Глава 366: «Предел самосовершенствования»
Из того, что удалось узнать ранее, становилось ясно: этот четырехкрылый грозовой тигр вовсе не был таким свирепым и буйным, каким казался на первый взгляд. Все его поведение было лишь искусно созданной видимостью.
А делал он это только ради одного – чтобы не показать себя полностью прирученным и не отправиться охранять какое-нибудь важное и тоскливое место секты.
В процессе приручения он то и дело разыгрывал из себя дикого зверя, чей нрав невозможно обуздать, и время от времени принимал угрожающие позы.
Однако он безупречно знал меру. Пока Лу Сюань проводил тренировку, тигр вел себя как положено, и лишь после ее окончания выпускал когти и показывал свой агрессивный настрой.
Ведь если бы он действительно напал на Лу Сюаня во время занятий, его ждало бы суровое наказание или вовсе смерть на месте.
А вот строптивое поведение после тренировок позволяло ему и прослыть не поддающимся дрессировке, и избежать кары, благодаря чему он мог бесконечно оставаться на стадии приручения.
— Короче говоря, парень намеренно затягивает выпускные экзамены, лишь бы не ходить на работу, — коротко подытожил Лу Сюань.
— Жаль только, этот четырехкрылый грозовой тигр совсем не понимает сути своей будущей службы.
— Охранять важные объекты секты – пусть занятие и скучноватое, но сколько практиков и духовных зверей мечтают о таком теплом местечке!
— Стабильные условия, полная безопасность, чистейшая и плотная духовная энергия в секте, бесплатные духовные плоды и мясо чудовищ в неограниченном количестве – соцпакет максимальный, а обязанности простые и необременительные.
— Своего счастья не ценит.
Поняв, что именно кроется за выходками четырехкрылого грозового тигра, Лу Сюань решил найти способ наставить его на путь истинный.
Незаметно пролетело несколько дней. За это время он провел для десятка с лишним детенышей курс приручения, направленный на распознавание различных знаков и сигналов.
Они учились определять происхождение практиков по свойствам их духовной силы, надетой мантии или жетону личности, чтобы в будущем, неся службу, ненароком не ранить учеников Секты Небесного Меча.
— Младший брат Лу, как продвигаются успехи с приручением духовных зверей за последние дни?
На обратном пути к каменному залу Лу Сюань встретил невыразительного на вид практика средних лет.
Этот мужчина находился на средней стадии Возведения Основания и неподалеку выращивал и приручал собственных духовных зверей. В отличие от Лу Сюаня, он занимался этим уже довольно давно, и его питомцы успели вырасти настолько, что могли действовать самостоятельно.
— А, это старший брат Сюн, — поздоровался Лу Сюань. — Приручение идет довольно гладко, вот только несколько детенышей доставляют мне немало хлопот: то не слушаются, то никак не могут понять моих намерений. — Он со вздохом покачал головой.
— Среди непослушных ведь есть тот четырехкрылый грозовой тигр, верно? — Спросил собеседник.
— Насколько я знаю, до тебя другие братья уже пытались его приручить. Обычно он ведет себя сносно, но частенько впадает в ярость и буйство. Среди детенышей секты он знатный пройдоха.
В глазах немолодого практика промелькнуло сочувствие.
— И все же это просто зверь, не верю, что не смогу с ним сладить, — уверенно произнес Лу Сюань.
— Ха-ха-ха! Что ж, тогда желаю тебе во всем удачи, младший брат Лу, — рассмеялся старший брат Сюн, явно не разделяя его оптимизма, и пошел дальше своей дорогой.
Вернувшись в каменный зал, Лу Сюань погрузился в раздумья.
Все эти дни он использовал самые обычные методы приручения. Для большинства детенышей это давало отличные результаты, включая даже полукровку грифона-зверя, который отличался самым скудным умом.
И только четырехкрылый грозовой тигр оставался глух ко всем уговорам и то и дело норовил вставить Лу Сюаню палки в колеса.
— Раз уж ты не хочешь жить спокойной жизнью, а жаждешь лишь бунтовать, придется мне немного изменить подход к твоему воспитанию, — тихо подумал он.
На следующий день Лу Сюань выкроил время и отправился в Павильон Священных Писаний. Вернулся он в каменный зал лишь спустя несколько часов.
— Иди-ка сюда, сегодня я покажу тебе кое-что интересное, — с мягкой улыбкой позвал он, подойдя к вольеру четырехкрылого грозового тигра.
— Фырк!
Тигр недовольно фыркнул, выпустив из ноздрей струю серебристо-белого воздуха, и крайне неохотно поплелся к Лу Сюаню.
Лу Сюань продолжал улыбаться. Он достал из своей сумки хранения два талисмана Водного Зеркала.
— Я знаю, что ты не хочешь оставаться в секте и торчать в каком-нибудь охраняемом месте, изо дня в день выполняя монотонную и скучную работу. Тебе хочется свободы.
— Но задумывался ли ты когда-нибудь, какой финал ждет тебя, если ты и дальше будешь упрямиться?
Лу Сюань направил тонкую нить духовной силы в первый талисман.
На зеркальной поверхности появилось изображение огромного четырехкрылого грозового тигра длиной около семи-восьми чжанов. Зверь выглядел как живой, отчетливо виднелась каждая деталь.
Талисманы Водного Зеркала могли запечатлевать и хранить образы в течение некоторого времени. Лу Сюань перерыл кучу записей в Павильоне Священных Писаний, пока наконец не отыскал два подходящих отрывка.
Едва завидев своего величественного сородича, упрямый тигренок мгновенно замер и уставился во все глаза на чистую гладь зеркала.
— Когда секта тратит на тебя прорву времени и ресурсов, а ты не приносишь никакой пользы в качестве защитного зверя, у тебя остается всего два пути, — заговорил Лу Сюань.
— Первый – дождаться, пока ты немного подрастешь, после чего тебя просто убьют и пустят на ингредиенты, чтобы вернуть хотя бы часть потраченных средств.
— Второй – тебя отдадут какому-нибудь внутреннему ученику, сделав контрактным зверем. Ты навсегда потеряешь свободу, он будет таскать тебя по разным тайным царствам, где тебе придется сражаться не на жизнь, а на смерть с самыми свирепыми и коварными тварями, каждый раз балансируя на грани гибели.
На зеркальной поверхности величественного грозового тигра окружили несколько равных ему по силе чудовищ. Чуть поодаль стояли практики на стадии Возведения Основания, которые с помощью формации сковывали его молниеносную скорость.
Вскоре огромный тигр начал сдавать позиции. На его серебристо-белом теле появились глубокие страшные раны, кровь хлынула ручьем, окрасив все изображение в багровые тона.
В конце концов чудовища разорвали его на куски.
— Р-р-а-а!
Детеныш резко вскинул голову и зарычал на Лу Сюаня – в этом рыке слышалось наполовину предупреждение, наполовину дикий страх.
— Смотри дальше, — тихо произнес Лу Сюань. Его ладонь окрасилась в чистый нефритовый цвет и крепко прижала голову тигренка.
Тот пытался бить молниями, но рука Лу Сюаня даже не дрогнула.
С нынешней силой детеныш никак не мог навредить его невероятно закаленному телу.
Лу Сюань активировал второй талисман Водного Зеркала.
На этот раз сцена была совсем иной.
Никаких яростных схваток, никаких красочных заклинаний. На экране практик стадии Возведения Основания деловито свежевал тушу четырехкрылого грозового тигра и попутно объяснял ценность каждой его части.
— Четырехкрылый грозовой тигр – это настоящая сокровищница. Если встретите такого, уважаемые даосы, ни в коем случае не разбрасывайтесь добром.
— Его кости подходят для создания высокоранговых магических инструментов, тигриный пенис невероятно питателен – его используют для настаивания редких вин, а кровь служит превосходным материалом для начертания первоклассных талисманов…
Под монотонные объяснения практика огромный тигр на экране быстро превращался в груду аккуратно разделенных частей.
Тигренок, казалось, примерил все это на себя. Даже через экран водного зеркала его маленькое тело начало мелко дрожать. От былой спеси и строптивости не осталось и следа – зверь был смертельно напуган.
— Теперь видишь? Если не позволишь себя приручить, тебя ждет только один из этих двух исходов.
— И конечно, в обоих случаях все закончится тем, что тебя искромсают на куски.
— Так что для таких духовных зверей, как ты, предел всего пути самосовершенствования – это просто охранять дом и сад для нашей секты.
Уголки губ Лу Сюаня поползли вверх, и он улыбнулся улыбкой, которая в глазах перепуганного тигренка выглядела как чистейшее, первородное зло.
Два этих талисмана произвели на неокрепшую психику маленького четырехкрылого грозового тигра слишком сокрушительное впечатление.
(Конец главы)