
Но, как оказалось, можно было безгранично расширять свои возможности, включая испарение или поглощение.
«А я-то думал, что магия воды в бою не особо эффективна. Я ошибался».
— Базовым изменением формы и контролем ты уже овладел. Не так ли?
— Я бы так не сказал.
Ихан сказал это абсолютно искренне, но Юмидихус счел это простой скромностью и пропустил мимо ушей.
— Поэтому ты и тренируешь атрибут вращения. Верно?
— Вовсе нет. Это была случайность.
— Это естественный процесс и путь, который должен пройти каждый маг, но...
«Он что, глуховат?»
Ихан подумал об этом лишь про себя. Ведь Юмидихус мог одним махом высушить всю кровь в его теле, не моргнув и глазом.
— В то же время, если слишком зацикливаться на одном лишь контроле, можно сузить свой кругозор. Я позвал тебя сегодня, чтобы показать, что есть и другие способы управления элементом воды.
Юмидихус говорил ласковым тоном доброй бабушки. Конечно, помня о том, что старик только что вытворял, Ихан не поддался на эту атмосферу.
— Ну что ж. Попробуй и ты.
— ...Что попробовать?
Что именно?