Глава 332: «Чудесные сокровища Нефритового пруда»
Спустя десяток вдохов аптечный червь, чье жизненное пространство Лу Сюань неумолимо сжимал, наконец явил свой облик.
Почти невидимый и бесцветный в просторном мире, в этом тесном узилище он принял полупрозрачный вид. Похожий на безногую мягкотелую гусеницу, червь перетекал из стороны в сторону, словно жидкая капля, отчаянно пытаясь отыскать хоть малейшую лазейку в гигантской сети.
Даже оказавшись в безвыходном положении, он продолжал крепко сжимать пилюлю таинственного инь четвертого ранга. Похоже, все эти годы бедняге приходилось выживать в суровой и крайней скудости.
— Ступай со мной, — мысленно обратился Лу Сюань к аптечному червю, посылая ему духовный импульс. — …Вытащу тебя отсюда – и соси свои пилюли сколько душе угодно.
Из световых шаров, что оставались после созревания духовных растений, частенько выпадали всевозможные снадобья, так что за пропитание питомца он не переживал – хорошими условиями тот обделен не будет.
К тому же Лу Сюань уже изучил рецепты пилюли Питания Истока и пилюли Накопления Духа, а на сектантских полях вовсю зеленела трава сокрытого истока, необходимая для создания пилюли Возведения Основания. Вполне вероятно, что вскоре в награду ему достанется и сам рецепт этой заветной пилюли.
Аптечный червь никак не отреагировал на заманчивое предложение. Лу Сюаню ничего не оставалось, кроме как запечатать упрямца с помощью магической марионетки из белых костей – приручить его можно будет и позже, когда выдастся свободная минутка.
Убрав марионетку вместе с пленником в мешок прожорливого червя, Лу Сюань глубоко вздохнул. Слабый лекарственный аромат, еще недавно витавший в алхимической комнате, окончательно рассеялся, уступив место затхлому запаху многовекового тлена.
Покинув лабораторию, он поспешил к самому центру дворцового комплекса.
Еще издалека до него донеслись мощные отголоски бушующей духовной энергии.
Вдруг Лу Сюань резко замер, заметив на полу безжизненные останки. Лицо его сделалось сосредоточенным и мрачным.
Нижняя половина тела у скелета отсутствовала, а уцелевшая верхняя часть была напрочь лишена плоти – остался лишь высохший пустой каркас. Трудно было даже вообразить, какую страшную смерть принял этот несчастный.
«Да уж, смертность в этом тайном царстве прямо-таки зашкаливает», – мысленно вздохнул Лу Сюань.
С тех пор как он переступил порог руин, ему уже довелось обнаружить или лично спровадить на тот свет по меньшей мере шестерых мастеров Возведения Основания. Для человека, не имевшего богатого опыта в исследовании подобных мест, это было весьма ощутимым потрясением.
«Хотя погодите… трое из них ведь погибли от моих рук…» – прикинул он в уме.
Эта мысль мгновенно вернула ему душевное равновесие.
«С моей нынешней силой и кучей редких сокровищ беспокоиться о своей шкуре должны другие, а не я».
«Раз уж добрался сюда, глупо не заглянуть внутрь. Только вот личность свою лучше бы скрыть».
Впереди была схватка за сокровища в самом сердце дворца, где наверняка соберутся остальные мастера Возведения Основания. Лу Сюань рассудил, что светить настоящим лицом и козырями перед толпой сейчас ни к чему.
С этими мыслями он извлек из бездонного мешка артефакт четвертого ранга – Прирачную Маску Тысячи Слуг.
Светло-серая маска, тонкая, как крылышко цикады, легла на лицо, словно вторая кожа. Узоры на ней причудливо поплыли, и едва Лу Сюань пожелал, как его облик превратился в лицо неприметного молодого практика.
Ауру он ограничил начальным этапом Возведения Основания, а кости тела слегка раздвинул вширь и вверх, чтобы даже Ши Чжун или другие знакомые не смогли узнать его по фигуре.
Внешность, дыхание, телосложение – все изменилось до неузнаваемости. Лу Сюань превратился в совершенно другого человека.
Спустя четверть часа, ориентируясь по волнам бушующей энергии, он добрался до просторного зала из белого нефрита в самой верхней части дворца.
Помещение было целиком выстроено из теплого зеленоватого нефрита. В самом центре зияла чаша огромного пруда, защищенная многослойными барьерами. Семь практиков яростно атаковали эти преграды, то и дело вздымая бурные волны духовной силы.
«Ну и ну… словно в логово к нечисти угодил», – подумал Лу Сюань, и губы его невольно дрогнули в усмешке.
Призрачная Маска Тысячи Слуг никак не мешала ему – любая, даже самая тонкая эмоция мгновенно отражалась на фальшивом лице.
Но сейчас кожа на его шее словно онемела от холода.
Непорочная Яшма так и струила ледяные волны, настойчиво предупреждая хозяина об опасности.
Лу Сюань небрежно скользнул взглядом по собравшимся, мгновенно оценив каждого из семерых практиков у пруда.
Среди них выделялся сгорбленный старик с самой мощной и глубокой аурой – судя по всему, на поздней стадии Возведения Основания.
На его спине уродливо вздымался горб, который то и дело содрогался, издавая жуткие завывания. Время от времени из-за ворота на затылке старика высовывались крошечные иссиня-черные детские ручки и ножки, но их тут же утягивало обратно неведомой силой.
Среди всех присутствующих он казался сильнейшим и занимал самое выгодное положение у края чаши.
Чуть поодаль стоял практик в кроваво-красном балахоне. По его одеянию копошились несметные полчища багровых тварей – они сжимались в шевелящиеся комки, готовые в любой миг сорваться с ткани смертоносным роем.
Стоило Лу Сюаню бросить на него взгляд, как его зрачки невольно сузились.
Эти мерзкие багровые твари были ему слишком хорошо знакомы – точно такие же кровавые теневые пиявки не так давно наводнили остров Кунмин. Тогда Лу Сюань прикончил их вожака, так что счет к этому призывателю у него был личный.
«Надо же, и этот теневой кукловод притащился сюда ловить рыбку в мутной воде».
Та пиявка-вожак по силе не уступала практику начального этапа Возведения Основания. Можно представить, каков истинный потенциал этого зловещего типа в кровавом балахоне, вырастившего подобную армию.
Рядом стоял карлик в просторном халате, едва достававший обычному человеку до пояса.
Когда Лу Сюань перевел на него взгляд, Непорочная Яшма отозвалась еще более резким, обжигающим холодом. В каком-то смысле это говорило о поистине чудовищной силе коротышки.
Был здесь и тот самый плечистый крепыш средних лет, которого Лу Сюань приметил еще у входа в тайное царство.
Сейчас этот практик раздался до размеров настоящего великана в три локтя ростом. На его руках и груди бугрились толстые жгуты мышц, а при каждом выдохе из ноздрей с шумом вырывались струи горячего белого пара – плотское тело у него явно было закалено до предела.
Рядом с ними стоял изящный мужчина в одеждах ученого, державший в руке двухфутовую золотистую кисть для письма. По древку струилась мощная энергия, выдавая в нем незаурядное оружие.
Наконец, Лу Сюань приметил и двух старых знакомых.
Ши Чжун и Чжоу Бинъюй держались плечом к плечу.
В руках Ши Чжуна тускло поблескивало древнее бронзовое зеркало, по краям которого были выгравированы диковинные твари и странные узоры. Перед Чжоу Бинъюй же парила серебристо-белая оружейная пилюля, источавшая мириады тончайших, словно волоски, мечей-лучей, которые подрагивали в воздухе, готовые сорваться по первому ее слову.
Из всей семерки только эти двое находились на начальной стадии Возведения Основания, однако никто из присутствующих не смел смотреть на них свысока.
Оба были элитными учениками великих орденов. За их плечами стояли могущественные покровители, горы редких артефактов и глубокое наследие. Кто знает, какими тайными техниками для убийства средних или даже поздних мастеров Возведения Основания они владели, или какие защитные талисманы им пожаловали щедрые наставники.
Остальные искатели легкой наживы их уровня либо уже были безжалостно истреблены, либо вовремя осознали, что шансы выжить здесь ничтожно малы, и благоразумно отступили перед лицом смертельной опасности.
Появление Лу Сюаня тут же привлекло к себе внимание всей семерки.
— Очередной смертник пожаловал, — зловеще ухмыльнулся практик в кровавом балахоне, определив фальшивую ауру прибывшего как начальный этап Возведения Основания. — …Мои милые червячки уже и так обожрались, но для тебя место найдется.
Его багряные одежды всколыхнулись без ветра, а кровавые теневые пиявки под тканью зашевелились еще быстрее.
Стоявший впереди горбун окинул Лу Сюаня ледяным взором, словно смотрел на ходячий труп. Из его горба вдруг высунулась окутанная темной дымкой жутковатая голова младенца-гуй и издала леденящий душу смешок.
Остальные никак не отреагировали на появление гостя. Скользнув по нему мимолетными взглядами, они вновь сосредоточились на барьере.
Раз уж кто-то решился войти сюда, лишние слова были ни к чему – жизнь и смерть здесь каждый выбирал сам.
Не обращая внимания на угрозы и косые взгляды, Лу Сюань уставился в глубь нефритовой чаши.
Дно пруда заволакивал густой черный туман, в котором плавно покачивались четыре редчайших сокровища.
(Конец главы)