Глава 30. Брат! Прекращай уже понтоваться!!
Глава 30. Брат! Прекращай уже понтоваться!! Глава 30. Брат! Прекращай уже понтоваться!!
— Я тут успел осмотреться, — самоуверенно улыбнулся Цзян Хэбинь. — Местные жители – обычные люди! Даже если этот жиртрест на ринге считается настоящим силачом, в чистой мощи ему ни за что не перещеголять Чэнь Кая, который является сверхчеловеком!
Он зазывал Сун Хайтан в союз лишь потому, что приметил её способность плода Мера-Мера.
Пусть за ней и тащилась бесполезная обуза, девушка всё равно оставалась номером один в классе «А» – как по таланту, так и по реальной силе.
А что до Чжао Чжэна?
Цзян Хэбинь ни разу не удостоил его прямым взглядом, полностью игнорируя, точно пустое место.
Впрочем, Чжао Чжэну было всё равно.
Он молча наблюдал за этим спектаклем. Даже если Сун Хайтан решит вступить с ними во временный альянс, его это ничуть не заденет – всё равно никакой «союз» не урежет его собственную выгоду.
Тем временем рослый парень по имени Чэнь Кай поднялся на ринг.
Завидев его, распорядитель громко объявил:
— О-о-о! Похоже, нашему господину Питеру будет не так-то просто забрать чемпионский кубок в этом году! На ринг вступает новый претендент!
— Давайте поприветствуем новичка! Надеемся, он покажет нам захватывающее зрелище!
Зрители одобрительно зааплодировали, и ведущий отошёл в сторону, уступая сцену главным действующим лицам.
Толстяк Питер нагло смерил Чэнь Кая взглядом и оскалился:
— Сопляк, готовься попрощаться со своей правой рукой!
Он ничуть не скрывал угроз, намеренно рявкнув это во весь голос. Толпа его фанатов тут же взревела от восторга. Чэнь Кай лишь холодно ухмыльнулся, не опустившись до словесной перепалки.
Состязание началось.
По команде распорядителя оба бойца одновременно сжали пальцы и надавили. Зрители у ринга отчетливо видели, как на их руках вздулись вены и окаменели мускулы.
И тут же лица обоих изменились!
С лица Питера мгновенно слетела вальяжная спесь – его сменило крайнее изумление. Чэнь Кай тоже помрачнел.
Судя по всему, в физической мощи они оказались равными соперниками. Какое-то время оба давили изо всех сил, но ни один не мог перетянуть инициативу.
И в разгар этой мертвой хватки толстяк Питер вдруг прохрипел:
— А ты умеешь удивлять, парень… Но если это весь твой предел, ты продул!
На его роже разрослась хищная оскаленная ухмылка.
Чэнь Кай изменился в лице: он отчетливо ощутил, как из руки соперника хлынул новый, ещё более мощный прилив силы…
Эта волна мощи окончательно нарушила хрупкое равновесие. Чэнь Кай не смог удержать напор и стремительно начал сдавать позиции.
С оглушительным стуком тыльная сторона кисти Чэнь Кая впечаталась в деревянный стол.
К счастью, благодаря родословной Колосса парень умел стализовать кулаки, так что его защита была невероятно высокой, и он не получил ни царапины.
И все же проигрыш толстяку вывел Чэнь Кая из себя – казалось, он готов прямо сейчас разорвать Питера на части. Однако парень сдержался: одарил победоносного жиртреста ледяным взглядом и молча сошел с ринга.
Сейчас главным было задание. Вступать в открытый конфликт с местными жителями на пустом месте – крайняя глупость, и Чэнь Кай прекрасно это понимал.
Внизу у ринга Цзян Хэбинь изменился в лице, когда увидел поражение Чэнь Кая. Это казалось немыслимым! Слова застряли у него в горле…
Ещё минуту назад он хвастался напропалую, гарантируя безусловную победу, а теперь получил сокрушительную пощечину от реальности. Цзян Хэбинь был молодым и тщеславным парнем, поэтому от жгучего стыда даже боялся взглянуть на Сун Хайтан.
К счастью, Сун Хайтан не сочла нужным добивать его насмешками. Она лишь повернулась к Чжао Чжэну:
— Чжао Чжэн, пойдём отсюда.
— Не спеши, — усмехнулся Чжао Чжэн, даже не сдвинувшись с места. — Подожди немного, я сейчас схожу за призовыми деньгами.
Все застыли в оцепенении.
Скажи он такое раньше, Цзян Хэбинь и его компания не упустили бы случая высмеять его заносчивость. Если даже Чэнь Кай с его Силой за 40 пунктов проиграл этому жиртресту, то откуда у какого-то неудачника столько спеси?
Но после столь позорного конфуза им было просто неловко открывать рот.
Впрочем, взоры, которыми Цзян Хэбинь и остальные смерили Чжао Чжэна, всё равно полнились презрением и насмешкой. Да и на лице Сун Хайтан отразилось крайнее недоумение.
— И как ты собираешься забрать призовые? — Спросила она.
— Как-как, собственной силой! Не жульничать же? — Усмехнулся он.
— Чжао Чжэн, мы и так потеряли кучу времени, у нас его почти не осталось…
— Вот именно потому, что потеряли много времени, нам некогда искать другие варианты. Шанс отличный, не стоит его упускать!
— Но…
— Поверь мне, никаких «но»!
— Постой здесь и никуда не уходи, а я схожу за апельси… — Чжао Чжэн со смешком перебил Сун Хайтан и на ходу бросил:
— В общем, я живо туда и обратно!
Лицо Сун Хайтан помрачнело. В этом мире классическое эссе «Силуэт» тоже существовало.
Когда Чжао Чжэн поднялся на ринг, встретили его вовсе не приветствия ведущего, а волна разочарованного свиста из толпы.
У Чжао Чжэна было обычное, гармоничное телосложение среднего человека. Он ни капли не походил на силача, и никто в здравом уме не поставил бы на него и медяка.
Даже распорядитель посмотрел на Чжао Чжэна с явным недоверием:
— Уважаемый, вы правда пришли побороться на руках?
— А зачем ещё я сюда поднялся? — С усмешкой парировал Чжао Чжэн.
— Извините, просто вы не совсем похожи на тех силачей, к которым мы привыкли, вот я и…
— Меньше слов, — спокойно прервал его Чжао Чжэн. — Начинаем.
— Что ж… Тода удачи вам, сударь!
Ведущий бросил пару слов Питеру и отошёл, даже не попытавшись подогреть интерес публики.
А вот жиртрест Питер остался весьма доволен появлением Чжао Чжэна. Турнир уже подходил к концу, и то, что последним соперником оказался такой заморыш, гарантировало ему легкую победу, титул «Силач» и солидный куш.
— Парень, в честь своего чемпионства я размозжу твою руку в одно мгновение! Ха-ха-ха! — Загоготал Питер, вызвав одобрительный гул толпы. Кровавые зрелища местной публике были явно по душе.
На бахвальство Питера Чжао Чжэн не отреагировал вовсе. Когда они сцепились правыми руками, контраст выглядел комично: тонкая рука обычного человека против массивной лапы, которая была крупнее чуть ли не вдвое.
Внизу Цзян Хэбинь мельком глянул на готовящегося к схватке Чжао Чжэна и презрительно фыркнул. Он уже знал развязку и, потеряв интерес, вновь повернулся к Сун Хайтан.
— Сун Хайтан, не понимаю, о чём ты только думала, когда объединялась с этим недоумком… Сейчас его руку превращают в кашу. Да, после выхода из Духовного Царства травма заживет, но в ближайшие одиннадцать часов он станет для тебя бесполезной обузой, которая только тянет на дно…
В этот момент с ринга донёсся оглушительный глухой удар, сопровождаемый сухим треском ломающихся костей. За ним последовал дикий, полный боли вопль…
— Вот видишь! Твой приятель уже калека, — даже не обернувшись, уверенно заявлял Цзян Хэбинь. Вернув себе былой спесивый тон, он продолжал уговаривать девушку:
— Так что согласись на союз с нами. Одна ты этой ночью подвергнешься смертельной опасности.
Сун Хайтан ничего не ответила. Она ошеломлённо смотрела на ринг, и её лицо вытянулось от изумления.
Заметил её реакцию, Цзян Хэбинь недовольно нахмурился:
— Сун Хайтан, времени нет! Мы объединяемся или нет? Дай уже прямой ответ!
— Брат Бинь, замолчи… — неловко пробормотал один из его приятелей и смущённо кашлянул:
— Ты бы лучше сам глянул на ринг.