Глава 146
Ихан почувствовал горечь, но ничуть не удивился.
В какой-то мере он именно этого и ожидал.
Если профессор позволит студенту, не выполнившему свою норму, просто пойти отдыхать, то он не настоящий профессор.
— Я всё понял.
— Ха-ха. Не пойми меня превратно, я вовсе не пытаюсь тебя мучить.
— Ха-ха. Разумеется.
Директор-скелет бросил на него взгляд, полный едва уловимого ожидания, словно провоцируя на дерзость, но Ихан не поддался.
— Кстати, профессор Вердус... он всегда такой?
— Да. Профессор Вердус... всегда был с причудами.
Им не требовались долгие объяснения, чтобы понять друг друга.
— Нужно было знать меру. И зачем ты так старался, чтобы привлечь внимание профессора Вердуса... Ц-ц-ц.
— ?
Ихан замер.
Слова директора-скелета показались ему странными по целому ряду причин.
— Оставим в стороне тот факт, что ситуация не позволяла мне делать всё спустя рукава, но я бы не сказал, что я чем-то привлек внимание профессора.
По мнению Ихана, профессор Вердус вовсе не был о нем высокого мнения.
Даже во время занятий магией зачарования он то и дело делал замечания и ворчал.
— Не вышло? Но почему же? Ох-ох. Это ведь так просто...
— Неужели совсем нет таланта?
— Столько неудач... Да... Жаль... Мне даже неловко...
— Столько рвения, а таланта...
Благо, Ихан умел впускать слова профессоров в одно ухо и выпускать из другого, но если бы на его месте оказался любой другой первокурсник, дело вполне могло бы дойти до драки.
— Поверь, это значит, что ты ему безумно понравился. Профессор Вердус из тех, кто обычно вообще не обращает внимания на учеников.
— Разве тут не все так дел...
— Что ты сказал?
— Ничего.
Ихан задумался над словами директора-скелета.
Профессор Библе, конечно, был с чудинкой, но в отличие от Вол... нет, в отличие от некоторых других профессоров, не казался тем, кто будет тащить его на занятия силком.
К тому же, он не возлагал особых надежд на таланты Ихана.
«Наверное, он возился со мной только потому, что я послушно выполнял его указания. Если я откажусь, думаю, он поймет».
— Похоже, на этой праздничной неделе тебе придется несладко.
Злорадно усмехнулся директор-скелет.
Мало того, что Ихану предстояло еще несколько дней управлять палаткой профессора Волади, так он еще даже не приступал к созданию магических фейерверков для директора...
«Минуточку. А ведь магический круг профессора Альпена тоже еще не закончен».
Ихан начал загибать пальцы, подсчитывая свои долги. Как ни крути, это был явный перебор.
Хватит ли времени?
— Знаете... Мне кажется, чисто физически у меня на всё не хватит времени.
— Не прибедняйся. Разве для студента подготовка к фестивалю не приятнее, чем сидеть на лекциях?
— Лично мне кажется, что лекции были бы куд...
На полуслове Ихан осекся, внезапно почувствовав неладное.
— Разве у нас нет занятий?
— Я распорядился отменить занятия на время фестиваля, чтобы вы отдохнули. Благодарен?
— Безумно... Но... э-э... профессор Волади проводил лекцию?
— Разве?
Директор-скелет удивленно склонил голову.
А затем небрежно бросил.
— Ну, бывает.
— ...
Ихан так и не решил, к кому первому наведаться с визитом после выпуска — к профессору Волади или к директору-скелету.
* * *
В честь Праздника Весны гостиная Башни Синего Дракона наполнилась весенним настроением.
Ученики развесили повсюду неизвестные полевые цветы, собранные на лугу, а на доске записали самые интересные события фестиваля.
Гаинандо, нацепив бумажный колпак, подаренный жрецом, жевал тонкое бисквитное печенье с кремом — угощение от заезжего кондитера.
— Гаинандо! Лови!
— Пф! Держи карман шире!
Когда кто-то из подошедших сзади сокурсников метнул в него грубо сделанную соломенную куклу, Гаинандо торопливо отскочил в сторону.
Это была одна из традиционных забав Праздника Весны — перекидывание куклы, вбирающей в себя неудачи.
Считалось, что тот, кто ее поймает, заберет на себя все несчастья бросившего на весь грядущий сезон.
— Опоздал! Вот дурак!
— Ох, нет!
Другой ученик, стоявший наготове, молниеносно швырнул куклу обратно в Гаинандо. Поймав ее, тот чуть не расплакался.
— Следующий! Выходи кто-нибудь!
Однако остальные ребята в гостиной, увидев, что кукла оказалась у Гаинандо, уже успели подготовиться.
Глядя на друзей, попрятавшихся за мебелью или стоявших, заложив руки за спину, Гаинандо возмущенно ткнул в них пальцем.
— Трусы! Вы все трусы!
— На Празднике Весны все средства хороши, Гаинандо.
В этот момент дверь гостиной отворилась, и кто-то вошел.
Лицо Гаинандо просветлело, и он быстро спрятал соломенную куклу за спину. Он планировал застать вошедшего врасплох.
Скрипнула дверь.
На пороге появился Ихан с самым измученным выражением лица, какое только можно было себе представить.
Багровые лучи заходящего солнца ложились на его лицо, делая тени еще глубже.
— ...
Веселье мгновенно улетучилось, и ученикам Башни Синего Дракона вдруг стало неловко.
Некоторые поспешно спрятали игрушки, с которыми только что возились.
Асан, рисовавший что-то на доске, сам того не осознавая, перевернул ее чистой стороной.
Имперская принцесса, игравшая в шахматы со своим последователем, схватила стоявшего рядом ученика, усадила его за доску, а сама сделала вид, что увлеченно читает книгу.
Изможденное лицо друга, который всегда заботился об их пропитании, обладало поразительной силой — оно заставляло каждого в Башне Синего Дракона чувствовать стыд и вину.
— Что с вами? Это из-за меня?
Ихан удивленно вскинул брови.
— Не обращайте на меня внимания, развлекайтесь как раньше. Не понимаю, почему вы так на меня коситесь.
— Т-точно?
— Ха-ха. Сам не понимаю.
Ученики робко достали спрятанные игрушки. Асан вернул доску в прежнее положение. Имперская принцесса отложила книгу и вновь взялась за шахматные фигуры.
Гаинандо, сверкая глазами, направился к Ихану. Кукла за его спиной покачивалась.
— Ихан...
— Ах ты ж подлый, трусливый ублюдок!
— У тебя вообще совесть есть?!
Двое учеников Башни Синего Дракона подскочили к Гаинандо, схватили его под руки и оттащили прочь.
Ни один нормальный человек не посмел бы подсунуть куклу неудач настолько измотанному Воданазу.
— Отпустите! Отпустите меня! Вы же сами сказали, что все средства хороши!
— Заткнись!
Глядя на упирающегося Гаинандо, Ихан тяжело опустился на диван.
Он был настолько вымотан, что у него даже не нашлось сил спросить, что нашло на этого идиота.
— Как прошел фестиваль? Было весело?
— Еще бы. А ты чем занимался, Воданаз?
— Сначала я сидел в палатке профессора Волади, а потом по поручению директора-скелета заперся в мастерской и делал магические фейерверки.
— ...Эй. Убираем игрушки. Сворачиваемся.
Услышав это, студенты в панике принялись снова прятать свои фестивальные безделушки.
Ихан махнул рукой, останавливая их.
— Да ладно вам... Кстати, будьте осторожны, когда директор будет запускать фейерверки. Не подходите слишком близко.
— Почему?
Озадаченно спросил Гаинандо, у которого друзья только что конфисковали соломенную куклу.
— Просто делай, как говорят, придурок.
— Да что я опять не так сделал?!
Возмущению Гаинандо не было предела.
Хотя он и вправду собирался подкинуть куклу неудач смертельно уставшему Ихану...!
Девушка с рыжими волосами протянула ему жестяную кружку, от которой поднимался пар.
К ней была прикреплена маленькая записка:
«Бесплатно! (Спросишь про цену — станешь как Гаинандо)»
— ...Спасибо. Йонелл.
— Пустяки.
— ...Неужели я настолько одержим ценами?
Внезапно засомневавшись, спросил Ихан. Йонелл сделала невинное лицо:
— С чего ты взял?
Когда горячий кофе с щедрой порцией сахара растекся по телу, Ихан почувствовал, как к нему понемногу возвращается ясность мыслей.
Он обратился к друзьям:
— Так чем вы сегодня занимались на фестивале?
— Я помогал профессору Урэгорыму. Мы устраивали дегустацию зелий, которые сами же и варили, и гостям из внешнего мира это очень понравилось.
— Вот как... Если я когда-нибудь открою свой бизнес, возможно, стоит устраивать такие мероприятия на регулярной основе...
— Ихан. Мне кажется, ты рожден ради золотых монет.
Йонелл была искренне впечатлена тем, что даже находясь на грани истощения, Ихан продолжал генерировать гениальные коммерческие идеи.
— А я стоял в очереди за сладостями. Представляете, на территорию пустили кондитера снаружи.
— Разве так можно?
— Говорят, он получил официальное разрешение. Кажется, его пригласили жрецы.
— Слава жрецам...
Шептались ученики, преисполненные благодарности.
В этом проклятом месте, покинутом даже профессорами, полагаться можно было только на служителей ордена.
— И, между прочим, гостей из внешнего мира было довольно много. Я даже видел учеников из других академий.
— Что? Серьезно? Где?
— Не знаю, откуда именно, я не решился подойти... Обстановка как-то не располагала к беседам. Они шли и у них из носа хлестала кровь.
— А, точно. Я тоже видел, как ребята из Башни Белого Тигра шли с разбитыми носами. Что там вообще происходило?
Лежа на диване, Ихан предупредил:
— Ах да. К палатке профессора Волади тоже не подходите.
— Почему?
Без задней мысли поинтересовался Гаинандо.
— Просто делай, как говорят, придурок.
— Да почему ты постоянно достаешь Воданаза?!
— А... Да нет же!
Под градом упреков от друзей Гаинандо почувствовал себя несчастным вдвойне.
Ему же просто было любопытно!
— Раз уж Воданаз упомянул магические фейерверки, я тут вспомнил: разве директор не говорил, что устроит шоу с ними?
— Я слышал, помимо фейерверков будет еще что-то... От одной мысли мурашки по коже.
— Да всё, к чему прикладывает руку директор, всегда вызывает мурашки.
— Это уж точно. Может, нам вообще стоит избегать любых мероприятий?
Ихан, растянувшись на диване, вслушивался в болтовню друзей.
«Не думал, что прибудет так много гостей из внешнего мира. Какая досада».
Знай он об этом заранее, обязательно попытался бы использовать этот шанс для побега...
И правда, обидно.
«Но еще не всё потеряно».
Праздник Весны только начался — равно как и нескончаемый поток поручений от профессора Волади, директора-скелета и прочих.
В оставшееся время он должен во что бы то ни стало найти способ связаться с гостями из внешнего мира и спланировать побег!
...Разумеется, сначала придется отстоять смену в палатке Волади, закончить фейерверки для директора и дорисовать магический круг Альпена, и лишь в оставшееся время искать контакты, но тем не менее...
— Ихан.
Когда Ихан допил кофе, Йонелл тихо позвала его. Она явно старалась говорить так, чтобы остальные не услышали.
— Что такое? Гаинандо снова напрашивается на взбучку?
— Нет. Дело в другом...
Йонелл достала флакон с зельем. И с предельно серьезным лицом произнесла:
— Послушай меня и постарайся не удивляться.
— Хорошо.
— ...Похоже, та лошадь и вправду может оказаться грифоном.
— Ясно.
— И ты даже не удивлен?
— Йонелл. Начиная с этого момента, я не удивлюсь, даже если выяснится, что Гаинандо на самом деле кракен. Пошли.
Ихан поднялся с места.
Как бы сильно он ни устал, это нужно было проверить лично.
* * *
Услышав предположение Ихана, Йонелл, терзаемая сомнениями, обратилась за помощью к жрецам ордена Флемен.
И в результате открылась невероятная истина.
...Зелье, которое выпил Понриг в конюшне, было зельем не превращения в животное, а снятия проклятий.
— Но Ихан... Разве профессор Понгэгорым могла так поступить? Это же просто бессмыслица.
— Йонелл. Не доверяй профессорам. Вернее, в этой академии вообще никому не доверяй.
Серьезно ответил Ихан. Йонелл кивнула.
Если эта лошадь действительно окажется грифоном, Йонелл, кажется, больше никогда не поверит ни единому слову профессоров.
— Гав!
Идущий рядом с Иханом шархан громко тявкнул. Ихан не владел языком леопардов, но интуитивно догадывался, что тот имел в виду.
«Наверное, что-то вроде "Я же тебе говорил"».
Ихан виновато погладил шархана. Из-за фестиваля он совсем перестал уделять ему внимание, отчего на душе скребли кошки.
Когда они подошли к конюшне, дверь со скрипом отворилась.
Ихан и Йонелл встретились взглядами с человеком, выходящим из здания.
Его лицо и тело были полностью скрыты черной тканью.
— ...Рэтфорд... Нет, подожди! Йонелл! Это вор!
— !!!