Глава 638. Честный ребёнок
В глазах Си Мужаня действия Чэнь Ши давно перешли грань простого переманивания на свою сторону огромных масс. Его поступки ясно кричали, словно на лбу юноши пылали слова: «Я готовлю мятеж!».
Даже Бессмертный Двор, замышляя восстание, плёл свои интриги в глубокой тени: они тайно подослали людей, чтобы уничтожить Небесный Механизм, перерезав нити контроля Небесного Двора над новоприбывшими бессмертными, и лишь затем планировали действовать шаг за шагом.
А Чэнь Ши, напротив, словно выплясывал прямо перед лицом Великого Небесного Владыки, размахивая знаменем мятежа и вопя во всё горло: «Я поднимаю бунт, скорее идите и отрубите мне голову!».
«Окажись я на месте Великого Небесного Владыки и услышь подобные вести, в ту же секунду отдал бы приказ Небесному Царю Ли снести этому наглецу голову», — пронеслось в мыслях Си Мужаня.
Он с тяжёлым вздохом покачал головой. Этот младший брат по школе приносил слишком много головной боли, заставляя нервы натягиваться до предела.
— Завоевать человеческие сердца, а уж тем более холодные и расчётливые сердца бессмертных — задача почти невыполнимая, — с чувством произнёс Си Мужань. — Но в этот раз он мёртвой хваткой вцепился в предоставленный шанс. Ему и впрямь может удастся купить преданность двухсот тысяч небесных воинов.
Принц вздохнул, и в его голосе прозвучало невольное уважение:
— Мой младший брат действует грубо и опрометчиво, но, нельзя отрицать, в нём скрыта поистине выдающаяся искра.
Инспектор-командующий У Гуаньюнь на мгновение замялся, прежде чем осторожно спросить:
— Княжич Си, он действительно ваш младший брат по школе?
Хотя командующий собственными глазами видел, как Чэнь Ши применяет техники из Собрания Ясного Дао Великой Пустоши, сомнения в истинной личности этого юноши всё ещё глодали его разум.
Си Мужань утвердительно кивнул:
— Он без сомнений является истинным наследником нашего Наставника. Более того, Наставник благоволит ему куда больше, чем мне.
Произнеся эти слова, он вспомнил свой позорный проигрыш в схватке с Чэнь Ши, и на душе у него потемнело. Наставник не передал ему подлинное Собрание Ясного Дао Великой Пустоши, но зато щедро одарил этим знанием новоиспечённого младшего ученика. И что ранило сильнее всего: в божественных искусствах, которым обучили самого Си Мужаня, не хватало самого сокрушительного, финального удара.
У Гуаньюнь вновь переступил с ноги на ногу, словно подбирая слова, и наконец произнёс:
— Княжич Си, в этот раз лагерь небесных воинов понёс столь чудовищные потери, и большинство из них получили свои увечья в Мире Нили. А ведь о самом существовании Мира Нили, как доносят слухи, Небесному Царю Ли поведал именно молодой господин Чэнь. Затем Царь Ли доложил об этом Небесному Двору, и там было принято решение отправить туда войска...
Тело Си Мужаня едва заметно вздрогнуло. Целую вечность он не мог выдавить из себя ни звука, поражённый открывшейся перед ним многоходовой комбинацией.
— Каков расчёт... Поистине гениальный расчёт, — выдохнул он вместе со сгустком мутного воздуха. В его груди вспыхнуло искреннее, почти благоговейное восхищение. — Мой младший брат довёл искусство интриги до абсолютного совершенства! Сначала он сливает информацию о Мире Нили Небесному Царю Ли. Тот, жаждя славы, бросает туда войска, и небесные воины возвращаются изломанными инвалидами. А затем мой драгоценный братец, пользуясь моментом, великодушно дарит им Бессмертное Искусство Неуязвимости, скупая их преданность на корню. Его методы... чертовски грязны.
И всё же, несмотря на сказанное, в словах Си Мужаня звучало больше восхищения, чем осуждения. Он нахмурился, задумчиво добавив:
— Но есть одна загвоздка. Как он собирается пройти испытание Великим Небесным Владыкой? В конце концов, Чэнь Ши возглавляет Список Казни Бессмертных. К тому же, сейчас толпы истинных бессмертных осаждают Небесный Двор с жалобами, обвиняя его в массовой резне невинных. Великий Небесный Владыка вполне может использовать это как идеальный предлог для его казни.
У Гуаньюнь благоразумно промолчал.
Пусть Си Мужань и Чэнь Ши были учениками одного Наставника, инспектор-командующий понятия не имел, какие на самом деле чувства питает княжич к своему сводному брату — дружеские или враждебные.
— Полагаю, совсем скоро до нас долетят вести о том, как его тащат на Эшафот для кары бессмертных, — протяжно и задумчиво произнёс Си Мужань, глядя куда-то вдаль.
Однако шли дни, а новостей о казни Чэнь Ши всё не было. Напротив, в Обители Небесного Пути жизнь кипела ключом. Чэнь Ши продолжал открыто преподавать своё Бессмертное Искусство Неуязвимости, и небесные воины из всех подразделений проникались к нему глубочайшим уважением и почтительным трепетом.
Среди небесных воинов скрывалось немало шпионов Бессмертного Двора. Кто-то из них тщательно законспектировал переданную Чэнь Ши технику и тайно доставил свиток Си Мужаню. Перелистывая страницы, княжич не смог скрыть удивления:
— Он утверждал, что эта техника является первоисточником Нерушимого Золотого Тела и Таинственного искусства Восьми-Девяти. И в ней действительно пульсирует дыхание древности. Сама структура и истоки этого метода пропитаны Искусством шаманских ритуалов — очевидно, что техника берёт своё начало ещё в эпоху Великой Шан.
— Способна ли эта техника отращивать отрубленные конечности и восстанавливать раздробленные кости? — с напряжением в голосе спросил У Гуаньюнь.
— Способна! — твёрдо ответил Си Мужань, впиваясь взглядом в строки трактата. — Пусть она не столь утончённа, как Нерушимое Золотое Тело или Таинственное искусство Восьми-Девяти, и на регенерацию потребуется больше времени, но она определённо может это сделать. Странно... Где мой младший брат умудрился раздобыть технику, столь густо пропитанную древним духом династии Шан?
На его лице отразилось искреннее недоумение. Все бессмертные техники, которые изучали современные практики, были созданы в более поздние эпохи и базировались на системе талисманов и рун Дао. В них не оставалось ни единой капли наследия Великой Шан.
А вот Бессмертное Искусство Неуязвимости, которое так щедро раздавал Чэнь Ши, явно источало густой, первобытный аромат той древней эпохи.
Дело было вовсе не в том, что современные методы уступали древним. Просто Си Мужань, посвятивший совершенствованию несколько тысячелетий, однажды наткнулся на парадоксальную истину: когда современные пути Дао достигают своего абсолютного предела и упираются в невидимый барьер, именно обращение к первоистокам — к грубым, шаманским техникам эпохи Шан — может подарить ту самую искру вдохновения, необходимую для прорыва!
Чем выше становился его уровень культивации, тем сильнее крепла уверенность: поиск истоков Дао — это его личный ключ к преодолению собственных пределов!
— Эта техника определённо заслуживает детального изучения, — пробормотал он, аккуратно сворачивая свиток и пряча его в пространственное хранилище. Затем он перевёл строгий взгляд на У Гуаньюня: — С тех пор как был уничтожен Небесный Механизм, какие движения наблюдаются со стороны Небесного Двора?
У Гуаньюнь покачал головой:
— Абсолютно никаких.
Си Мужань нахмурился, в его голосе прозвучало недоумение:
— Без Небесного Механизма поток бессмертных, возносящихся в Небесный Двор, будет иссякать с каждым днём. Полагаясь лишь на Врата Равновесия, они физически не смогут отслеживать личности и местоположение бессмертных в мире смертных. Ряды небесных воинов поредеют настолько, что в конце концов им просто некому будет отдавать приказы. И Небесный Двор это совершенно не волнует?
— Небесный Двор, несомненно, встревожен, — ответил инспектор-командующий. — Они даже отправляли следователей на поиски источника великого демона и дошли до Колодца Усмирения Демонов. Однако ваш покорный слуга зачистил всё до блеска, не оставив ни единой зацепки. Не найдя улик, Небесный Двор был вынужден спустить дело на тормозах.
Си Мужань бросил на него короткий, пронизывающий взгляд, но промолчал.
Выпустил великого демона действительно У Гуаньюнь, но именно Си Мужань был тем кукловодом, который направил чудовище на штурм Небесного Двора, чтобы сокрушить Небесный Механизм. Его заслуга в уничтожении этого артефакта Дао была неоспорима, но в глубине души скреблось липкое беспокойство. Реакция Небесного Двора оказалась пугающе вялой — словно потеря Небесного Механизма не стоила и выеденного яйца!
— Потеря Небесного Механизма всё же ударила по ним, — добавил У Гуаньюнь. — Они немедленно приказали культиваторам из Лагеря Небесного Механизма сдать все постигнутые ими руны Дао, пытаясь воссоздать артефакт. Но пока все их попытки оканчиваются провалом.
Услышав это, Си Мужань облегчённо выдохнул:
— Вот это уже похоже на правду. А то я уж начал подозревать, что мы уничтожили фальшивку.
В этот момент в покои торопливо вошёл слуга и доложил:
— Княжич, в Небесный Двор явилась очередная группа бессмертных с жалобами. Они требуют, чтобы Небесный Двор немедленно арестовал Чэнь Ши, главаря из Списка Казни Бессмертных.
Глаза Си Мужаня вспыхнули нездоровым интересом:
— И как отреагировал Небесный Двор?
— Пока неизвестно. Прямо сейчас они поднимают шум в залах дворца.
Настроение Си Мужаня мгновенно улучшилось. Он рассмеялся:
— В этот раз мой младший братец гарантированно окажется на Эшафоте для кары бессмертных!
Но тут же вбежал ещё один посыльный:
— Докладываю, княжич! Те самые бессмертные, что кричали и жаловались, решили прорваться в лагерь небесных воинов, чтобы схватить Чэнь Ши своими руками!
Княжич возбуждённо подался вперёд:
— Вот теперь от судьбы ему точно не уйти!
— Докладываю, княжич! — продолжил слуга, сбиваясь с дыхания. — Эти бессмертные подошли к вратам лагеря и только начали качать права, как небесные воины набросились на них и избили до полусмерти!
Услышав это, Си Мужань усмехнулся:
— Чэнь Ши так щедро купил их преданность, что теперь каждый воин в лагере готов молиться на него. Идти туда с намерениями арестовать его — это верный способ получить хорошую взбучку.
— Докладываю, княжич! Этих бессмертных скрутили и отправили прямиком в Небесную Тюрьму! Им вменяют в вину незаконное проникновение на военный объект, и им грозит смертная казнь!
Си Мужань застыл, ошеломлённый до глубины души. Думая, что ослышался, он заставил слугу повторить донесение несколько раз.
«Неужели у моего младшего брата есть какой-то всемогущий покровитель в Небесном Дворе?» — мысленно недоумевал он.
Бессмертные, пришедшие с жалобами, действовали не по своей воле — за их спинами стояли истинные титаны Мира Бессмертных Земли, которым было не с руки марать руки лично. Они послали своих приспешников, чтобы те подняли шум и вынудили Небесный Двор арестовать Чэнь Ши. Да, небесные воины имели полное право дать отпор дебоширам на своей территории, но у них абсолютно не было полномочий бросать их в Небесную Тюрьму.
В Небесном Дворе было совсем немного фигур, обладавших столь колоссальной властью.
«Похоже, связи моего младшего брата в Небесном Дворе уходят корнями куда глубже и выше, чем мои собственные», — с лёгкой завистью подумал княжич.
Сам он занимал высокий пост гунцао под покровительством Императора Вэньчана и считался человеком с серьёзным влиянием. Но Си Мужань прекрасно понимал: даже сам Император Вэньчан не рискнул бы так дерзко злоупотреблять властью.
«Однако этот инцидент затрагивает гордость слишком многих могущественных владык Мира Бессмертных Земли. Боюсь, даже его таинственный покровитель не сможет вечно укрывать его от их гнева».
Тем временем сам Чэнь Ши даже не подозревал, что молва приписывает ему всеобъемлющую власть и обвиняет в заточении бессмертных истцов. Последние дни он с головой ушёл в преподавание Бессмертного Искусства Неуязвимости. Наконец ему удалось разжевать все тонкости метода, но некоторые тугодумы всё равно не могли постичь суть и постоянно отвлекали его глупыми расспросами, пожирая драгоценное время.
«Сброшу-ка я эту рутину на Черныша», — лениво решил Чэнь Ши.
Получив приказ, пёс уводил непонятливых бессмертных в тихий уголок и принимался растолковывать им нюансы техник. И, как ни странно, после таких «собачьих» лекций лица слушателей озарялись пониманием, они усердно кивали и рассыпались в благодарностях перед лохматым наставником.
Наконец-то наслаждаясь долгожданной тишиной, Чэнь Ши погрузился в размышления: «Я поднял такую бурю в Море Тьмы и Желтизны, что моё имя гарантированно красуется на первой строчке всех Списков Казни Бессмертных. По логике, дедушка и остальные уже должны были услышать обо мне. Так почему же они до сих пор не вышли на связь?»
Липкое чувство тревоги закралось в его грудь. Он устроил в лагере небесных воинов настоящее шоу с преподаванием, шум стоял на всю округу. Если бы Чэнь Иньду и остальные добрались до Небесного Двора, им достаточно было бы задать пару вопросов на улице, чтобы узнать его точное местонахождение.
Но ни Чэнь Иньду, ни Ша Цютун, ни кто-либо другой так и не появились. Это заставляло Чэнь Ши всерьёз опасаться за их безопасность.
В этот момент в дверь тяжело и ритмично постучали. Сердце Чэнь Ши радостно подпрыгнуло: «Неужели дедушка наконец-то нашёл меня?»
Он стремительно распахнул дверь, но на пороге стоял лишь послушник Цзин Шу, прислужник Дун Вангуна. Лицо мальчика было омрачено глубокой печалью, а голос звучал тускло и безжизненно:
— Даос Чэнь, мой господин приказал вам немедленно явиться к нему.
Чэнь Ши быстро окинул взглядом двор, но, не обнаружив ни малейших следов Чэнь Иньду и остальных, с трудом подавил вздох разочарования.
— Брат Цзин Шу, по какому поводу Дун Вангун вызывает меня? — спросил он.
Послушник бросил на него мрачный взгляд, отчего его лицо сморщилось ещё сильнее:
— А мне почём знать? Наверняка из-за того, что ты взлетел на вершину Списка Казни Бессмертных. Пострадавшие примчались с воплями прямо в Небесный Двор и дошли до самого Нефритового Императора. Мой господин вернулся с аудиенции в диком бешенстве и тут же отправил меня за тобой.
Сердце Чэнь Ши ухнуло куда-то в пятки.
— Старший брат, подожди минутку, мне нужно дать пару указаний Чернышу.
— Только давай быстрее, господин не любит ждать, — проворчал послушник.
Чэнь Ши пулей метнулся к псу и зашептал:
— Черныш, мои дела плохи. Меня вызывает Дун Вангун, и это явно не сулит ничего хорошего. Если я задержусь и не вернусь, немедленно зажги благовония, обратись к Владычице-Земле Хоуту и моли её спасти мою шкуру!
В ответ пёс издал два коротких, понимающих лая.
Уладив свои дела, Чэнь Ши вернулся к послушнику:
— Брат, я готов, можем идти.
Цзин Шу молча пошёл впереди, указывая путь. Вскоре они миновали величественные врата Восточного Небесного Дворца, резиденции Дун Вангуна. Едва Чэнь Ши переступил порог залы, как столкнулся с ледяным взглядом главы всех бессмертных-мужчин.
Лицо Дун Вангуна было темнее грозовой тучи. При виде виновника торжества его ярость прорвалась наружу:
— Как я наставлял тебя в прошлый раз?! Я приказал тебе сидеть тише воды и ниже травы! Просил не устраивать катастроф, от которых у меня волосы седеют! А теперь отвечай, чем ты занимался всё это время?!
Чэнь Ши сжался, словно нашкодивший котёнок, и осторожно пролепетал:
— Ваш покорный ученик всего лишь совершил скромное путешествие к Морю Тьмы и Желтизны, дабы навестить свою крёстную матушку...
— Навестить крёстную?! — взревел Дун Вангун, брызжа слюной. — Ты отправился туда, чтобы устроить бойню! На глазах у всех бессмертных горы Тайюэ ты скормил своей псине несколько сотен человек за один присест! В Городе Дэнхай ты устроил настоящую резню, пустив в расход сотню-другую весьма уважаемых бессмертных! Их покровители уже выбили двери Небесного Двора, подавая жалобы самому Великому Небесному Владыке!
Чэнь Ши сжался ещё сильнее, его голос задрожал от напускной невинности:
— Ученик и вправду ездил к крёстной... Если владыка не верит, можете сами спросить у Госпожи Хоуту...
— Ах ты наглец, ещё смеешь оправдываться! — загремел Дун Вангун. — Ты... кто твоя крёстная?!
— Владычица-Земля Хоуту, — кротко ответил Чэнь Ши. — Будучи её названным сыном, я, прибыв в Мир Бессмертных Земли, всё никак не мог выкроить время, чтобы выразить ей своё почтение. Матушка не раз звала меня к себе. Выслушав ваши суровые, но справедливые наставления в прошлый раз, я глубоко раскаялся, решил очистить свою душу и начать жизнь с чистого листа. С этими светлыми мыслями я и отправился к крёстной. Кто же знал, что по пути на меня набросится свора злодеев? Они едва не лишили меня жизни! Я был вынужден защищаться исключительно ради самосохранения...
Дун Вангун сверлил его тяжёлым взглядом, пока поток красноречия не иссяк. Лишь тогда он с обманчивым спокойствием спросил:
— До меня дошли слухи, что личные царства Дао многих бессмертных были вероломно вскрыты. Говорят, какой-то негодяй в компании паршивого пса выкорчевал и похитил все их Духовные Корни Земных Сокровищ. Признавайся, твоих рук дело?
Чэнь Ши молитвенно сложил руки и состроил гримасу величайшей скорби:
— Владыка, умоляю, прозрите истину! Царства Дао бессмертных — это их глубочайшие, неприступные святыни! Как можно проникнуть туда без дозволения хозяина? Откуда у скромного ученика возьмётся сила, чтобы проворачивать подобные кражи? Эти слепцы обознались! Приняли меня за отъявленного бандита из Списка Казни Бессмертных и подняли на меня оружие. Я — невинная жертва чужой паранойи!
Дун Вангун покосился на него, прищурив глаз:
— Допустим, ты сам не способен взламывать чужие царства Дао. Но вот Госпоже Хоуту такие трюки вполне по силам...
Чэнь Ши опустил глаза в пол, всем своим видом демонстрируя смирение, и тихо произнёс:
— Владыка, а почему бы вам лично не спросить у Госпожи Хоуту, была ли она моей сообщницей в этих тёмных делишках?
Дун Вангун одарил его таким долгим, пронизывающим взглядом, словно пытался заглянуть в самую душу, после чего процедил сквозь зубы:
— Ладно, проехали. С этим инцидентом я разбираться не стану. Но что за цирк ты устроил в лагере небесных воинов, раздавая свои техники направо и налево?! Ты скупаешь их преданность! Ты готовишь вооружённый мятеж!
Он схватился за голову, изображая вселенскую скорбь:
— Только что... буквально только что Великий Небесный Владыка вызывал меня на ковёр! И знаешь, что он спросил? «А не собирается ли Чэнь Ши, в чьих руках теперь двести тысяч небесных воинов, поднять бунт?» И что, прикажешь, я должен был ему ответить?!
Чэнь Ши задумчиво почесал подбородок и выдал:
— Наверное, владыка ответил: «А не собирается ли Небесный Царь Ли, под командованием которого триста тысяч небесных воинов, поднять бунт?»
Дун Вангун уставился на него ледяным, немигающим взглядом. Воздух в зале, казалось, можно было резать ножом. Наконец, он тяжело, с хрипом выдохнул застоявшийся в лёгких воздух:
— Именно так я ему и ответил. А ещё добавил, что у Чэнь Ши кристально чистая, непорочная душа. Что он делится своими знаниями не ради власти, а исключительно для того, чтобы сплотить армию вокруг трона Его Величества. Что это не подготовка к мятежу, а божественное благословение небес, подарившее императору столь верного и преданного генерала.
Чэнь Ши робко вскинул глаза:
— И что... Его Величество поверил в это?
— Если бы он не поверил, твоя пустая голова уже катилась бы по Эшафоту! — рявкнул Дун Вангун.
Он устало вздохнул, и весь его гнев сменился обречённостью. Тон стал мягким, почти отеческим:
— Чэнь Ши, послушай меня. Ты — бессмертный под моим покровительством, и вдобавок ты держишь в руках Небесный Механизм. Умоляю, прекрати нарываться на глобальные катастрофы. Я говорю это абсолютно серьёзно: в открытом противостоянии я не смогу защитить тебя от гнева Великого Небесного Владыки.
Чэнь Ши поспешно и подобострастно закивал:
— Ученик понял. Отныне я буду осторожен в каждом слове и осмотрителен в каждом шаге.
Дун Вангун бессильно отмахнулся:
— Ступай с глаз моих.
Чэнь Ши почтительно откланялся и покинул дворец.
Проводив его взглядом, Дун Вангун надолго погрузился в мрачные раздумья. Наконец он встрепенулся и позвал прислужницу:
— Приготовь благовония.
Прислужница проворно расставила курильницу и подожгла сандаловые палочки. Дун Вангун тщательно одёрнул складки своих роскошных одеяний, почтительно склонился перед поднимающимся дымом и с учтивой улыбкой произнёс:
— Ни Цзюньмин просит аудиенции у Госпожи.
Струйки ароматного дыма закружились, сплетаясь в воздухе, пока не приняли форму изящного лотоса. На призрачном цветке материализовалась фигура Владычицы-Земли Хоуту. Заметив склонённого Дун Вангуна, она благосклонно кивнула:
— К чему эти формальности, собрат-даос?
Дун Вангун выпрямился, не снимая дежурной улыбки:
— Желаю вам здравствовать, Госпожа. Только что в Небесный Двор явилась толпа бессмертных с жалобами. Они обвиняют Чэнь Ши в том, что он вероломно выкорчевал их Духовные Корни Земных Сокровищ и устроил резню невинных. Вам что-нибудь известно об этом вопиющем инциденте?
Лицо Хоуту исказилось от искреннего, неподдельного шока:
— Неужели это правда?! Чэнь Ши — мой приёмный сын, но я и помыслить не могла, что под маской человека скрывается такой жестокий зверь, способный на подобные зверства! Собрат-даос, не стоит делать скидок на моё имя. Если его вина будет доказана, карайте его по всей строгости закона! Впрочем... сколько я за ним ни наблюдала, мальчик всегда казался мне сущим ангелом. Трудно поверить, что он мог опуститься до такого.
На лице Дун Вангуна заиграла слащавая, всепонимающая улыбочка:
— Вот и я о том же! Я тоже вижу в нём исключительно честного, искреннего юношу с кристальной душой. Ну не похож он на того, кто способен на такие бесчинства. Поэтому, проведя тщательнейшее расследование, я пришёл к неоспоримому выводу: это гнусная клевета. Все эти бессмертные раньше и словом не обмолвились, что владеют какими-то Духовными Корнями Земных Сокровищ, а теперь вдруг в один голос заявляют об их краже. Совершенно очевидно, что они сговорились ради наглого шантажа. Я уже отдал приказ заковать этих клеветников в кандалы и бросить в Небесную Тюрьму.
Хоуту с достоинством кивнула, сохраняя строгий вид:
— Собрат-даос, вы ни в коем случае не должны были обвинять их без веских доказательств.
Дун Вангун вытянулся в струну, а его лицо приобрело торжественное, почти монументальное выражение:
— Можете быть совершенно спокойны, Госпожа. Великий Небесный Владыка доверил мне вершить суд над делами бессмертных, и я гарантирую, что от моего проницательного взора не укроется ни одна, даже самая крошечная пылинка несправедливости!