Глава 120. Помешанный на боевых искусствах, прославившийся на весь город!
Глава 120. Помешанный на боевых искусствах, прославившийся на весь город! Глава 120. Помешанный на боевых искусствах, прославившийся на весь город!
В небольшом зале боевых искусств.
Трое молодых учеников, воспользовавшись отсутствием мастера, шептались в уголке:
— Брат Ма, до какого уровня ты прокачал свой стиль Ладонь Восьми Триграмм?
— Только что довел до Великого успеха.
— До Великого успеха? Вс-с! Выходит, брат Ма, твоя стадия – уже Закалка костей?
— Я конвертировал очки характеристик больше чем в тысячу очков пси-энергии. Разве не естественно достичь такого уровня?
— …Брат Ма, ты невероятен!
— Хватит пустой болтовни, — перебил он. — Действуем по плану: я отправлюсь вызывать на бой обычных мастеров, а вы займетесь тылом. Мне нужно как можно скорее пробиться на стадию Явной силы, чтобы бросить вызов особым мастерам! Не хочу, чтобы кто-то другой опередил меня и забрал местных особых мастеров.
— Отлично! Как скажешь, брат Ма, мы за тобой.
— Договорились. Как только старик вернется, заговорим напрямик и уйдем из зала.
— Брат Ма, а если старик нас не отпустит?
— Тогда изьем и его!
Из их разговора становилось очевидно: все трое – сверхлюди!
К тому же лидер этой троицы сумел с самого старта прокачать боевое искусство до Великого успеха, а культивацию – до стадии Закалки костей, что говорило о его немалой силе.
Так оно и было на самом деле.
Парень по фамилии Ма учился в Пекинском университете. Его звали Ма Цзюнь, и он обладал способностью плода Магмы.
Если бы не Сун Хайтан, затмившая всех вокруг своим стремительным взлетом, именно он считался бы сильнейшим среди первокурсников страны.
А «стариком», о котором они говорили, был их мастер из этого зала.
Своему стилю Ладонь Восьми Триграмм они научились именно у него.
Надо сказать, Ма Цзюню и его команде повезло: войдя в Духовное Царство, они сразу переместились в тела учеников школы боевых искусств, так что секретные руководства достались им без малейшего труда.
— Что там с этим Ли Бинем? — Нахмурился Ма Цзюнь. — Прошли уже целые сутки, почему он до сих пор нас не нашел?
В их отряде было четверо. Трое оказались в этом зале, а четвертый товарищ по команде так пока и не объявился.
— Может, что-то задержало? — Предположил один из спутников.
Ма Цзюнь ненадолго задумался:
— Когда уйдем отсюда, Цао Вэньцзэ, сходи и проведай Ли Биня.
— Понял, брат Ма.
В этот момент второй товарищ предостерегающе шепнул:
— Брат Ма, старик идет.
Ма Цзюнь повернулся и увидел, как к ним, разгневанно шагая, приближается их «мастер».
— Вы трое! Вместо того чтобы усердно тренироваться, собрались тут и болтаете?
Их мастер был старым бойцом лет пятидесяти-шестидесяти – худым, с желчным и въедливым лицом.
Получив выговор с ходу, Ма Цзюнь мгновенно помрачнел. Даже в университете преподаватели не смели разговаривать с ним в таком тоне.
Но едва Ма Цзюнь собрался огрызнуться в ответ, мастер лишь раздраженно взмахнул рукой:
— Ладно, забудьте. Быстро собирайте пожитки и убирайтесь отсюда на все четыре стороны! Делайте потом что хотите!
Эти слова заставили Ма Цзюня и остальных опешить.
Они и вправду собирались уйти из зала, но уж точно не ожидали, что их просто вышвырнут…
Цао Вэньцзэ тут же спросил:
— Мастер, что мы сделали? С чего вдруг вы выгоняете нас ни с того ни с сего?
Старик не сомневался, что объяснять ничего не обязан, но побоялся, как бы эти ученики не потребовали вернуть плату за обучение, поэтому неохотно буркнул:
— В городе появился какой-то помешанный на боевых искусствах псих! Ходит повсюду, выламывает двери залов, вызывая всех на поединки, да еще и меры в драке не знает. Говорят, даже главарь банды Шахэ погиб от его рук…
— Я уже староват. Обучать еще могу, но выходить на поединок – уж увольте. Так что я закрываю зал на несколько дней, чтобы переждать бурю.
— Если захотите учиться дальше, вернетесь, когда всё утихнет.
Услышав это, троица опешила.
Появление человека, который в это самое время вызывал всех мастеров на поединки, могло означать только одно: это их «коллега».
— Мастер, а кто этот человек, разгромивший залы? — Тут же спросил Ма Цзюнь.
— Слышал, какой-то юнец, — ответил мастер, немного подумав. — Владеет Железной Рубахой и Ладонью Железного Песка. Страшный человек!
— Кого именно он успел вызвать на бой?
— Говорят, главаря банды Шахэ, Янь Чжэньдуна из Зала боевых искусств семьи Янь, да мастера Чэня из Школы вин-чун клана Чэнь… Все они – весьма громкие имена в нашем городе!
— Как такое возможно?! — Не сдержав изумления, воскликнул Ма Цзюнь.
Увидев его реакцию, мастер холодно усмехнулся:
— Малыш Ма, если ты на такое не способен, это не значит, что и другие не смогут… Ладно, хватит разговоров, быстро собирайте вещи и проваливайте!
Бросив эти слова, мастер больше не обращал внимания на троих учеников и ушел в дом.
…
— Брат Ма, как думаешь… кто этот человек, о котором говорил старик? — Спросил Цао Вэньцзэ.
Лицо Ма Цзюня в этот момент выглядело мрачнее тучи.
Янь Чжэньдун был одним из его главных особых мастеров-целей, но кто-то опередил его и забрал добычу прямо из-под носа, что не могло не вызывать бешеного раздражения.
Услышав вопрос товарища, он без колебаний буркнул:
— Это наверняка Сун Хайтан! Только ее запаса очков характеристик хватило бы, чтобы так быстро стать мастером Явной силы!
За первые три слоя Духовного Царства Ма Цзюнь получил в общей сложности более семисот очков пси-энергии, а с учетом прироста за четыре месяца тренировок его суммарные характеристики едва перевалили за тысячу.
Сун Хайтан же только в первых трех слоях Духовного Царства заработала 1100 очков пси-энергии.
А если добавить тренировки, то ее общая сумма характеристик наверняка достигала 1400 пунктов.
Поэтому Ма Цзюнь был убежден: только Сун Хайтан способна совершить подобный скачок в силе за столь короткий срок и победить такого особого мастера, как Янь Чжэньдун.
— Да не может быть, — усомнился Цао Вэньцзэ. — Даже по самым щедрым подсчетам у Сун Хайтан сейчас около 1400 очков характеристик. Для прорыва на уровень Явной силы этого хватает, но ведь Янь Чжэньдун – боец на пике Явной силы! У него к тому же Железная Рубаха и Искусство Орлиного Когтя развиты до Великого успеха. Как Сун Хайтан могла победить его прямо сейчас?
Поразмыслив, Ма Цзюнь ответил:
— Есть и другой вариант. Преподаватели говорили, что некоторым везунчикам удается возродиться в телах отпрысков древних семейств боевых искусств. Вполне возможно, Сун Хайтан достался именно такой жребий.
— Пусть у потомков боевых кланов и не так высока стадия культивации, но понимание родных техник у них намного превосходит обычное. Если вселиться в такого человека, то на прокачку его клановых искусств требуется вдвое меньше очков пси-энергии.
Хотя подобные случаи были огромной редкостью, они всё же происходили.
Цао Вэньцзэ и его товарищ переглянулись и кивнули: версия Ма Цзюня действительно звучала наиболее убедительно.
Что касается того, почему их не смутило, что Сун Хайтан – девушка, а бросивший вызов боец явно был мужчиной… Все знали слова учителей: во время погружения в Духовное Царство Душ существовала некоторая вероятность переродиться в теле местного жителя противоположного пола.
— Брат Ма, что будем делать дальше? — Спросил Цао Вэньцзэ.
Сцепив зубы, Ма Цзюнь произнес:
— Ускорим выполнение плана. Я должен поднять силу как можно быстрее, а затем бросить вызов Мастеру Хуану из Лечебницы «Баочжитан».
Мастер Хуан из «Баочжитана» был самым известным боевым искусником в городе и обладал наибольшим запасом очков.
Тот, кто первым одолеет его, получит свыше тысячи очков поединков!
Ма Цзюнь ни за что не хотел упускать такое богатство.
Даже если «Сун Хайтан» сейчас сильно вырвалась вперед, он не намеревался так просто сдаваться.
Тем временем в другом месте.
Во дворе жилого дома на земле замерли семь или восемь крепких мужчин.
На их телах виднелись жуткие отпечатки ладоней – очевидно, каждого из них убил с одного удара настоящий мастер.
И сейчас этот самый мастер стоял, прижав стопой к земле единственного выжившего, и холодно спрашивал:
— Кто вас подослал?
Пленник оказался крепким орешком. Хоть из его рта непрерывно сочилась кровь, а сам он корчился от дикой боли, он не издал ни звука.
Глядя на него, Чжао Чжэн спокойно произнес:
— Можешь не отвечать, я и сам знаю. В такое время моей смерти желает разве что семья Сун. Вы их взращенные мертвецы-убийцы?
Мужчина изменился в лице, однако губ так и не разомкнул.
— Скажи, как там сейчас Сун Юньсюань? — Спросил Чжао Чжэн.
Услышав этот вопрос, пленник наконец не выдержал:
— Тьфу! Мечтаешь прибрать к рукам нашу барышню? Наш господин лично сотрет тебя в порошок!
Чжао Чжэн кивнул.
Из этого ответа он понял, что с Сун Хайтан всё в порядке.
Семья Сун подослала убийц, только чтобы не дать ему снова приблизиться к Сун Хайтан – дабы не плодить дурных слухов, порочащих честь молодой госпожи.
Впрочем, для семьи Сун репутация была лишь меньшей из бед.
Самым важным для них оставался брак с генерал-губернатором, сорвать который они не могли позволить ни при каких обстоятельствах!
Раздался сухой хруст – Чжао Чжэн точным движением ноги переломил мужчине шею и вальяжно вышел со двора.
Что до брошенных трупов и того, найдет ли их местная власть… Ему было абсолютно всё равно.
Так или иначе, уже сегодняшней ночью он покинет этот город и отправится в следующий пункт назначения.
К тому же из-за вторжения чужеземцев нынешняя императорская династия ослабла до предела.
В подобных портовых городах влияние властей было минимальным, так что гибель нескольких человек не вызовет никакой шумихи.
Спустя некоторое время Чжао Чжэн подошел к дверям Лечебницы «Баочжитан».
Здесь было куда оживленнее, чем он предполагал: у входа толпилось множество больных.
Впрочем, ничего удивительного, ведь «Баочжитан» являлся именно лечебницей, а не залом боевых искусств.
Мастер Хуан просто взял нескольких учеников, а не открывал полноценную школу.
У ворот «Баочжитана» не было стражи, двери стояли настежь, так что войти мог любой желающий.
Едва Чжао Чжэн собрался переступить порог, как сзади раздался басовитый голос:
— Посторонись! Дорогу!
Чжао Чжэн обернулся и увидел дородного толстяка, который входил во двор, неся на коромысле свиную голову и две задние ноги.
Отодвинувшись в сторону, он пропустил его вперед.
Войдя во двор, толстяк гаркнул во всю глотку:
— Мастер! Мастер, я пришел!
На его крик из дома вышли двое мужчин. Увидев толстяка, они просияли:
— А-Жун, пришел-таки! Мастер сейчас осматривает больного, подожди немного.
Второй же сразу уставился на принесенные припасы:
— Ого! Сегодня вечером поедим мяса!
Трое мужчин остались ждать во дворе.
Вскоре из дома вышли несколько пациентов, а вместе с ними – мужчина среднего возраста.
На нем было серо-белое длинное одеяние. Он отличался высокой, статной фигурой и утонченными, благородными манерами.
Но главное – его правильные черты лица, густые брови и проницательный взгляд сразу выдавали в нем человека с внешностью истинного главного героя.
— Мастер! — Радостно крикнул толстяк при виде него.
— А-Жун пришел, — улыбнулся Мастер Хуан. — Скоро полдень, оставайся на обед.
— Мастер, — подхватил один из учеников, — А-Жун принес свиную голову и ноги!
Услышав это, Мастер Хуан с легкой укоризной сказал:
— А-Жун, я же просил ничего больше не приносить. У нас еды хватает.
Толстяк добродушно усмехнулся:
— Мастер, я ваш ученик, проявлять уважение – мой долг. К тому же это всё равно остатки от утренней торговли, стоит гроши. Пусть они пойдут на пользу вашему здоровью и здоровью матушки!
Мастер Хуан кивнул, но всё же строго добавил:
— На этот раз ладно, но чтобы в следующий раз ничего такого не было. Понял?
— Понял, мастер, — с улыбкой отозвался толстяк.
Только теперь Мастер Хуан заметил стоящего у входа Чжао Чжэна:
— Молодой человек, вы по какому-то делу?
— Приветствую вас, Мастер Хуан, — Чжао Чжэн сложил ладони в приветственном жесте. — Наслышан, что вы – главный инструктор ополчения, мастерски владеющий Кулаком Парных Форм Тигра и Журавля, прославившим вас на весь Гуандун. Я тоже практикую боевые искусства и пришел просить о поединке.
Он не стал говорить, что пришел вызывать на бой ради броска вызова школе, ведь тогда ему наверняка отказали бы.
Мастер Хуан держал лечебницу, а не школу боевых искусств, поэтому традиционные правила мира боевых искусств на него не распространялись.
Поняв, что Чжао Чжэн явился искать неприятностей, Мастер Хуан нахмурился.
Лица его учеников и вовсе вспыхнули от гнева.
Один из них со снисхождением бросил:
— Парень, еще сопляк, а туда же – вызываешь мастеров на бой! Ты хоть доучился толком?
— Толком или нет – можете проверить сами, — с улыбкой ответил Чжао Чжэн.
Услышав это, тот взвился:
— Ну держись, сопляк! Я, Дьявольская Нога Лю, лично проверю, чего ты стоишь!
Мастер Хуан хотел было мягко отказать Чжао Чжэну, но, поскольку ученик уже принял вызов, а сам мастер старался беречь чувства близких и не опускать их достоинство, он позволил ему действовать.
— Сражайтесь до первого касания, не калечьте человека! — Напутствовал ученика Мастер Хуан, прежде чем отойти.
Дьявольская Нога Лю ухмыльнулся:
— Не волнуйтесь, мастер, я лишь проучу этого юнца, чтобы знал свое место и не задирал нос.
Чжао Чжэн сдержанно улыбнулся и ничего не ответил.
Он был не против помериться силами с Дьявольской Ногой Лю.
Хотя тот и не числился среди особых мастеров, он всё же являлся бойцом на пике Явной силы и мог принести немало очков поединков.
Вскоре они встали друг напротив друга во дворе.
Мастер Хуан и остальные ученики отошли к краю площадки, наблюдая за происходящим.
— Эй, парень, чтобы не говорили, будто я обижаю слабых, нападай первым! А то стоит мне перейти в атаку – у тебя даже шанса ударить не останется, — надменно заявил Дьявольская Нога Лю.
У него действительно были основания для гордыни.
Во всем городе одолеть его гарантированно мог лишь Мастер Хуан.
Да и мастерство, которым он обладал, являлось его собственным достоянием, а не уроками мастера.
Так что юный Чжао Чжэн казался ему лишь досадной помехой.
— Хорошо, — отозвался Чжао Чжэн.
Едва прозвучали эти слова, как он сделал шаг вперед.
И от одного этого движения выражения лиц Мастера Хуана и Дьявольской Ноги Лю мгновенно изменились.
Чжао Чжэн с единственным шагом словно сжал пространство, оказавшись вплотную к противнику!
В следующее мгновение его кулак молниеносно устремился прямо в грудь соперника!
Скорость Чжао Чжэна оказалась настолько невероятной, что Дьявольская Нога Лю даже не успел уклониться и лишь судорожно вскинул руки для блока.
Раздался глухой, тяжелый удар.
Этот единственный импульс буквально снес Дьявольскую Ногу Лю, отправив его в полет.
Используй Чжао Чжэн технику Ладони Железного Песка – и противник был бы уже мертв!
Поединок настоящих мастеров часто решается в одно единственное мгновение.
Затяжной обмен ударами – лишь взаимная разведка. Дьявольская Нога Лю с самого начала проявил беспечность, а Чжао Чжэн застал его врасплох, так что такой исход был совершенно естественен.